Чтение онлайн

Единственное утешение – Адам чувствовал то же самое.

***

Адам понял, что совершил ошибку, поговорив с Марией до того, как лечь в постель. Один лишь ее вид заставил его почувствовать возбуждение и острое желание. Она выглядела такой бесхитростной, такой честной, и в то же время восхитительно прекрасной. Но ведь она была точно такой же с первых минут, как он открыл глаза и увидел ее, склонившуюся над его кроватью. Похоже, в последнее время он сильно заблуждался на ее счет и вполне может ей доверять. Однако совершенно очевидно, что себе он доверять не может.

Когда Адам, наконец, задремал, его сон оказался гораздо беспокойнее предыдущих. Вначале он увидел себя в детстве: пронзительно орущего маленького мальчика, которого забирают из родного дома. События определнно происходили в Индии, и его чувства легко читались. Адам пожалел, что это воспоминание к нему вернулось.

Потом ему приснилась очаровательная девушка в его объятиях. Адам что-то говорил ей, и она подняла свое сияющее лицо ему навстречу. Это была блондинка с зелеными глазами, явно англичанка, а значит не его мать. Хотя у него и нет жены, но ведь может оказаться возлюбленная? Помнится, Мария как-то предположила, что напоминает ему женщину из его прошлого, а вдруг она была права.

Но худшим из всех снов было видение бального зала, полного людей, одетых по последней моде. Неожиданно Адам обнаружил, что сам он совершенно голый, и каждый дюйм его необычно темной кожи выставлен на показ.

Адам проснулся весь в поту. В голове стучало, сердце бешено колотилось в груди.

Вдох – выдох. Вдох – выдох. Заставив себя успокоиться, он стал искать в данной ситуации хоть что-то забавное. Он был уверен, что ничего подобного не происходило. Скорее всего, этот сон отражал его страх перед возвращением в лондонское общество, Адам не чувствовал себя к этому готовым. А значит, будет ощущать себя голым и уязвимым, что бы ни надел.

Слава Богу, у него есть друзья. Хотя потеря памяти их явно беспокоила, они не намеревались бросать его. У него будет надежная защита.

Марии он тоже должен быть благодарен. Ее ложь об их браке причинила ему боль, но об этом Адам думать не хотел. Она по-прежнему ему очень нравилась. Мария, как никто другой, чувствовала его настроение и видела его таким, каким он и был. Он ощущал себя гораздо лучше, когда она находилась рядом.

К несчастью, он не мог вести с ней даже простую беседу, чтобы при этом его голова не кружилась от желания. И чем меньше Адам ее видел, тем сильнее росла его жажда обладания ею. В этом заключалась еще одна причина его беспокойного сна.

По крайней мере, он нашел способ облегчать свое неуправляемое возбуждение. Но это было совершенно не то, что могло бы быть с Марией. Прикасаясь к себе, он задумался, не запрещено ли такое поведение в английском обществе. Хотя ответ на этот вопрос ему был неинтересен.

***

Спустя три дня, в течение которых она была сильно занята, Мария с облегчением позволила Адаму усадить себя в "желтую развалюху" [54] , как тогда называли карету для длительных путешествий. Ярко-желтого цвета она всем своим видом заявляла, что является наемным экипажем. Карета, в которую села Мария, вмещала четверых пассажиров, и в нее были впряжены четыре лошади. Друзья Адама должны были выехать из Хартли в такой же.

[54]

Почтовые кареты, или наемные кареты для длительных путешествий (postchaise = "yellow bounder") в то время были желтыми.

Если им удастся менять лошадей несколько раз в день, то они прибудут в Лондон через неделю или около того. Почтовая коляска была более быстрой, но в данном случае "желтые развалюхи" являлись самым лучшим вариантом для такой поездки. Мария с отцом всегда путешествовали регулярными рейсами, медлительными и не столь удобными, наемный экипаж был для них непозволительной роскошью.

Мария откинулась на мягкое кожаное сидение и подавила зевок. Этой ночью она мало спала, думая о том, собрала ли она все необходимое. Кроме того уснуть ей не давали и мысли об Адаме. Этим утром Аннабель спрыгнула с ее кровати, посмотрев на нее обвиняющим взглядом, и удалилась на кухню. Мария надеялась, что кошка простит ей ее отсутствие, стоит ей вернуться в Хартли. Все же кошка и поместье оставались в хороших руках – миссис Беккет и мистера Кохрейна.

Адам уже хотел присоединиться к Марии, когда внутрь запрыгнула Бану. Она готова была разлечься возле сидений и отправиться с ними в Лондон. Мария наклонилась и погладила собаку.

– Извини, но тебе придется остаться здесь. Только подумай, как по тебе будет скучать Аннабель.

Адам взял собаку.

– Думаю, ее придется запереть в доме, иначе она побежит за нами. Я отнесу ее на кухню, тогда она вряд ли заметит, что нас уже нет.

Через некоторое время Адам вернулся, и они тронулись в путь. Его взгляд был прикован к дому, пока тот не скрылся из виду.

– Ты думаешь, что никогда сюда не вернешься? – спросила Мария, стараясь, чтобы ее голос звучал спокойно.

Несколько сконфуженно Адам произнес:

– Очень надеюсь на то, что вернусь... Просто я не знаю.

Карета свернула на аллею, ведущую к главной дороге, отсюда дома уже не было видно. Адам посмотрел на Марию.

– Здесь столько всего произошло.

– Иногда я думаю, а вдруг случится что-то такое, что заставит тебя вспомнить все события до несчастного случая и забыть все, что произошло после, – задумчиво произнесла Мария. – Как-то мне встретился врач, которому приходилось иметь дело с травмами головы. После разговора с ним я поняла, что тут возможно все.

– Не могу представить, что забуду тебя, – его взгляд стал напряженным.

Она беспокойно заерзала на сидении, в этот момент колесо экипажа попало в какую-то ямку на дороге. Их колени соприкоснулись. Дыхание Адама сбилось.

– Думаю, будет лучше, если большую часть времени я проведу в другом экипаже. Не из-за того, что мне не нравится здесь с тобой... скорее, наоборот.

– Очень мудро, – согласилась она. – Конечно, Джулия поедет со мной. Но если она откажется, тогда возникнет опасность вот этого, – она наклонилась вперед, обхватила его за плечи и вложила в поцелуй все, что не могла выразить словами. Любовь, желание и сожаление о своей лжи...

Если бы она не сказала ему, что они женаты, стали бы они так близки? Сейчас уже нет смысла думать об этом.

Адам с трудом вздохнул и обнял ее за талию, возвращая поцелуй, впиваясь ртом в ее губы.

– Это слишком опасно, – хрипло произнес он.

– В карете нет места для непристойного поведения, – ответила она со смешком.

– Ты уверена?

Сжав ее талию, он подтянул Марию к себе и посадил на колено так, чтобы оно оказалось между ее ног.

Она была шокирована такой интимной близостью. Шокирована и возбуждена. От того, как он ласкал ее спину, она таяла, непроизвольно двигая бедрами.

– Это так просто...

Покачивание экипажа прибавляло необычных, но пьянящих ощущений. Она просунула руку между их телами.

– Просто, но не разумно, – он поймал ее руку, пока она не успела забраться слишком далеко. – К счастью, до Хартли ехать совсем ничего.

– О Боже! – Мария попыталась вернуться на свое место.

Адам удержал ее, продолжая ласкать.

– Но у нас все же есть несколько минут.

Всего лишь несколько минут. А вдруг это их последний поцелуй. На протяжении этого путешествия, будет еще пара-тройка возможностей остаться наедине, но как только они приедут в Лондон, обстоятельства сразу же встанут между ними. Она положила голову ему на плечо, думая о будущем.