Чтение онлайн

– Ты готов к Лондону?

– Настолько, насколько могу быть готовым, – он обнял ее за плечи. – Я попросил остальных никому не говорить о моей амнезии. Близкие друзья и родные должны знать, но я бы не хотел, чтобы мою слабость обсуждало все лондонское общество.

– Это не слабость, а ранение.

– Для меня это слабость – когда другие знают обо мне больше, чем я сам.

– Ты герцог, – сказала она. – Относись к ним с презрением.

Он удивленно рассмеялся.

– Ах ты, непослушная дерзкая девчонка. – Его руки сжали ее талию. –Как может быть что-то неправильное в том, чтобы чувствовать себя так хорошо?

– Ты путаешь две совершенно разные вещи. – Она провела рукой по его груди. – Чувствовать – значит... чувствовать. Вкус, прикосновения, эмоции – все это дела сердечные. А что хорошо и что плохо определяется совсем по-другому. Здесь включается мораль, мудрость, справедливость – за это отвечает разум. – Мария вздохнула. – И они так часто не согласуются друг с другом.

– В мудрости тебе не откажешь. В Лондоне я надеюсь победить драконов своего разума. А потом посмотрим, что будет дальше. – Он провел тыльной стороной ладони по ее щеке, затем снял со своего колена и усадил Марию на ее место. – Ты выглядишь обманчиво скромной.

– Это моя особенность. – Она сложила на коленях одетые в перчатки руки. Притворная скромность.

Через несколько минут они остановились перед "Быком и Якорем". Неподалеку стояла карета, ожидающая друзей Адама. Они прогуливались рядом, желая как можно дольше побыть на свежем воздухе. Мужчины неторопливо направлялись в сторону коттеджа Джулии, располагающегося по дороге из города. Мария и Адам выбрались из экипажа и последовали за ними. Джулия открыла дверь со шляпкой на голове, вполне готовая отправиться в путь. Как и у Марии, весь багаж Джулии состоял из небольшого дорожного сундука и картонной коробки. Адам подхватил сундук.

– Его отнесу я.

Джулия удивленно на него посмотрела.

– Не знала, что герцоги сами носят багаж.

– Уверен, что стану более высокомерным, как только мы достигнем Лондона, – мрачно заметил он. – Но сейчас я предпочитаю быть полезным членом нашей компании. – Он развернулся и направился к каретам.

Мария подождала Джулию, пока та запирала дверь.

– Тебя что-то беспокоит?

– О! Слишком многое... – отозвалась Джулия с усмешкой, уже идя к экипажам. – Но я рада, что еду с вами. Мне нужно повидать одного человека, пока не стало слишком поздно.

– Мы должны стать опорой друг для друга. Полагаю, нам это необходимо.

Как только они подошли к каретам, Адам представил Джулию своим друзьям, вышедшим, чтобы поприветствовать ее. Мастерсон, как всегда, был приветлив, Киркленд учтив, Рендалл же одарил ее взглядом, способным заморозить океан.

– Приятно познакомиться, миссис Бенкрофт, – холодно поприветствовал он ее.

– Взаимно, – ответила она, не поведя и бровью.

Адам помог ей сесть в экипаж, за ней последовала Мария. Он сжал ее руку и сразу же отвернулся, говоря своим друзьям, что не собирается быть эгоистом и предлагает кому-то из них присоединиться к дамам.

– Что это было? – спросила Мария, пока мужчины раздумывали, кто куда сядет. – Вы с Рендаллом знакомы?

Джулия покачала головой.

– Мы никогда не встречались. Очевидно, я ему сразу не понравилась.

Мария фыркнула.

– Рендалл не слишком высокого мнения о женщинах. Он убежден, что я охотница за состоянием и хочу женить на себе Адама.

– Но, когда ты его нашла, ты же не знала, кем он является на самом деле.

– Похоже, Рендалл не из тех людей, кто позволяет фактам сбить себя с толку.

Женщины улыбнулись друг другу. Мастерсон открыл дверцу и присоединился к ним.

– Я тот счастливчик, кому выпала возможность путешествовать в компании двух очаровательных дам.

Мария засмеялась.

– Нам надо было взять Бану, чтобы разбавить очарование. Хотя, честно говоря, я-то считаю ее прекрасной.

– Если вы можете любить столь уродливую собаку и находите ее прекрасной, то вам не стоит выходить замуж за такого красивого мужчину, как Эш, – сразу же ответил Мастерсон. – Лучше вам соединить свою судьбу с таким человеком, как я, которому ваш дар пренебрежения реальностью действительно необходим.

На какую-то долю секунды в его пристальном взгляде Мария заметила нечто, заставившее ее предположить, что он не совсем шутит, но этот момент быстро прошел.

– К тому времени, как мы доберемся до Лондона, нам уже изрядно наскучит один только вид друг друга.

– О, да. Хороши же мы будем – все в синяках, окостеневшие и усталые, – добавила Джулия.

– Что ж, по крайней мере, все эти неудобства мы приобретем на высокой скорости, а не тащась еле-еле.

Все засмеялись. Неплохое начало для долгого путешествия.

Адам предполагал, что Эштон-Хаус – обычный городской дом. Он определенно не ожидал увидеть отдельно стоящий особняк в Мейфере, окруженный высоким каменным забором с выступающими шипами.

– Боже мой, – не удержался он от возгласа, когда карета подъехала к воротам. – Несколько больше, чем я предполагал.

На что сидящий напротив Киркленд заметил:

– Разве ни один из нас не предупредил тебя, что это самый большой частный особняк в Лондоне? И все же он довольно красив. А множество спален позволяет тебе принимать своих друзей. В результате порой этот дом становится похож на очень фешенебельный отель.

– Приезжая в город, я всегда останавливаюсь в Эштон-Хаусе. Ты выделил мне отдельные комнаты, – вставил Рендалл. – Это еще в силе?

– Конечно, – Адам оглядел раскинувшуюся перед ним картину. – Похоже, дом такой большой, что я могу бродить в нем несколько дней и ни разу с вами не столкнуться.

Несмотря на бесконечные смены лошадей, путешествие прошло как нельзя лучше, и лишь однажды они застряли во время проливного дождя. На ночь они останавливались в приличных гостиницах, обычно снимая три комнаты: одну – для женщин, две другие – для мужчин. Во время пути у Адама оставалось много времени для размышлений. Даже слишком много.

Безусловно, он справится с лондонским обществом и его требованиями, хотя вероятность того, что кто-то хочет ему смерти, добавляла к его проблемам несколько больше волнения, чем хотелось бы. Никто и словом не обмолвился об угрозе, но Адам видел, что друзья всегда настороже. Мастерсон заранее сообщил о возвращении Эштона его управляющему и кузенам, а значит, будь преступник достаточно настойчив, он может проследить их путь. Еще и поэтому он не поехал с Марией в одной карете. Если в него станут стрелять, она, по крайней мере, будет в безопасности.