Чтение онлайн

– Поесть бы, – остановил речевой поток босса Юрий.

– Кстати, насчет поесть, – спохватился директор. – Валера, принеси, пожалуйста, из комнаты красную сумку с сухпайком. Девчонки, заварите нам чайку.

Сухпаек был укомплектован нарезным батоном, сырокопченой колбасой, галетными печенюшками и шпротами. Все молча утоляли голод. Быстрее всех орудовала разработанными челюстями Зинаида Карловна. Обезопасив язву предварительным перекусом, теперь она ловко опрокидывала в ротовую полость бутерброды со шпротами и колбасой.

– Касатики мои, давайте составим график дежурств по приготовлению пищи и примерное меню на неделю, – взялся руководить подчиненными Константин Георгиевич.

– А чего тут составлять? – изумилась Зинаида, – 3 дня мальчики дежурят, 3 дня девочки.

– Я не умею готовить, – на всякий случай подал голос Валерий, – я если только суп бомжа могу кипятком залить.

– Наше какое дело? – вызверилась Зинаида. – Нанимай на свой день кухарку.

– Никого больше нанимать не будем, мы и так Серафиму притесняем, – вмешался Константин Георгиевич. – Я предлагаю так: три дня дежурят девочки, потом один день Юра с Валерой. Будет так, как я сказал! – сверкнул глазами в сторону недовольной Зинаиды директор. – Теперь о важном. В полдень в клубе состоится собрание. На повестке дня обсуждение инвестиционных вложений в развитие Скобеевки. Жители деревни в курсе, все предупреждены. Я ушел по делам. Меню обсуждайте без меня. Деньги на продукты возьмете на полке у телевизора.

***

Недельное меню было составлено. Жеребьевкой первое дежурство выпало Светлане. Выждав, когда откроется магазин, та стала собираться в дорогу за продуктами.

– Ты как пойдешь, присмотри мне козу поприличней, – наущала дежурную Зинаида Карловна.

– Это не ко мне. Я боюсь живность, – парировала Света.

– Я же не прошу ее приводить. Ты ведь не цыган – коз и коней воровать. Просто осмотрись, а потом мне расскажешь, где козы посимпатичней. Мне козье молоко для язвы хорошо. Я потом с хозяевами договорюсь, и они мне молоко сюда приносить станут.

– Ладно.

Где находится магазин, Света уже знала. Вчера они всей гоп-компанией обошли деревню вдоль и поперек. Набрав продукты, Света решила срезать обратный путь огородами. Она деловито шла вдоль старых дощатых заборов и подспудно заглядывала за дырявые изгороди на предмет симпатичных коз. Коз не было.

Зато было кое-что другое. За корявым забором чьего-то поместья в теньке старых яблонь стояли нарядные могильные оградки. Света принялась считать: пять, шесть… десять. Их было много. «Жуть какая! – поежилась Света. – Только больные на всю голову или сектанты могли разбить жилье и огород на месте языческого кладбища». В том, что перед ней именно языческое кладбище, Света не сомневалась. Крестов на могилах не было. Зато на каждой ограде висели ковры, перины, матрацы, подушки. Надо полагать, чтобы покойникам лежалось мягче. То, что покойники под землей, а спальные предметы – над ней, значения не имело. Им – сектантам – все равно. Логика и сектанты – вещи несовместимые.

Света, конечно, слышала, что бывали похоронные обряды и покруче. Так, некоторые поволжские народы в древности хоронили соплеменников на деревьях. Но то когда было – во времена мамонтов! А тут 21 век! И ковры с перинами на свежевыкрашенных оградках. Варвары! Девушке повезло стать свидетельницей обряда водворения на могилку предметов дня сна. Хозяйка-сектантка торжественно несла на вытянутых руках две подушки, потом положила их на пустующую ограду, погрустила, подумав о чем-то возле места упокоения древнего усопшего, и пошла в избу.

«Деревня дикарей! Надо поспешать с этого места, а то подкрадутся и принесут в жертву. У них тут, пади, с этим делом запросто…» – отгоняя пугливые мысли, Света обернулась и обомлела.

К ней неспешной поступью шел странный молодой мужчина. Как есть из этих. Сектантов. Опрятный, высокий, сухощавый и взволнованный. На лице маньяка-сектанта выступила испарина. Светлые, цвета спелой пшеницы волосы налипли на лоб. Незнакомец неотрывно шел прямо на нее. В правой руке у него была длинная железка. Он волочил ее за собой по земле, как маленькие мальчики возят машинки на веревочке. Непонятная железяка вздымала из земли смешные фонтанчики пыли. Незнакомец нагонял ее.

– Молодой человек! Вы что-то хотели? – на всякий случай поинтересовалась Света.

Незнакомец смотрел сквозь нее и неотвратимо приближался. «Вне всяких сомнений – маньяк! – догадалась девушка. – Тюкнет сейчас по башке железкой, и поминай, как звали». Свете задурнело. Ноги отяжелели как в страшном сне, когда нужно бежать, сломя голову, а ты стоишь, как кролик перед удавом.

«Че те надо?!» – как можно уверенней и наглее заорала Света маньяку. Она где-то слышала, что маньяков надо отпугивать либо самоуверенным тоном, либо звуком «ыыы». Если издавать этот звук, в мозгах маньяков что-то перещелкивает, и они теряют к жертве интерес. Света выпучила глаза и надрывно завела протяжное «Ыыыыы!!!». Реакции маньяка не последовало. Он все так же неотвратимо приближался и смотрел сквозь нее. Вероятно, тоже волновался. Быть может, ритуальное убийство, которое он готовился совершить, было дебютом в его сектантской карьере. Путь назад был отрезан, а впереди была короткая лесопосадка. Чтобы попасть в деревню, нужно было бежать леском.

Теряя рассудок, Света понеслась к деревьям, не выпуская из рук сумок с продуктами. Она не чувствовала ни рук, ни ног, так что сумки помехой не были. Когда она пробежала половину лесопосадок, из-под тенистой березки к ней навстречу вышли два мужичка. Один из них растопырил руки и нараспев произнес: «А кого это в наш лесок занесло? Как звать тебя, красна девица?»

«Ах, вон что, – дошло до красной девицы, – урод с железкой специально меня сюда гнал. У них здесь засада. Живой не сдамся, – приняла решение Света, – пощады от этих нелюдей все равно не дождешься». Как есть, почти не сбавляя скорости, она подбежала к растопырившему руки мужику и ударила ногой туда, где ему должно было быть больнее всего. Тот свалился замертво. «Один есть!» – повеселела Света и побежала дальше. Позади нее раздавались нечеловеческие вопли и сложносочиненные матерные слова. Погони не было.

Только увидев дом Серафимы, она позволила взять чувствам верх. Света плакала навзрыд. И с каждым всхлипом ужас пережитого будто отступал назад. Подойдя к крыльцу, Света и плакала и икала одновременно.

– Ты чего в каком виде? – изумилась увидевшая ее Катя.

– Чего ревешь? Деньги что ль потеряла? – вышла на шум Зинаида Карловна.

– На меня маньяки напали, – бессильно опустилась на деревянный пол крыльца Света, – возле языческого капища.

– Ты чушь-то не неси! – категорично ответила Серафима, подслушавшая диалог коллег, – в нашей деревне отродясь маньяков не было! А уж языческих капищ тем более!

– Нельзя отрицать очевидное, – равнодушно пробубнила Света. – Я решила срезать путь огородами. Пошла. Смотрю, а за забором в теньке старого сада языческое кладбище. А там сектанты. Несут на могилы подношения. Ковры. Перины. Подушки. Чтоб покойникам мягче спалось.

– Ну, ты, девонька, совсем того! – возмутилась Серафима. – Придумала то же! Языческое кладбище! Это Федька Кашин ограды на заказ варит, у него самые низкие цены в районе. Сварит, выкрасит. И пока их у него не заберут, Валька, жена его, свое барахло на солнышке на свежих оградах сушит!

– Пусть так. Значит, возле Кашинского могильника на меня маньяки и напали.

– Тьфу! – сплюнула Серафима.

– А как? А кто? – не обращая внимания на недовольство Серафимы, причитывали Катя с Зинаидой. Бессердечные мужчины отсиживались в доме.

Свете не хотелось отвечать. Она полностью обессилела. «Надо бы встать», – вяло подумала она. Света подняла голову и задохнулась от ужаса. К дому, волоча за собой все ту же железку, шел маньяк.

– Держите эту ненормальную! – заорал маньяк. – Она только что человека изуродовала!