Любовь на острове
Шрифт:
— Пытаешься отвлечь внимание от своей сестры? — спросил он бойко, взяв меня за руку, ведя по проходу.
— Я не виновата, что люблю выглядеть наилучшим образом, — сказала я ему, широко улыбаясь всем гостям, которые вытягивали шеи на своих местах, нетерпеливо ожидая невесту.
Свадьбу устроили на пляже, вдоль прохода расставив ракушки и вазы с папоротниками, а белые стулья утопали в песке.
— Я не жалуюсь, — сказал он. — Если ты всегда будешь подружкой невесты и никогда не будешь самой невестой, то ладно.
Мне потребовалось все свое мужество, чтобы не уколоть его своими острыми ногтями. И плевать, если я их сломаю. Бесит, что он был отчасти прав.
Как бы то ни было, когда мы подошли к алтарю, все прошло гладко. Клятвы, какими бы дурацкими они ни были, заставили всех растрогаться, и все кричали и хлопали, когда Ричард подошел поцеловать невесту.
Возможно, я даже прослезилась.
— Дейзи, — говорит мне свадебный фотограф Мара. — Ты нам нужна.
Сейчас я сижу на пляже, пью бокал розового шампанского, чувствуя кайф и собираюсь с мыслями. Внизу, у воды, Мара снимала Ричарда и Лейси, и я знала, что скоро меня позовут, поэтому не стала уходить слишком далеко.
— Нам еще нужен шафер, — говорит Мара, оглядывая нарядных гостей, которые заполнили пляж и двор Уэйкфилдов.
А Тай разговаривает с одним из своих друзей, ничего не замечая.
— Я схожу за ним, — говорю я и иду через пляж.
Когда я добираюсь до Тая, он с другом, кажется, его зовут Кэм, замолкают и оглядывают меня. Выражение лица Тая не меняется, и ему удается оторвать взгляд от моей груди, уставившись куда-то мимо, в то время как Кэм в упор смотрит на меня. Господи, надеюсь, я не выгляжу так же, когда смотрю на Тая.
— Значит, это и есть та малышка, — говорит Кэм, толкая Тая локтем в бок.
Тай хмыкает, избегая моего взгляда.
— Малышка? — повторяю я.
— Я спрашивал о тебе, — продолжает Кэм, явно пьяный. — Я
спросил: «Эй, приятель, что за американская ранга к нам приехала?
Познакомь меня с ней». И знаешь что? Этот ублюдок не захотел.
— А что такое ранга?
— Здесь это значит рыжая, — осторожно говорит Тай. — Хотя я предпочитаю «рыжая бестия».
— И поэтому главный вопрос, который у всех нас на уме, — говорит Кэм, хитро глядя на меня. — Итак…
О боже.
Началось.
— Там ты тоже рыжая?
Я закатываю глаза как раз в тот момент, когда Тай бьет Кэма по затылку так сильно, что напиток Кэма вылетает из его рук, едва не задев меня.
— Веди себя прилично, козел, — рычит на него Тай.
— Черт возьми, Тай, — говорит Кэм, держась за затылок. — Я не боксерская груша.
— Будешь грушей, если не перестанешь вести себя как придурок.
А теперь отвали и подумай о том, что ты натворил.
Кэм смотрит на него, сбитый с толку. К моему удивлению, он уходит, поджав хвост.
Затем Тай издает раздраженный звук и начинает идти в сторону пляжа.
Я бегу за ним.
— Не надо было так сильно его бить, — говорю я ему. — Я могу постоять за себя. Я к этому привыкла.
— Это было не сильно, — говорит он, быстро взглянув на меня.
— Поверь мне, я сдержался. И это чертовски печально, что ты к этому привыкла.
— Это просто глупый вопрос, — говорю я ему.
Я веду себя так, будто это не имеет большого значения, хотя на самом деле от этого вопроса у меня всегда мурашки бегут по коже. Это отвратительно, если честно.
А еще было странно смотреть, что Тай реагирует на это подобным образом. Он вел себя как пещерный человек, защищающий свою территорию, и мне даже понравилось.
Тай неодобрительно рычит.
— Ну тогда, возможно, мне следовало познакомить вас, когда он попросил.
Хм-м. Снова ведет себя так, будто ему на все наплевать. Или, может быть, это защитная реакция.
— Нет, спасибо, — говорю я ему.
— Как ты вообще держишься?
— Как я держусь? В смысле? Я в порядке.
Он пожимает плечами.
— А вот и вы, — говорит Мара, подходя к нам. — Я сделаю пару фотографий вас двоих вместе, потом будем отмечать. Вы такая привлекательная парочка.
Мы с Таем смеемся.
Неловко.
Она заставляет нас встать, соединить наши руки вместе, поднять напитки. Мы делаем несколько фотографий, прежде чем она зовет жениха и невесту и остальных участников свадебного торжества.
Мы с Таем расцепляем руки, и я поворачиваюсь к нему. Мы все еще находимся очень близко, я практически вплотную к нему, и он не отступает.
Я смотрю на него, убирая с лица выбившуюся прядь волос.
— Что ты имел в виду?
Он приподнимает темную бровь.
— Разве это имеет значение? Ты сказала, что все в порядке, — его голос низкий, шепчущий, и мы так близко, что я чувствую его дыхание. Виски с мятой.
— А почему бы мне не быть в порядке?
— Ты ужасно защищаешься, Рыжая бестия, — говорит он, пристально глядя на меня, прежде чем отвернуться.
— Не называй меня так. И я не защищаюсь.
Его губы дергаются.
— Я же знаю, что ты не в ладах со своим бывшим парнем и все такое. Подумал, что тебе тяжело смотреть на бракосочетание. Это же праздник любви, и все такое.
Не защищайся, не защищайся.
Я должна повторять это в своей голове, потому что сразу же хочу наброситься на него с колкостями.
Натягиваю на лицо улыбку и спокойно смотрю на него.
— А кто сказал, что мне не нравится быть одной? В конце концов, это я с ним порвала. И ты тоже не женат, да? Почему свадьбы
должны быть адом только для одиноких девушек, а не для одиноких парней?
Что-то мрачное появляется в его взгляде, и на мгновение я боюсь, что он на самом деле не одинок. У него вполне может быть девушка…
просто она не здесь.
— Справедливое замечание, — говорит он через мгновение.
Затем он направляется к Ричарду и Лейси.
Тем временем я пытаюсь не обращать внимание на его слова, но не могу.
Мне нужно выпить.
~
Второй раз за последние несколько дней я просыпаюсь с жутким похмельем. К счастью, все не так плохо, как в прошлый раз. По крайней мере, я так думаю.