Чтение онлайн

— Зато Вике решать. Она вполне может послать тебя на хрен вместе с твоими ухаживаниями. И тогда тебе придется отойти в сторону.

— Да хрена с два, братик! — огрызаюсь. — Вика — моя, и точка. Никто другой ее не получит. Оторву руки любому, кто посмеет близко подойти. А советы твои как мёртвому припарка. Можешь ими подтереться.

— Ну тогда иди к отцу, поговори с ним. Раз мои советы для тебя говно.

— Да вот еще. Батя меня точно не поймет. Если скажу как есть, он мне только запретов навешает. Запретит вообще к Вике приближаться. Да и не расскажешь ему всего. Он тот случай со змеей так и не просек… Разбираться не стал даже.

— А было в чем? — Олег заинтересованно на меня глянул, но я лишь отмахнулся. Какой смысл пересматривать дело, если приговор уже был приведен в исполнение?

— Уже ни в чем, проехали.

— Ну, тогда к дяде Андрею сходи. Поговорите по душам.

— К дяде можно, да. Но позже. Не хочу, чтобы он знал, что речь идет о Вике. А то и предки быстро узнают. Слушай, а может, ты к дяде сходишь, а? Тебе проще будет. Это же я паршивая овца в семье. Которому можно только по шее давать.

— Димон, ну что за детские обидки? — скривился брат. — Ай-яй-яй, бедному мальчику не дали беспределить, отругали, отправили в армию на перевоспитание. А ничего, что ты всем нервы трепал? И маме, и отцу седых волос добавил. И Вику чуть заикой не сделал. От большой, мля, любви. Кабздец просто. И в дежурку не тебя менты приводили? Наверное, надо было тебя в жопу за это всё целовать, да?

— Зато ты у нас пай-мальчик хренов, да? Гордость родителей…

Я понимал, что брат прав, но от этого лишь сильнее злился. Понимал, что нахуевертил с три короба, и получил заслуженно, но иррациональная обида всё равно меня точила…

— Ты дурак, Дим, — Олег встает и подходит ко мне, — если думаешь, что родителям на тебя плевать. И мама, и отец за тебя очень переживают. Весь этот год переживали. Они всего лишь хотят, чтобы ты взялся за ум. Сегодня, например, был отличный вечер. И мама светилась вся. Глаза протри — и сам это увидишь. Ну и сделай хоть что-то полезное. На учебу вернись, отцу помоги в офисе. И увидишь, как мало надо, чтобы они тобой гордились. Всего лишь быть человеком, а не сволочью.

Ох ты ж, мелкий. Разделал меня под орех. Мой запал сразу сдулся весь, ведь я осознавал, что брат прав.

Я только и делал, что трепал всем нервы. И пора бы уже и это исправлять.

— Тебе бы в политику пойти, брат. Уж больно болтаешь хорошо. Ну или в психологи, на крайний случай.

— Димон, в общем, так. Я тебе всё сказал. Дальше действуй сам. Но не дай бог, я еще раз увижу, что ты силой зажимаешь Вику по углам, я в стороне не останусь. И еще раз по роже съезжу, и с отцом поговорю. Надеюсь, правда, что не дойдет до этого.

— Не дойдет. Я не урод, Олег. Не такая мразь, как те уёбки, что тронули нашу мать. Не опущусь до такого.

— Даже если Вика тебя полностью отошьет?

— Не отошьет, — мотаю головой. — Мы с ней разберемся со всеми проблемами. Ты правду сказал. Вика нежная и добрая девочка. Долго упрямиться и обижаться не сможет. Клянусь, к началу осени я заглажу свою вину, и она станет моей. Во всех смыслах.

— Ну-ну, — брат усмехается и хлопает меня по плечу. — Ты меня, кажется, так и не услышал. И дядю вряд ли услышишь. Но вперед, пробуй. Только не бесись потом, когда тебя пинком сбросят с пьедестала. Сам себе будешь злобный Буратино.

— Да иди ты…

— Уже иду. И тебе советую спать отправляться.

Олег уходит, а я растягиваюсь на лежаке и закрываю глаза. Алкоголь туманит мозги, тело становится ватным, а память возвращает меня в тот день, когда моя жизнь перевернулась с ног на голову.

В тот день, когда мама привела домой заплаканную девчонку, жмущуюся к ней, как испуганный олененок.

Дима

Флешбэк

О том, что вместе с нами теперь будет жить девочка по имени Вика, мама рассказала буквально дней за пять до того, как Метельская переступила порог нашего особняка.

Она собрала нас троих в гостиной и рассказала о том, что оформила попечительство над одной из своих учениц, которая потеряла родителей в автомобильной аварии.

— В общем, так, дорогие мои. Вику я привезу в пятницу, а вас попрошу отнестись к ней с теплотой и вниманием. Как к члену семьи.

— Слушай, мам, — я озадаченно потер затылок. — А что, ей реально негде больше жить? Ну, там бабушки, дедушки, дяди, тети. Неужели не к кому поехать?

Не то чтобы я был против. Дом у нас большой, комнат предостаточно. Просто никак не мог понять, почему девчонка переезжает домой к нам, а не к своим родственникам.

— Если бы было к кому, я бы не оформляла на себя документы, — мама помрачнела. — Да, сынок, не у всех есть куча дядюшек и тетушек, как у вас. У Вики были только родители, больше никого. Есть, конечно, друзья матери и отца, но там у всех свои проблемы. Все умыли руки. А на гособеспечение я ее ни за что не отдам. Да и одной в квартире Вике рано оставаться, маленькая она еще. Особенно после такой трагедии. Поэтому до совершеннолетия она поживет с нами.

— Понятно. — кивнул я.

Мама еще долго говорила, но вся суть ее лекции сводилась к тому, чтобы мы приняли Вику как сестру и помогли ей устроиться в доме.

Я задумчиво посмотрел на младшую сестру и согласно кивнул. В принципе, почему бы и нет? Побегает в доме еще одна малявка, Верке компания будет.

Только вот мама, блин, забыла упомянуть, что ее воспитанница вовсе не малявка, не забавная пухленькая девчонка с двумя косичками, а моя ровесница. Год разницы в возрасте не в счет.

Поэтому я малость прифигел, увидев перед собой полностью сформировавшуюся девушку.

Стройную как тростинка, с длинными ногами, отчетливо выпирающей из-под блузки грудью и косой чуть ли не до пояса.

А уж когда она посмотрела на меня своими огромными глазищами, меня будто по башке чем-то тяжелым огрели.

Красивая — красным флагом промелькнуло в заторможенном сознании.

Зачетная чикса, с которой я бы с удовольствием замутил, встреться мы где-нибудь в городе.

Нереальная просто. Фигурка, волосы, личико — всё охренительное. Ни одна из тех девиц, с кем я крутил обычно, даже рядом с ней не стояла.

И вот ее я должен считать сестрой? Спасибо, маман, удружила…

Впервые в жизни я оказался дезориентированным и растерянным. И это мне очень не понравилось.

Зацепила меня Вика с первого взгляда. Словно удочку забросила, и крючок где-то глубоко в теле застрял. Так глубоко и прочно застрял, что хрен вытащишь. Только с мясом выдирать.

Сначала, конечно, я думал, что это все херня. Списывал свои ощущения на эффект неожиданности и первого впечатления.

Только этот эффект всё никак не желал проходить.