Чтение онлайн

– В смысле? – опешила я.

– В прямом. Добить меня решила? – с уморительной серьёзностью поинтересовался дикарь.

Я с трудом сдержала смех. Это ж надо... бандитов не испугался, а простой заживляющей мази ещё как.

– Не бойся, это не больно, – заворковала я. – Чуть пощиплет и пройдёт. Зато шрама не останется. Зачем такому красавчику шрам?

– Не разговаривай со мной как с ребёнком!

– А ты не веди себя как ребёнок! Заживляющей мази только малыши боятся.

– Я не боюсь заживляющую мазь. А вот в твоих руках...

– Да ладно тебе, – обиделась я. – Бери и мажь сам. Руки ему мои не нравятся, глядишь ты!

Я вырвала руку и, сунув ему баночку, принялась втирать оставшуюся на пальцах мазь в зарождающийся на предплечье синяк. Дикарь с минуту сидел неподвижно, а потом всё-таки пересилил свои глупые страхи и потянулся к лекарству. Правда, набрал всего ничего, да ещё и обнюхал с подозрением.

Окончательно разобидевшись, я подхватила перевёрнутый котелок и молча пошла к ручью. Я простила ему и хамство, и кинжал, и даже испорченную куртку простила бы, наверное, со временем. Я вообще отходчивая, так мама говорит. Но недоверчивое отношение к моим зельеварским умениям прощать не желала: «Я ведьма в семнадцатом поколении! Лучшая на курсе зельеварения! А он от моей мази шарахается как от убойной отравы! Скотина! Хам! Дикарь! Да я с детства эту мазь варила лучше мамы!»

Когда я вернулась на поляну, негодный спутник уже ворошил поленья в заново разожжённом костре. Мой сложенный несессер лежал на бревне, а крови на щеке дикаря не было. «Смотри-ка, снизошёл-таки, – с долей удовлетворения подумала я. – И правильно. Воспаление даже дикарям не нужно».

Убрав аптечку обратно в мешок, я засыпала в котелок горсть пряных трав, собранных тут же у ручья. Пока вода закипала, я достала хлеб и бумажный пакет с сыром. Дикарь хмыкнул и полез в висящие на его колёсном уродце сумки. На свет появились ветчина, мигом окутавшая своим ароматом всю поляну, лепёшки и плоская жестяная банка. За стол сошёл широкий пень, и вскоре мы уже сели за поздний ужин. А на сытый желудок завязалось и подобие нормального разговора.

О драке мы по молчаливому согласию не вспоминали, как, впрочем, и о его недавнем испуге. Что и неудивительно – кому захочется вспоминать такие детские заскоки. Я же великодушно решила не заострять. Кузина Биль не раз говорила, что хуже нет, как напоминать мужчине о его слабостях – гарантированно станешь врагом номер один. А мне с этим чудаком ещё два месяца возиться, а потом его ректору возвращать, и всё это желательно без международного скандала. Впрочем, насчёт скандала у меня уверенности не было. Всё-таки заущельный дикарь и мои родственнички, да в одном доме... Это чревато.

Нет, я люблю свою семью. Даже бабушку Летицию. Ну, пока она не будит меня звоном своих призрачных цепей посреди ночи, точно люблю. Но они могут в рекордные сроки свести с ума неподготовленного человека. А мой дикарь явно отличался тонкой душевной организацией. Надо же... Заживляющей мази испугался.

Я из-под ресниц покосилась на спутника, прикидывая, как бы так провести его по всем рифам моей семейной жизни и не сделать заикой в процессе.

– Что? – он почувствовал мой взгляд почти мгновенно.

– Да вот думаю, как тебя представить семье. Ты же так и не соизволил назвать своё имя.

– Хочешь сказать, что не знаешь, за кем тебя поставили следить? – хмыкнул он.

– Понятия не имею. Сам же видел. Ректор больше думал о том, как выпереть нас всех с территории академии. О правилах приличий он и не вспомнил.

– А без официального знакомства ты, разумеется, ну ничегошеньки обо мне не знаешь, – уже открыто усмехнулся парень.

– Ох, простите невежу, ваша светлость, – передразнила его тон я. – Там, за ущельем, вас каждая собака знает, да?

Глаза дикаря полыхнули гневом. Да так, что я невольно отшатнулась:

– Эй. Ты чего? Я же шучу. Ну, прости. Не успели нам о вас все подробности рассказать. Наши не ожидали, что вы вообще ту... Эм... Ну, что вы совсем другие. Думали вас на лето в общаге оставить. А тут такой пассаж – у вас, оказывается, всё не так, как у нас. Ну, в бытовом плане. Свет там, душ и всё такое...

– Я понял, – процедил он.

– Ну вот... – обрадовалась хоть какой-то нейтральной реакции я. – Видно, никто из профессоров с вами высиживать в академии в свой законный отпуск не захотел, вот ректор и скинул заботу. Он часто так делает. Из-за какого-то его неудачного эксперимента соседнее кладбище поднялось – очень хорошо, вот вам, оболтусы, практика. Ингредиенты вовремя не привезли – отлично, весь курс зельеваров вместо лекций отправляется в лес с серпами. И так во всём. Вот и вас скинули по привычке. Но ты не думай. Учат у нас на совесть.

– По привычке, значит? – ухмыльнулся дикарь.

– Ну да. Наверное. Не принимать же за чистую монету его россказни про то, что он вас так от наёмных убийц прячет.

– Каких ещё убийц?!

Я прикусила язык, но было уже поздно. Парень смотрел на меня так требовательно, что сразу было понятно, съехать с темы никто не даст. Но я всё же попыталась:

– Да нет никаких убийц, это я так, образно. Преувеличила немного.

– И в чём конкретно ты преувеличила?

– Ой, да во всём! Ну кому нужны простые студенты? – буркнула я и, махнув рукой, тоже мне нашли тайны, пересказала напутствие ректора.

Дикарь, как ни странно, слушал меня очень внимательно. Даже уточнял всякие нюансы и очень пристально интересовался реакцией моих однокашников на новости о гостях. Наконец, вытащив из меня даже те подробности, которые я сама не помнила, он угомонился.

– Надеюсь, твоё чувство собственной важности ликует и поёт, – проворчала я. Неожиданный допрос по такому идиотскому поводу меня вымотал.

– Скорее, оно тихо ругается в уголке, – буркнул парень. – Одно радует, не все у вас тут полные идиоты. Кое-кому ума явно хватает. Хотя хаос его знает, хорошо это или плохо.

– Я перестала тебя понимать. Впрочем, это моё перманентное состояние. Не успеваю за полётом твоей мысли.

– Я тоже.

– Что?

– Тоже тебя не понимаю. Кто ты такая, Индира?

– Студентка. Зельевар. Я тебе...

– Да нет же... – нетерпеливо перебил он. – Кто ты на самом деле?

Он задал это вопрос таким серьёзным тоном, что удержать природную язвительность под контролем у меня не получилось. Я старательно огляделась по сторонам, будто высматривая несуществующих шпионов, и, доверительно понизив голос, прошептала:

– Я лучший зельевар Империи. У меня бездна наград, а император все свои лекарственные зелья заказывает только у меня. Впрочем, яды тоже...

По мере того, как я говорила, тёмные глаза парня расширялись всё сильнее.

– Так вот оно что, – так же тихо отозвался он.

– Именно, – закивала я, из последних сил сдерживая смех. – Только имей в виду, это моя самая главная тайна, и ты не должен её никому рассказывать, потому что...

– Потому что?.. – парень подался вперёд.

– Потому что это всё дело далёкого будущего. А пока я просто ведьма-недоучка, – таки расхохоталась я.