Чтение онлайн

Итак, первый возможный вариант. Криштопа на старости лет, как это часто бывает, ударился в загул и пошел по девочкам. Случай свел его с Юлей Барзиной, зарабатывавшей на жизнь самым древним способом. Потом она случайно встречается с Левицким, тот предлагает Юле достойный заработок, и она рвет с панелью. Или не рвет? Как Левицкий узнал о ее прежних занятиях? От Криштопы? Они были друзьями... Ревность? Кто, кого и к кому ревновал?

Я взмок и вытер лоб носовым платком. Больше всего меня мучил вопрос о роли моей ненаглядной во всей этой истории. Спросить у нее напрямик? Я покачал головой. Не скажет. Я чувствовал глухую стену между собой и Маринкой каждый раз после того, как мы бывали невероятно, фантастически близки. И выстраивала ограждения она сама. Почему?

Криштопа посоветовал ей нанять для Юльки адвоката. Меня. Почему именно меня? Потому, что я крепкий профессионал, сказала Маринка в нашу первую встречу. Мне стало смешно. Таких, как я, в нашем деле сотни. Но понадобился именно я.

А эти артистические аферы в кругу людей, близких Левицкому? Кто мог подменить украшения мадам Степаненко? Только близкий человек. Тот, кто был вхож в ее дом. Сам Левицкий? Не верится. Судя по рассказам, это был человек, абсолютно лишенный корыстолюбия и ненавидевший осложнения. Зачем ему? Он и так мог иметь все, что пожелает. Руки-то до смерти были при нем.

А похищение Симакова-младшего? Кто-то ведь проинформировал вымогателей о привычках мальчика и о других подробностях, включая адрес и телефон родителей. А точное знание драгоценностей мадам Симаковой? Кто мог так хорошо описать украшения, как не человек, вхожий в дом?

Медсестра Вера сказала мне, что на все посиделки Левицкий ездил с разными дамами. Иногда брал с собой жену, иногда любовниц. Могла ли одна из его девочек заманить сына Симаковых в тот подмосковный санаторий?

Конечно. Только не Юлька. Потому что у Юрика имелся точный и подробный словесный портрет девицы. А там ясно сказано: девушка атлетического сложения.

Изменить во внешности можно очень многое: цвет волос, цвет глаз, рост, прикус... Но сложение изменить не получится. Тем более, если вспомнить то, что молодой человек видел барышню... как бы выразиться... во всех подробностях.

Симаков-младший сказал совершенно определенно: девушка качалась в спортзале на тренажерах. Мускулатура на руках и ногах барышни была рельефной и сильно развитой. Юля по своему сложению напоминала отечественного цыпленка, павшего голодной смертью на просторах родины.

Но в одном Юрик прав. Общий знаменатель во всех этих историях есть. И я сильно подозреваю, что это Левицкий. Только он сам афер не проворачивал. Скорее всего, это делали люди, крутившиеся вокруг него. А вот знал ли он об этом бизнесе – большой вопрос.

И еще больший вопрос: знала ли об этом его жена?

Я бросил окурок в реку и несколько минут бездумно наблюдал за течением воды. На душе было пусто и горько, как в желудке. Я немного подумал и решил съездить пообедать в знакомое местечко, которое мне показал Криштопа. Совместить, так сказать, приятное с полезным.

В маленьком ресторанчике на сей раз было людно. Знакомая официантка сегодня не работала, и я решил провести эксперимент. Полистал меню и мимоходом спросил у девушки.

– А Роман Петрович сегодня не появлялся?

– Нет, – совершенно спокойно ответила официантка. – Он обычно бывает вечером, попозже.

– Спасибо, – поблагодарил я и сделал заказ.

Девушка удалилась. А я еще раз оглядел заведение. Что ж, вполне вероятно, это и есть штаб-квартира преступного сообщества. Славное местечко, ничего не скажешь. И уютно, и спокойно, и кормят вкусно, и платить не надо. Интересно, кто хозяин? Или хозяин тут только числится?

Я быстро съел предложенный обед и, расплатившись с официанткой, вышел на улицу. В первый раз я не обратил внимания на название заведения.

Я задрал голову и внимательно осмотрел нарядную электрическую вывеску. Ресторан «Ассоль». Очень романтично.

Было всего шесть часов, домой ехать не хотелось. Я немного поколебался и достал из бумажника смятую салфетку, на которой Криштопа написал свои телефоны. Не было никакого определенного плана, меня вел по следу неразумный охотничий инстинкт.

Прежде чем набрать номер, я бегло просмотрел входящие звонки. Два часа назад я бы улетел на небеса от радости, обнаружив, что Марина звонила целых три раза. С интервалом в полчаса. Но сейчас я был собран и недоверчив, как ревизор при исполнении служебных обязанностей. И даже решил не перезванивать. Пока, во всяком случае.

Я набрал номер мобильника Криштопы. Абонент был временно недоступен. Я проявил настойчивость и набрал домашний номер. Сработал определитель, и Криштопа снял трубку:

– Алло?

В голосе не было ни удивления, ни любопытства, только вежливое равнодушие. Но я не поверил, что он не узнал номера моего телефона.

– Роман Петрович? – сказал я обычным приветливым тоном.

– Никита!

Он так искренне обрадовался, что я почти купился.

– Как я рад, что ты позвонил! Что нового?

– Есть кое-какие новости, но мне не хочется их обсуждать по телефону. Вы позволите мне заехать к вам?

– Конечно! – сказал он твердо. – Мог бы и не спрашивать. Приезжай, я дома. Квартира сто седьмая.

– Еду.

До знакомого дома на Ленинском проспекте я доехал за полчаса. Перед подъездом припарковался знакомый «Фольксваген» Криштопы. Я еще раз осмотрел автомобиль. Новый, сверкающий, нарядный. На зарплату университетского преподавателя, к тому же не берущего взяток, такой не купить. Да и новая квартира по стоимости сильно превышает «распашонку» в Медведково, где Криштопа жил раньше. Уверен, что и ремонт в новой квартире сделан на уровне «евро».

Я поднялся пешком на четвертый этаж, замедлив шаги на третьем у знакомой двери. Остановился возле нее и прислушался. Никакого движения, Марина, скорее всего, на работе. Звонила она со своего мобильника.

Квартира Криштопы находилась этажом выше. На лестничной клетке расположились четыре одинаковые сейфовые двери без указаний номеров квартир. Прежде чем позвонить в крайнюю левую, которая по моим расчетам и была мне нужна, я вытащил телефон и просмотрел входящие звонки. Нет, после разговора с Криштопой, мне никто не звонил. Странно. Я был уверен, что если между Криштопой и Мариной есть какая-то связь, он сообщит ей о моем визите. А она захочет узнать его причину.

Не успел я спрятать мобильник в карман, как дверь, которую я облюбовал, распахнулась. Роман Петрович стоял на пороге и дружелюбно протягивал мне руку: