Чтение онлайн

Мой телефон зазвонил, избавив меня от необходимости сразу отвечать. Номер был незнакомый, так что я поднял трубку. Как один из немногих электромонтёров в бригаде Аркадия Энерджи, я знал, что вызов может быть в любое время: упавшая линия электропередач, перегоревший предохранитель.

— Такер у телефона.

— Добрый вечер, мистер Флетчер. Это Диана Перес из библиотеки Аркадии Крик. У вас есть минутка?

Мне стоило дать звонку уйти в голосовую почту. Джек показал жестом на улицу, выходя из машины, оставив меня наедине с библиотекарем. Сэди выскочила из грузовика и тут же увязалась за ним, что заставило его подпрыгнуть. Это вызвало у меня лёгкую улыбку. Я не знал, почему моя собака недолюбливала Джека, но находил это забавным. Он — не особо.

— Мистер Флетчер?

— Да, мэм, я вас слушаю.

— Отлично. — Она мягко прочистила горло. — У нас на следующей неделе будет благотворительное мероприятие для сбора средств на пожарную станцию, и нам нужны ещё несколько мужчин, чтобы помочь. Мистер Хэйз сказал, что вы могли бы согласиться.

Чёртов Дасти. Так бывает, когда твой лучший друг — пожарный без всяких тормозов.

— Да, мэм. Буду рад помочь.

Она выдохнула с явным облегчением.

— Вы не представляете, как мы вам благодарны, мистер Флетчер. Мы считаем, что идея блестящая, но, как оказалось, в Аркадии Крик не так много холостых и подходящих пожарных, как можно подумать.

Холостых? Подходящих? Во что я только что ввязался?

— Простите, мэм, я, кажется, недопонял. Что это за мероприятие?

— Лотерея! Могу я узнать ваш адрес электронной почты? Я пришлю все детали.

Я продиктовал его, принял её бурную благодарность и повесил трубку, немного ошеломлённый. Выйдя из грузовика, я направился к сараю за инструментами, пока Джек настраивал прожекторы, чтобы закат не помешал нам разобрать его старую веранду.

Холостой. Подходящий. Эти слова всё ещё звенели у меня в голове, пока я выбирал две пары защитных очков и вешал их себе на запястье. Всё, что я слышал за этими словами: «Вот уже пять лет прошло, а этот парень так и не двинулся дальше.»

Или, ещё лучше: «Неужели он всё ещё на мне помешан?»

Разумеется, это был голос Джун в моей голове.

Но этот вымышленный голос Джун ошибался. Я больше не был зациклен на ней. Да, я почувствовал к ней притяжение, когда открыл дверь дома Билли и увидел её там. Но потом я провёл каждую минуту с того момента, ругая себя за это.

Телефон завибрировал — пришло сообщение.

Дасти: Слышал, ты присоединился к нашей благотворительной акции.

Такер: Ты мне за это должен.

Дасти: Без понятия, о чём ты. Это не я тебя позвал.

Оба мы знали, что это неправда. Это просто был его стиль.

Дасти: Не могу дождаться, чтобы увидеть, кого тебе дадут.

Такер: Подожди, что? Кого мне дадут для чего?

Дасти: Диана не объяснила?

Дасти: ??

Дасти: Прости, я тут просто умираю. Тебя ждёт сюрприз.

Такер: ДАСТИ.

Я направился к передней части дома, держа кувалду за рукоять, прислонив её к плечу. Сэди лежала на траве под деревом, выглядела довольной, высунув язык. Ленивая собака быстро уставала.

Джек уже включил прожекторы, хотя пока ещё в них не было необходимости. Вдали раздавался гул цикад, а горячий вечерний воздух липнул к коже. Дом стоял на небольшом холме, с которого открывался вид на Аркадия Крик: город с одной стороны и обсаженная деревьями водная артерия с другой. Розовые облака разбавляли голубой горизонт — нас ждал закат цвета сахарной ваты.

— Лорен придёт? — спросил я, осматривая крыльцо.

Джек покачал головой.

— Не сегодня.

Он ничего не добавил, но я был готов поспорить, что он сказал своей невесте, что мне нужно немного пространства. И он был прав, как бы мне это ни бесило. Люди в нашей семье — которая, к слову, составляла изрядную часть этого города — обычно обходили тему меня и Джун на цыпочках. Теперь, когда она вернулась в город, это, скорее всего, вызовет у всех панику. Для клана Флетчеров это была неизведанная территория.

Но мне пока было не до этого. Кто знает, может, Джун исчезнет из города уже к концу недели.

С учётом её прошлого, это было вполне вероятно.

Телефон снова завибрировал.

Дасти: Это была не моя идея.

Такер: Библиотекарь сказала, что ты предложил моё имя. А значит, ты дал ей и мой номер.

Дасти: Это же на благое дело.

Такер: Новые одеяла? Поход в магазин? Ещё пончиков для кухни?

Дасти: Как пожарная часть решит тратить деньги — это их дело.

Я прямо видел его сейчас на другом конце телефона, как он смеётся до слёз. Ему точно надо было найти себе занятие. Скорее всего, он сейчас был в части, занимался на тренажёрах и ждал следующего вызова.

Такер: Если эти деньги пойдут на новую скамью для жима, я выхожу.

Дасти: Это всего одно свидание, дружище. Сделай это ради меня. Ради моих страдающих мышц.

Его мышцы были в порядке. Но мой мозг зацепился за два других слова из его сообщения: одно свидание. Они разыгрывали свидания? Это что, 1951 год? И даже не тому, кто больше заплатит, а просто случайному счастливчику с выигрышным билетом? Я застонал, сунув телефон в карман. Я уже согласился, так что назад дороги не было, но пусть Дасти понервничает немного.

Я поднял взгляд и заметил, что Джек смотрит на меня с беспокойством.

— Ты хмуришься, — сказал он. — Прямо как мистер Флойд.

Это меня устраивало. Может, это начало моей новой карьеры — быть ворчливым стариком, подстригать лужайку крошечными ножницами и ворчать на детей из соседства в подтяжках. Если бы на длинной дороге, где мы с Билли Бейкером жили, вообще водились дети.

— Знаешь, мы можем заняться чем угодно прямо сейчас. Нам не обязательно работать. Я здесь ради того, что тебе помочь, — сказал Джек.

Видите? Ходьба по раскаленным углям.

Но именно это мне и было нужно: выпустить пар, отвлечь мозг от женщины, которая когда-то полностью разбила моё сердце, и так измотать себя, чтобы я не лежал ночью в кровати, размышляя.

— Мне нужно, — сказал я, бросая ему пару защитных очков и надевая свои, — что-нибудь разнести.

Я поднял кувалду и с хрустом обрушил её вниз, чувствуя удовлетворение.

Глава 3

Джун

Моя детская комната была выкрашена в мягкий жёлтый цвет с яркими подсолнухами, нарисованными на одной из стен. Ряд длинных зелёных стеблей с крупными цветами, выше меня ростом, выглядывал из-за комода и тянулся выше моего старого стола. Комната была солнечной, и я всегда её любила. Но теперь, лежа на своей кровати и глядя на фреску, я могла думать только о том, как мы с мамой раскрашивали эту стену летом перед тем, как я пошла в среднюю школу. Она решила, что моя розовая комната нуждается в «обновлении для старшеклассницы», и теперь, оглядываясь назад, я понимаю, что это была её попытка помочь мне перейти в новый важный этап жизни. Это было то время, когда она ещё оставалась моей лучшей подругой.

Она была хорошей мамой. Но не была хорошей женой. И я до сих пор не могла простить её за то, что она разрушила нашу семью, и за всё то, что это разрушение сделало со мной.

Я была её уменьшенной копией — как в хорошем, так и в плохом. Она передала мне свои кудрявые светлые волосы, зелёные глаза и тонкий вздёрнутый нос. Она научила меня без страха пробовать сырое тесто для печенья, любить яркие, пышные подсолнухи и видеть в вспышках цвета радость. Я унаследовала её дерзость, которая пригодилась нам обеим в роли капитанов группы поддержки в одной и той же школе, с разницей в двадцать три года. И я унаследовала её привычку сбегать из города, оставляя отца и убегая от людей, которых любила.