Чтение онлайн

Тёмный гольф облегал плечи и руки, подчёркивая силу, которой он не был обязан ничьей охране. Простые джинсы. Ни дорогих часов, ни знаков статуса. Но от него исходил тот холодный авторитет, который не купишь.

Когда он обернулся, Джулия сразу увидела его глаза.

Спокойные. Без тени волнения. Но зрачки — расширенные, как у человека, которого ударили под дых.

Несколько минут после приветствия они просто смотрели друг на друга в немом поединке взглядов. Первой прервала молчание будущая донна.

— Кто ты?

Арс смотрел на неё пару долгих секунд, прежде чем ответить.

— Интерпол. Год как сотрудничаю с AISI.

Голос — ровный, без попытки оправдаться или смягчить удар. Словно он раскрыл ей прогноз погоды, а не то, что следовало держать в секрете.

Джулия вскинула подбородок:

— И моя семья тоже? Ты сблизился со мной, чтобы подобраться ближе? Чем же моя мать так рне дает всем покоя? Не устраивает массовых казней? Вывела из игры черных трансплантологов и работорговцев? Это нарушает баланс?

Арс медленно качнул головой, подходя ближе — но без резкости, без давления.

— Ты будешь удивлена. Мы следим не за семьями.— Он сделал едва заметную паузу. — А за балансом.

Джулия хмыкнула — холодно и жёстко.

— О, значит вы хранители равновесия мафии? Какая честь.

Арс не улыбнулся — но во взгляде скользнула тень иронии.

— Парадоксально, но… да. Взаимодействие кланов, перемещение оружия, теневые сделки, контроль территорий — всё под наблюдением. Если баланс рушится, рушатся рынки. Начинаются войны. Гибнут города.

Мужчина достал тонкую чёрную флешку.

— Клан Кастелло нарушил этот баланс. И теперь он под прицелом — тоже.

Джулия чуть подалась вперёд.

— И вы собираетесь его уничтожить?

— Если придётся.

Она смотрела на флешку, как на ключ. И как на обвинение одновременно.

— Что там?

— Всё, что тебе нужно. Теневые счета. Контрабанда. Схемы убийств, поставок, рейдерских сделок. Список тех, кто кормился с рук Кастелло.

Он протянул флешку ближе.

— Ты можешь дергать за эти нити. Мое руководство решает, стоит ли делать ставку на его сестру. Но я решил, у тебя больше поводов и больше ярости, чтобы использовать ее грамотно.

Джулия не взяла эту бомбу замедленного действия не сразу. Внутри всё сжалось.

— Как ты узнал… — слова сорвались сами. — Что он сделал со мной?

Арс смотрел на неё долго, слишком честно, слишком прямо.

— Это не первый раз. Многие годы такое сходило ему с рук. Но сейчас Кейро Кастелло нестабилен, и это делает его опасным для всех. Даже для его семьи. Так что скоро мои боссы скорее сделают ставку на его сестру, особенно учитывая то, что вы в тандеме положите конец многолетней войне престолов.

Джулия нервно усмехнулась.

— Не сомневайтесь. Правда, неприятно признать, что не одни мы все это решаем, и что вы сидели сложа руки, когда гибли люди. Все павшие кланы… ваших рук дело?

— Когда это выгодно, — спокойно подтвердил Арс. Он не собирался оправдываться.

Девушка пыталась справиться с этой информацией. Знали ли ее мать, кто дергает за нити? Что есть некий баланс, и никто не знает, каким правилам он подчиняется.

Она смотрела на море, но видела кровь. Кровь Кастелло. Смирится ли ее бунтарский нрав с осознанием того, что большой брат негласно наблюдает сверху?

Или пора поумнеть и повзрослеть, чтобы понять, что впереди смотрящий не обязательно твой враг… иногда и компас.

— Это баланс сил выгодный для вашего агентства? Или для тебя лично? Вы идете по шаблонам «Нетфликс», потому что женщины теперь рулят во всех фильмах?

Арс приблизился. Его губ коснулась теплая улыбка. Не фальшивая. Джули действительно позабавила его своим комментарием.

Холодный ветер взъерошил ее хвост.

А Арс внезапно коснулся её лица — осторожно, но уверенно.

И поцеловал.

Не так, как Кей — не грубо, не требовательно.

Властно. Но без насилия. Без давления.

Поцелуй, от которого Джулия не смогла уйти, даже если бы и хотела. И на этот раз она не ушла.

Прислушалась к своим ощущениям, к теплу его губ.

В груди — не огонь, не паника, не жадность. А тихое, ненормальное чувство безопасности. Словно в мире наконец появилась точка, где можно дышать. Не сгорать, не рвать себя на части с мазохистским удовольствием – а просто быть.

На миг мелькнула мысль: этот мужчина мог бы стать моим мужем… если бы я не узнала, что значит погибать от страсти и жаждать этого снова.

Он остановил поцелуй первым. Провёл ладонью по её щеке.

Джулия сглотнула.

— Прости, — прошептала. — Не могу.

Арс отрывисто коснулся пальцами своих губ, будто смывая вкус сожаления.

— Я знаю. После того, что он сделал… я вообще не имел права тебя касаться.

Джулия усмехнулась резче, чем хотела.

— Он не сломал меня. И не убил желание жить. И целоваться — тоже.

Она вдохнула глубже.

— Просто… сейчас не время.

И разжала руку, всё-таки забрав флешку.

Развернулась. Пошла.

Арс смотрел ей вслед долго. И в каменной фигуре неожиданно появилась нежность — та самоя, что он никогда не показывал, даже когда любил.

И ветер шептал имя, которое он не произнёс вслух.

Джулия.

Пещера была холодной, влажной, как дыхание земли.

Волны заходили внутрь, разбиваясь о камень — ритм древний, безжалостный, живой. Факелы вдоль стен давали мягкое, мигающее золото, от которого скалы казались живыми.

Валентина шла уверенно — как женщина, которая боится, но идёт всё равно.

Валентина Санторелли – и боится… это был нонсенс. Она давно ничего не боялась. Кроме смерти своих детей… и того, что ей готовит эта встреча.

Внешне никто бы не догадался, что она нервничает. Никто никогда не знал, когда – даже когда в залах для деловых переговоров решались людские судьбы.

Икона стиля с непроницаемым выражением лица. Тёмно-зелёное платье до пола, распущенные волосы, пальцы с тонкими кольцами — символами власти и незримых клятв.