Чтение онлайн

— Оуч, нет, всё в порядке, — вышел из транса тот. И быстренько расстегнул пуговицы на больничной рубашке, отчего Пелагея немедленно смутилась. — Я рану показать, — объяснил он. — Видишь, нет никакой раны. Эльфийское снадобье подействовало безупречно, как и всегда. Спорим, твой порез тоже зажил?

Чтобы выяснить, как обстоят дела с ножевым порезом, ей пришлось упорхнуть за ширму. Да, действительно, не осталось даже рубца.

Ли Тэ Ри меж тем снова оглянулся на заинтересованную публику. Если эта очередь решит вломиться к нему, чтобы выразить своё сожаление, почтение и прочую столь же удручающую чепуху, он наверняка не выдержит и перевоплотится в разъяренного снежного барса, чтобы обратить доброжелателей в бегство.

Исчезнуть бы сейчас с радаров, скрыться от всех любопытных глаз и вдвоем с Пелагеей заняться… Кхм, чем-нибудь необычным.

Ли Тэ Ри попробовал сконцентрироваться на необычном.

«Ну же, включайся, мой гениальный мозг! Придумай хоть какой-нибудь дельный предлог, чтобы мы смогли остаться наедине. Чтобы она согласилась».

Он с минуту просидел зажмурившись и почти не дыша. Не лучшая практика для активации работы извилин. Но, в итоге, они всё же выдали годную идею.

Едва Пелагея вернулась, куратор подсунул ей эту идею, холодея даже при мысли об отказе.

— Ты, кажется, жаловалась, что разучилась превращаться, — будто бы между делом произнёс Ли Тэ Ри, непринужденно закидывая ногу на ногу. — Могу помочь.

Пелагея тут же сделалась коварной и проницательной.

— То есть вы признаёте, что отняли у меня дар?

— Да ничего я не отнимал! — вскипел Ли Тэ Ри, но тотчас взял себя в руки. Невыносимая женщина!

Невыносимо дорогая, чтобы ссориться с ней по пустякам.

— Ну так что, согласна? — осторожно поинтересовался он.

Пелагея медлила с ответом. Ее явно раздирали противоречия. С одной стороны, к куратору тянуло, как магнитом. С другой — удирать от него порой хотелось не меньше.

Однако желание вернуть утраченный дар победило.

Куратор ликовал, как мальчишка. Разумеется, глубоко в душе. Он чинно провел свою ученицу сквозь разношерстную толпу, что ждала снаружи. Завистницы косились на Пелагею, Пелагея косилась на завистниц. Служащие откровенно недоумевали: заторможенный, замороженный эльф, гроза всех работников, мистер Ледяная Глыба — и вдруг улыбается. Тонко так улыбается, плутовски. Одно загляденье.

Правда, с одеждой у него беда. Ну кто, скажите на милость, надевает парчу поверх больничной рубашки?

— Эй, погодите! — выскочил из палаты доктор, потрясая какой-то склянкой с порошком. — А как же осмотр? А приём лекарств?

Ли Тэ Ри плевать хотел на лекарства и осмотры.

Он торжественно прошел по коридорам, подметая полами вконец изодранного шлафрока покрытие из прозрачного льда. Торжественно препроводил Пелагею к себе в мастерскую и не менее торжественно запер инкрустированную дверь на ключ. Чтобы никто не вздумал их побеспокоить.

А потом, старательно пряча счастье на дне зрачков, повернулся к ученице — и чуть не лишился чувств. Она, как привидение, в белой рубашке до пят, стояла перед ним, ковыряя пуговицу. Да и Ли Тэ Ри выглядел ничуть не лучше. И они вдвоем в этом безобразии дефилировали по дворцу у всех на виду? Кошмар. Стыд-то какой!

— Кхм. — Куратор прочистил горло. — Может, нам для начала переодеться? У меня в спальне… В шкафу, — поспешил добавить он, — для тебя найдется платье. Ступай.

Уговаривать ее не пришлось. В последнее время в голове у нее водились мысли весьма предосудительного характера. Стоило эльфу произнести кодовую фразу: «У меня в спальне», — как Пелагею затопило чувство неловкости. На щёки наплыл неприлично интенсивный румянец, а уши так вообще будто на сковороде поджарились — такими они стали красными.

Вот и как прикажете скрыть следы криминала?

Единственно верным решением оказался побег. Фея, похожая на призрак, предпочла унести ноги в злополучную спальню, подальше от куратора, пока куратор не догадался, что с ней творится.

«Прекрати дурить, Пелагея! — слёзно умоляла она свой воспаленный рассудок, пока ее заносило на поворотах, устланных ворсистыми коврами. — Сосредоточься на главном. Горлица. Юлиана. Кристалл. Никаких дурацких эмоций!»

Она юркнула в спальню и плотно затворила дверь. Здесь стояла тишина, слитая с полумраком в пропорциях «один к одному». Двуспальная кровать под балдахином цвета чайной розы тоже стояла, да так и манила, зараза, сесть, проверить: а мягкая ли?

Пелагея поскорее отвлеклась на складной диванчик, который Ли Тэ Ри однажды разложил специально для нее — после неудачной прогулки по зачарованной тропе. В памяти мгновенно всплыл эпизод, где шеф сидел с ней рядом — непозволительно близко — и пытался сбить жар.

Ох, не думать про диванчик! Пелагея отвернулась и воспылала праведным гневом.

Да что ж такое-то? Когда она стала такой испорченной? Откуда берутся в ее голове эти нелепые мысли? И как их оттуда вытрясти, чтобы вновь обрести покой?

Зеркальный шкаф с раздвижными дверцами никаких постыдных чувств, по счастью, не вызывал. Он насквозь пропитался ароматами корицы и шоколада, словно бы намекая, кто у него владелец. Но данное обстоятельство не помешало Пелагее от души порыться на полках и вдумчиво пошарить среди вешалок.

Сыроежки трухлявые! Да он издевается!

Брюки — пожалуйста, парчовые мантии и халаты — сколько угодно. Платьев — ноль. Юбок — ноль с минусом. Куда Ли Тэ Ри ее отправил? Или, быть может, это не тот шкаф?

Ее застали врасплох настойчивым стуком в дверь.

— Ты там как? — раздался голос куратора. — Я могу войти?

«Нет, не можете», — подумала Пелагея. Но у нее не повернулся язык произнести это вслух.

Ее накрыло припозднившейся паникой, перед глазами всё перемешалось, а в следующий миг она споткнулась о декоративный бортик шкафа и рухнула прямиком под вешалки, в прохладную тесную мглу.

Грохот вышел образцовый, и за дверью забеспокоились.

— Ты в порядке? — крикнул Ли Тэ Ри, поворачивая ручку.

От вибраций его голоса и особенно от скрипа ручки по позвоночнику Пелагеи прокатился озноб.

«Меня нет, меня нет, меня нет», — мысленно твердила она, утрамбовавшись в шкафу и обхватив руками колени. Сама не понимала, по какой причине сковало ее липким страхом. Почему ей холодно? Откуда дрожь? Что она за трусиха такая, в конце-то концов?

Дверь отворилась, по ковру прошелестели шаги, вслед за чем над Пелагеей нависла тень куратора, взметнув парчовой полой новой, не дырявой мантии. Переоделся, причесался — и давай совать нос в чужие дела. То есть шкафы.