Любовь зверя
Шрифт:
- Мира!
– вдруг меня осенило - Гийом ведь открыто толкает нас к тому, чтобы расстаться! А зачем? Только что, утром он говорил иное. Может это намек, что мы должны сделать нечто обратное?
- Шери, я рада, что у меня такой умный друг!
– кинулась ко мне Мира - Я бы никогда не догадалась, а просто сожгла бы письма!
– и обняла меня и поцеловала.
Я машинально смотрел на бумагу и во время поцелуя на пустом листе вдруг появились слова, которые опять пропали, как только Мира отцепилась от меня.
- Мира!
– воскликнул я - Только что были слова, в момент поцелуя!
- Шери, молодец! Это ты все понял! Я буду целовать, а ты читай письмо!
– крикнула восторженно Мира и приникла ко мне. Я начал читать:
- Дети мои! Рад, что Вы и правда друзья и даже пренебрегли моим запретом, чтобы только не скрыть что-то от товарища. Я думаю, что Вы обнаружили текст при поцелуе - так это не обязательно, можно просто держаться за руки, чтобы читать письмо.
Мира тут же оторвалась от меня, схватив меня за руку и тоже стала читать со мной вместе.
- Раз Вы читаете это письмо, то значит и правда Ваши судьбы сплетены! Старайтесь не обижать друг друга и прощать мелкие обиды, а большие надо обсуждать вместе и искать выход.
То, что надо Вам знать в Ваших отношениях я сказал Вам утром в кабинете. Еще - постарайтесь не пытаться войти в общество охотниц. Особенно это относится к Миррин - не втягивай Шеридана в общество твоей родни! Дело то в том, что совместимы только один человек с одной охотницей. Человек не совместим с обществом охотниц. Если бы это было иначе - два народа слились бы еще в незапамятные времена.
Учтите, Вы близкие родственники, гораздо ближе, чем можете себе даже представить, но не настолько близкие, чтобы это препятствовало Вашему браку - это на будущее, если до этого дойдет дело.
Последнее - Миррин, проведи с Шериданом обряд сплетения судеб в храме Артемис - это важно!
Мы сидели пораженные - Гийом все угадал абсолютно верно, о чем я и сказал Мире.
– Ты поняла - нам даны противоположные рекомендации на оба возможных случая - если бы дружба была не настоящая и распоряжения герцога значили бы для нас больше - мы бы скрыли друг от друга эти письма и тогда нам рекомендуется отдалиться. Если же мы - настоящие друзья и наша дружба стоит для нас на первом месте, то мы можем сблизиться и в письме даны рекомендации на этот счет. Все же, я не понял - а что такое - "обряд сплетения судеб" и как его проводить?
- Шери, еще раз благодарю тебя - ты все совершенно правильно понял - я так не умею! Обряд, о котором говорит Гийом очень стар. Ты уже понял, что мы мягко говоря "несдержанны" и можем вцепиться и убить даже другую Охотницу, если нам покажется, что было оскорбление или даже намек на него. Потому, для тех охотниц, которые связаны друг с другом, например ходят на опасные задания вместе, проводят обряд "сплетение судеб". Обряд несложен - надо только пойти вдвоем в храм Артемис и искренне просить об этом.
После этого пара становится связана: невозможно убить или даже сделать вред товарищу, разве что с его согласия - например если оба искренне захотят дуэли, то можно, иначе - нельзя. Даже если дуэль случится, то ничем не кончается - непереносимо это - повредить связанному в паре. В паре оба заботятся друг о друге, спасают даже ценой своей жизни, а в простой жизни это приводит к тому, что существовать вдали от товарища, не видя его каждодневно становится тяжело. В обществе охотниц такая пара обычно известна. Тягчайшие оскорбления, которые по мнению нашего народа однозначно требуют поединка, для такой пары возможны - простить друг друга, или драться на поединке - исключительно дело связанной пары и никого кроме них не касается. И еще - обряд проводят только между охотницами, никогда с человеком. Ты, Шери, будешь первым!
- Мира - я удивился - Так ты сразу решилась, даже без раздумий?
- Шери, Гийом натолкнул меня на правильную мысль. Я могла бы и сама догадаться, да забыла этот редкий обычай. По пути мы встретим завтра храм Артемис - тогда и проведем обряд.
Нам сразу стало хорошо вдвоем - без слов все было ясно нам обоим.
Мы подтащили несколько сухих деревьев, хвороста, Миррин высекла искру на трут и запалила растопку. Скоро весело запылал костер, занялись стволы сухих деревьев. Такие будут гореть всю ночь. Мы вытащили хлеб и ветчину, бурдюк вина. Выпили, поели, хорошо!
– Как, мой друг готов позаниматься любовью? Не раздумал?
– спросил я Миррин.
- И даже очень!
– и шлепнула меня пониже спины - раздевайся давай, нет сил терпеть!
Сама же разделась даже быстрее меня. Надвинулась на меня спереди - Ты с охотницей бороться хотел - так у тебя будет такая возможность! Толкнула меня телом так, что я бы верно отлетел, хорошо, если не в костер, но сама же и удержала, теперь осторожно нажала - Сопротивляйся! Ну ты, рохля!
– Я попытался, но ничего не вышло. Тогда она схватила меня и повалила навзничь, сама же устроилась на мне не давая даже дыхнуть сжала бока ногами, потом - потом была отнюдь не любовь. Это может пьяный солдат так обращается с девушкой во взятом штурмом городе, а теперь все это проделывали со мной самим. Я сам никогда бы такого с женщиной себе не позволил! Ко всему она была просто ненасытна! Я уже потерял счет времени и только ждал - когда она уймется. На все мои просьбы перестать мне отвечали хохотом и закрывали рот поцелуем. Это было форменное издевательство! В конце же обняли, сжали и пожелали заснуть на мне, а я даже дышал с трудом, но тоже заснул - что делать? Сам напросился.
Когда утром проснулся, все тело болело, как после драки, саднили ссадины и содранная кожа. Зверь гадкий! Миррин тоже проснулась и невинно спросила - Ну как понравилось? Может сейчас повторим, милый?
Мне не хотелось и говорить с ней - все ясно, что это за штучка! Говорят же люди, если хотят про пытки ужасные сказать - игры Убийц. Все же ответил - Миррин, мы с тобой друзьями были только до вчерашнего вечера. Сейчас не хочу и разговаривать. Пошла вон!
И занялся едой. Разворошил угли во вчерашнем костре, подбросил сушняка и нагрел воды в котелке. Потом добавил немного вина и напился горячего. Даже как ожил, поел хлеба с ветчиной и совсем человеком стал. Дрянь эта вокруг крутилась, в глаза заглядывала, даже попыталась обнять - Уйди, дрянь!
Как бы сделать, чтоб отвязалась? Может она голодная, потому и отстать не может.
Поела так хоть отстала - поняла видно стало, что у нас с ней все кончено. Никакой дружбы больше, никаких "милых".
Молча собрал вещи, а Миррин привела коней. Ни слова не говоря взял своего коня, а она - своего. Поехал дальше по дороге. Миррин ехала рядом, смотрела, пыталась заговорить. Мне это надоело вконец.
– Миррин, езжай позади и подальше - и видеть тебя не хочу. Между нами все кончено! Как не понять?
Мне надоели ее заискивания - опять обмануть хочет словами о дружбе, а сама то...
- Миррин, раз уж мы до похода вместе, то придется вместе идти, только вот видеть тебя тошно! Пойдем отдельно. В пограничной крепости и встретимся и не следуй за мной, мне твое общество неприятно, зверюка!
Наконец вроде отвязалась. Слезла с коня, села на землю, а я поехал вперед. Ну и пусть посидит. Мне она вообще не нужна, и так придется в походе ее терпеть, но там хоть рядом люди будут, а здесь все вдвоем и вдвоем. Противно на нее глядеть даже.