Чтение онлайн

— Получается, что тетушка Карла своей свадьбой помогла нашей семье? — уточнила Офелия.

— Да, это правда, — подтвердила Алекса.

— А как же вы, матушка? Вы ведь говорили, что тоже вышли замуж за герцога. И как в этом случае делиться наследство?

— Это очень хороший вопрос. Здесь все делиться на: до и после женитьбы моего отца. Если бы Роберт Холл не женился на Жасмин, его бы наследницей осталась я. Так бы сложилось, что именно мне перешло все наследство и долги семьи Холл. Я ведь прежде была именно Холл. Но все бы это перешло не прямо ко мне, а к моему мужу. Мужчина всегда был и остается главой семьи. Раз отец переписал наследство на меня, то и все его сбережения передаются семье Масур. Герцог Карл Масур мог бы управлять землями Ямы, а после нашей с ним кончины все это наследство перешло к нашим детям. Вот только отец женился на Жасмин и у них родились сыновья. А раз в семье появился прямой наследник по мужской линии, мои притязания на наследие были и остаются пустым звуком. Раз уж Говард умер, теперь последний из рода Холл будет править землями нашего покойного отца. Этим человеком стал твой дядюшка Тобис Холл. Остается надеяться, что он смог добраться до Фрагиль и заручиться поддержкой короля Леонида Гордона. Как бы там ни было, мой младший брат наследник Ямы, а ты наследница земель Оран.

— Получается, что Ивар Остин сын короля? — спросила Офелия.

— Это не совсем так. У королевы Роксаны Остин нет официальных детей. Она умерла, так и не успев выйти замуж и оставить потомства. Впрочем, так считают только люди. На самом деле дети у неё были. Я хорошо запомнила уродливого мальчика по имени Сана. Но это к делу не относится. Вернемся к тому, как именно Ивар Остин занял трон. Если у короля нет официальных детей, как это случилось с Роксаной, совет избирает себе нового монарха. В большинстве случаев новым королём становится тот, кто имеет прямое отношение к короне. В этом случае королём должен был стать герцог Остин. Вот только из-за сложившейся ситуации он умер, а корона должна была перейти к одному из его сыновей. Я не знаю, что там случилось, и почему Ивар Остин стал герцогом, а не один из его старших братьев. Но такова реальность. Он получил титул герцога и занял трон Шарджа. На самом же деле у этого безродного пса нет никаких прав на престол. Его власть нелегитимная, а это значит, что он самый обычный узурпатор. Нет никаких доказательств его отношения к роду Остину. Я до сих пор придерживаюсь слухов о том, что он бастард одного из солдат герцога, которые в ту ночь изнасиловали его мать.

— Выходит, что он не Остин, — предположила Офелия. — А если у нас получится это доказать? Я прочла в книге, что для оспаривания прав на трон нужно привести веское доказательство, найти свидетеля, который сможет оспорить притязания наследника.

— К сожалению, это не так-то просто сделать, — отметила Алекса. — Ивар почти сверстник моего мужа. Им обоим сейчас около сорока пяти, может, немного меньше… Свидетелей и документов не осталось. Впрочем, мы сможем этим воспользоваться, когда ты займешь трон. В большинстве случаев нового монарха считают узурпатором, а тебя люди примут. Я сделаю так, чтобы в глазах подданных весь род Остин предстал богохульными выродками. У людей не будет другого выбора. Они примут новую королеву, Офелия. Они тебя примут. Ты станешь самой сильной, влиятельной и справедливой королевой в истории королевства Шарджа. Ты будешь той, кто принесет свет в этот мрачный мир лжи, жесткости и коварства. Может быть, это случится не сразу, но они увидят в тебе самого достойного монарха. Я обещаю, ты станешь самой великой правительницей королевства.

— Я не подведу, матушка, — улыбнулась Офелия.

Алекса обняла и поцеловала дочку в лоб.

«Мир, каким его создали тираны, деспотичные правители и узурпаторы, вскоре умрет, — подумала Алекса. — Приближается новая эпоха. Я выжгу дотла все старые устои, лишь бы подарить дочери прекрасное будущее. Люди примут новые порядки, либо сгорят вместе с родом Остин. Пора развести огонь для предателей, лжецов и выродков, которые встанут у меня на пути!».

Примечания:

* — Не бойся.

** — Я не причиню тебе вреда.

***

Потребовалось три недели на то, чтобы пересечь границу королевств и встать на якорь в небольшом поселении, связанным тонкой неразрывной связью с Тарлатаном. Эта небольшая деревня Срубки на несколько недель станет главным центром переговоров между королём Леонидом Гордоном и герцогиней Алексой Масур, так же известной как Предвестница. Именно здесь, на небольшом постоялом дворе с громко говорящим названием Селёдка, вскоре решиться судьба материка, двух вечно враждующих королевств и всего мира.

***

Между зубьев небольшого оврага, разделяющего между собой тракт от деревни Срубки и столицы Тарлатан, появились первые всадники. Закованный в блестящие латы всадник, ехавший впереди колоны, держал в руке стяг своего королевства, своего короля. Черный пес на белом поле развивался от малейшего дуновения легкого морского бриза. Вслед за знаменосцем двигались пять латных всадников, вооруженных длинными алебардами. Позади них ехал окруженный пешими солдатами король Леонид Гордон, сопровождаемый двумя генералами — супружеской парой Маршаллом Рэнделлом и Лилианой Рэнделл. Позади них, на расстоянии вытянутой руки, ехали Костин и граф Тобис Холл, а замыкали строй ещё двадцать закованных в блестящие латы всадники.

Охрана у короля была превосходная. С точки зрения военного строя колона выстроилась так, чтобы защитить короля со всех сторон. У пеших солдат были наготове щиты, которыми они смогут защитить монарха от вражеских стрел. А всадники, готовые выступить в любой момент, могут схватить короля на коня и умчать обратно в столицу, прикрывая правителя толстым слоем латных доспехов.

На любого человека это построение могло произвести впечатление, однако Ингрид и ещё несколько северян, встречающие гостей на подъезде в деревню, смотрели на всадников с легкой иронией. Для северного народа такие построения казались слишком уж неуклюжими. Эти дикари знают толк в военной стратегии, но никогда не станут прикрываться щитами, а пойдут в нападение, чтобы принять достойную смерть, прихватив с собой на тот свет парочку ублюдков. Да и деревня была переполнена северянами. И не стоит забывать, что в гавани стоял целый флот, готовый в любой момент уничтожить построение короля одним решительным и мощным залпом артиллерийских орудий. Грош цена таким построениям, когда у врага есть флот из трех сотен кораблей.

Ингрид встречала гостей с гордо поднятой головой и руками за спиной. У неё не было ни топора, ни лука, чтобы напасть или защититься. И всё же она ничего не боялась, и смело посмотрела в глаза знаменосца, чьё лицо было прикрыто латным забралом.

— Моя будет говорить с королём! — потребовала она на ломаном всеобщем языке.

— Меня зовут Маршалл Рэнделл, — представился человек, выехавший на вороном коне вперед. — Вы нарушили суверенитет границы королевства Фрагиль. Мы требуем немедленно покинуть эти земли.

В отличие от остальных всадников, закованных в латные доспехи, этот человек не скрывал лица и грозно смотрел в глаза опасности. Лицо Маршалла было сплошь покрыто рубцами в области глаз. На глубоко посаженные карие глаза падала тень двух изогнутых в суровости бровей. Фундаментальный подбородок, острые скулы и большой нос только пуще придавали этому генералу жестокого выражения. Но больше всего внимания приковывали заглаженные на затылок коротко стриженные каштановые волосы и выбритое лицо. Маршалл казался страшным в гневе, но ему стоило отдать должное в уходе за собой. Выправка военного и устои опытного солдата говорили сами за себя.

Но ничего из вышеперечисленного не вызывало у Ингрид страха. Она посмотрела ему в глаза и снова обратилась к знаменосцу.

— Моя будет говорить с королём!

Маршалл моментально закипел от ярости. На счастье северянке вперед выехал сам король Леонид Гордон, который пришпорил коня и успокоил нрав сурового генерала.

— Я король Фрагиль, — сообщил монарх. — Кому вы служите?

— Моя приглашать на переговоры с наша госпожа, король, — сообщила Ингрид. — Моя плохо знать ваш язык, поэтому просить идти сюда.

— Ваше Величество, это ловушка, — предупредил Маршалл. — Они пытаются нас заманить в поселение, чтобы уничтожить из корабельных орудий.

Король огляделся по сторонам, оценил примерное количество северян в поселении, после чего вздохнул и бросил взор на корабли.

— Не думаю, милорд, — ответил он. — Здесь слишком много людей. Ни один командир не станет понапрасну губить войско. Костин, — сказал король, обернувшись, — ты пойдешь с нами. Миледи Рэнделл, раздайте указания и постройте солдат так, чтобы в поселок больше не наведались незваные гости. Мы находимся аккуратно на границе с королевством Шарджа. Только армии Ивара Остина здесь не хватает.