Любовница
Шрифт:
Ответ на мое состояние, как молния простреливает голову. А что по месячным? Когда я в последний раз пользовалась тампонами? Давно. В этом месяце их не было. Так стоп. Этого не может быть, я же на таблетках. Ладно, допустим, могла и забыть принять, потому что слишком сильно переживала личную драму, ну разве могло быть такое совпадение?
Снова смотрю на свое отражение и уже начинаю задыхаться от паники. Я что, беременна?
Я, которая никогда не хотела детей, которая раньше не рассматривала секс без контрацептивов, умудрилась наступить на эту скользкую дорожку? Твою мать. Мне становится еще хуже и я еле успеваю добежать до унитаза.
Меня рвет, а я рыдаю, потому что хоть убей не помню, когда смогла бы пропустить прием таблеток. И что-то мне сейчас подсказывает, что это было даже не один раз.
На негнущихся ногах выхожу из кабинки и умывшись, привожу себя в порядок. Это все как страшный сон, хуже уже просто быть не может, но я ошибаюсь. Как только выхожу из туалета сразу натыкаюсь на Стаса и его взгляд меня пугает.
– Привет, - здоровается так, будто мы не виделись несколько минут назад. Так, будто мы друзья.
– Что ты здесь делаешь?
– обхватываю себя за плечи, чтобы хоть чуть-чуть унять дрожь.
– Тебя жду, выглядишь ты конечно прекрасно, но мне кажется, немного болезненно. Все нормально?
– Нормально, иди к своей девушке и интересуйся ею.
Стас хмыкает и оттолкнувшись от стены подходит ближе. С зала не видно, что мы тут беседуем, благодаря тяжелым шторам, но мне страшно, что Рома это увидит и все поймет.
– Осторожно, Алиса, иначе я подумаю, что ты ревнуешь, - он откровенно насмехается, думая, что причиняет мне боль.
– Скажи, ты когда-нибудь думаешь о нас?
– Нет, о чем тут вообще можно думать?
– кривлю лицом.
– Что Стас, потянуло на богатеньких девочек?
Он подходит ближе и становится лицом к лицу.
– А тебя на богатеньких женатиков? Ты что, встречалась с нами одновременно?
– подняв руку, касается большим пальцем моей нижней губы и мое тело выдает странную реакцию, оно словно тянется к нему, но мозг выдает сигнал, что это все не правильно.
– Что в тебе такого, что сводит меня с ума? – пока взгляд его зеленых глаз держит меня в плену, его ласка начинает делать больно.
– Почему у меня не выходит освободиться? Даже когда я с ней, ты все равно умудряешься отравлять мои мысли.
– Ты свинья, - говорю я, отталкивая его руку прочь.
– А я уж было подумала, что у тебя все серьезно, а ты просто стараешься меня забыть?
Я не хочу оставаться ни секундой дольше наедине с ним и потому разворачиваюсь, но не успеваю сделать и пары шагов, как Стас ловит меня за левую руку и, заломив ее мне за спину, притискивает к себе так резко, что я выдыхаю. Я пытаюсь вырваться на свободу. Не получается. Я вся в его власти, и он это знает.
Тяжело дыша, Стас обхватывает мою грудь. Прикосновение грубое и призвано наказать нас обоих.
– Он хорошо тебя трахает? Не хуже меня?
Его рука скользит вниз, трогает меня там. Натягивая ткань платья, погружается мне между ног.
– Ты знаешь, я ведь любил тебя, но теперь понимаю, что зря тратил время. Ты пустышка Алиса, красивая пустая шкатулка, не способная на все хорошее в этой жизни.
– Пусти, - хнычу я. Мне больно от его слов, даже больше, чем физически. Он специально все это говорит, чтобы раздавить меня, поэтому я использую единственное оружие, которое имею - свое тело, и вжимаясь в него, стискиваю его ерекцию.
– Тогда почему у тебя стоит, а Стас?
– ласково мурлычу.
Он отпускает мою руку и отходит на шаг назад. Он кажется холодным и полностью контролирующим ситуацию, но я знаю, что происходящее не могло его не затронуть.
– Потому что стоит признать, трахаешься ты отлично. Может это все, на что ты годна?
Согласно киваю.
– Да, ты знаешь, ты прав. Я сплю с мужиками за деньги, это мой основной и любимый источник дохода. И несколько месяцев назад я выбрала его вместо тебя, потому что он генеральный директор «Стикон-групп», а ты откровенно говоря, не потянешь мой ценник. У меня не было времени ждать, пока ты станешь богатым.
– Серьезно?
– гнев проносится по его лицу.
– Ты в курсе, как это называется?
– В курсе, можешь не утруждаться.
– Ты променяла мои чувства на бабки Холодова?
– с желчью спрашивает он. Стасу больно, я сейчас это как никогда вижу.
– Да.
Он взъерошил себе волосы и снова посмотрел на меня.
– Ты хоть что-то ко мне чувствовала?
– Какая теперь разница?
– я пожимаю плечами.
– Между нами все кончено, я теперь с Романом. Я его люблю.
– Вранье. Снова вранье. Ничего нового придумать не можешь. Ты не любишь его, лишь любишь образ богатого и успешного. Но ты для него просто очередная подстилка, лишь временный аксессуар. Ты даже себя не любишь, потому что опустилась до проституции.
Я сильно дергаюсь. Эти слова задевают и больно. Я как никогда ощущаю себя ненужной и слабой. Какой я пример для будущего ребенка? Если я даже не знаю кто возможный отец. По идеи, один из них стоит передо мной и плюется ядом обиды.
– Сказал парень, встречающейся с богатой наследницей, - не могу в ответ не уколоть, прекрасно отдавая себе отчет, что Стас лучше меня, лучше всех людей. Он просто не способен быть корыстным.
– Пошла ты, Алиса, - наконец-то, он произносит эти слова, но почему-то свободней я себя не чувствую.
– Я готов был подарить тебе всего себя, а ты плюнула мне в душу и размазала. Надеюсь, ты поймешь, что играть человеческими сердцами так же жестоко, как и не любить своего ребенка, как тебя не любила твоя мать.
Я со всей силы, до красного отпечатка бью его по лицу, а он коснувшись своей щеки улыбается.
– Правда ранит, да Алиса? Знаешь, такие как ты, никому в итоге не нужны, их лишь используют и выбрасывают, когда на горизонте появляется новое поколение. Пользуйся, пока ресурсы не иссякли.
Не могу это больше слушать и со всех ног несусь обратно в зал. Меня так долго не было, наверняка Рома меня ищет и он правда, стоял напротив коридора, ведущего к туалету.
Сначала мне кажется, что он волновался. Заметив меня, Холодов облегченно улыбнулся, я увидела как засветились его глаза. Но словно по какому-то щелчку его радость сменило удивление, а затем разочарование. Следом за мной вышел Стас, так недвусмысленно потирающий свою правую щеку. Рома обсмотрел мой растрепанный вид и снова посмотрел на Стаса, явно понимая, почему я так задержалась в туалете.
Мне казалось, что если взглядом можно было бы убивать, то я и Стас уже лежали бы мертвыми. Глаза Холодова стали чернее ночи и столько ярости в них плескалось, стало страшно к нему подходить.
– Закончила?
– ледяным тоном интересуется он.
– Да, что-то мне плохо…
– Я вижу, - кивает Рома мне за спину.
Оборачиваюсь и вижу как Стас подошел к своей девушке и при всех развернул ее лицом к себе. Илона смущенно улыбается, видимо не понимая, что происходит, а Стасик прижимает ее к себе и при всех целует. От увиденного, у меня глаза на лоб повылазили. Не знаю, как объяснить мои чувства, но от их счастливых лиц стало тошно.