Чтение онлайн

Он сжимал и разжимал руки – верный признак волнения перед тем, как сообщить плохие новости, знакомый ей еще с детских времен.

– В чем дело, Саймон? – поинтересовалась Джоанна. – Выкладывай.

Он прочистил горло и отвел взгляд.

– Джо, я должен… сказать тебе кое-что неприятное.

– Вперед, – подбодрила она, сомневаясь, что его новость окажется такой уж «неприятной» в сравнении с тем, что с ней случилось.

– Не знаю, много ли ты помнишь из вчерашнего вечера…

– Понятия не имею. Говори уже, Саймон, – настаивала Джоанна.

– Что ж, ладно. Ты помнишь, что там был Маркус?

– Я… смутно, – вздохнула Джоанна. В памяти вдруг всплыл образ лежащего на земле Маркуса, из уголка рта которого сочилась кровь. – О боже… – Она вгляделась в лицо Саймона.

Он лишь покачал головой и накрыл ее руку своей.

– Прости, Джо, мне очень жаль. Но он не справился.

Саймон говорил что-то еще – о том, что Маркус получил смертельно опасные повреждения внутренних органов и по приезде в больницу медики констатировали его смерть, однако Джоанна не слушала.

«Я люблю тебя…» – прошептал он ей и закрыл глаза – возможно, в последний раз.

По ее щеке скатилась маленькая слезинка.

«ДЖОАННА!» – вновь словно наяву услышала она пронзительный крик и осознала вдруг, что голос, нагнавший ее в устье реки, принадлежал Маркусу.

Он явно появился там раньше Саймона и – внезапно поняла Джоанна – оттащил от нее противника за миг до того, как она лишилась сознания…

– Господи, он ведь спас мне жизнь, – прошептала Джо.

– Точно.

Джоанна закрыла глаза. Может, если она перестанет двигаться, весь этот кошмар исчезнет? Но нет, ее надежды не сбылись, и пришлось признать, что Маркус больше никогда не станет любить ее и раздражать, будить в ней чувства, ведь он умер, ушел навсегда… Теперь уже ей не удастся отблагодарить его за спасение собственной жизни.

На следующее утро в аэропорту Корка Джоанну на носилках подняли в самолет королевских военно-воздушных сил Великобритании и доставили в больницу Гая в Лондоне. Во время полета Саймон извинился, что ему пришлось состряпать свою версию случившегося в Ирландии, но она его почти не слушала.

Еще через день Джоанну навестила Зои, подошла к ее кровати и сжала в своей маленькой ладони ее руку. Голубые глаза актрисы, так похожие на глаза Маркуса, казались безжизненными после пережитого горя.

– Поверить не могу, что его больше нет, – прошептала Зои, потянувшись к Джоанне.

И женщины разрыдались, сжимая друг друга в объятиях.

– Саймон сказал, вы с Маркусом были в отпуске, когда все случилось, – в конце концов заговорила Зои, взяв себя в руки.

– Да, – согласилась Джо, как научил ее Саймон.

Для всех остальных придумали объяснение: несчастный случай во время прогулки близ устья реки, где шла охота на уток. Стрелка так и не поймали. Джоанна упала в воду и чуть не утонула в коварных волнах, но в конце концов сумела позвонить Саймону, и он договорился, чтобы самолет королевских военно-воздушных сил доставил их обратно в Англию. Ей с трудом верилось, что кто-то мог купиться на эту ложь. Хотя, с другой стороны, правда звучала ничуть не более реалистично.

– Маркус в самом деле любил тебя, Джо, – тихо сказала Зои. – Да, он был эгоистом, но по-настоящему пытался измениться. И ты ему в этом помогала.

Джоанна промолчала. Она слишком оцепенела от горя и потрясения, к тому же не желала добавлять очередную ложь к накрепко сплетенной паутине, из которой уже не выпутаться. Ее нити и так почти физически давили ей на грудь. Вряд ли они когда-нибудь ослабнут.

Маркуса похоронили несколько дней спустя, но Джоанна не пошла на церемонию. Саймон посоветовал ей не высовываться, и после выписки из больницы она уехала в Йоркшир к родителям, где мама кормила ее бесконечными домашними супами, помогала мыться, одеваться и вообще с удовольствием нянчилась с ней, как с ребенком.

Ей позвонила Зои и сообщила, что Маркуса похоронили в Дорсете, на семейном участке, рядом с его дедушкой Джеймсом. Церемония была скромной, пришли только родные и несколько друзей.

С того страшного вечера минуло уже больше месяца, но ужас случившегося тогда по-прежнему жил в ее памяти. Джоанна вздохнула. Саймон позвонил ей и сообщил, что приедет на несколько дней навестить родителей и заскочит повидаться. Похоже, он куда-то уезжал, поэтому не появился в Йоркшире раньше. Что ж, возможно, завтра она сможет получить ответы на некоторые вопросы.

Джоанна бросила взгляд на сотни белых точек на склоне холма. В это время года овцы активно давали приплод, и холм напоминал переполненные детские ясли для покрытых шерстью малышей.

– Круговорот жизни, – пробормотала Джоанна и сглотнула ком в горле – сейчас она была готова расплакаться из-за любой мелочи. – У Маркуса он прервался из-за меня… – выдохнула она, глотая слезы.

Джоанна не находила в себе сил даже начать осмысливать его смерть, и тот факт, что он пожертвовал собой ради нее, не давал ей покоя ни днем ни ночью. О, как же она ошиблась, назвав его трусом при последней встрече. Нет, он был каким угодно, только не трусливым…

– Как дела, Джо? – поинтересовался загорелый, цветущий на вид Саймон, входя в кухню фермерского дома.

– Нормально, – пожала она плечами.

Саймон расцеловал ее в обе щеки:

– Хорошо. А у вас, миссис Хаслам?

– Как всегда, милый Саймон. Сам знаешь, здесь мало что меняется, – улыбнулась ему Лора, мать Джоанны, и взяла в руки чайник. – Чаю? Кофе? Кусочек пирога?

– Спасибо, миссис Хаслам, может быть, позже. Джо, давай пообедаем в пабе?

– Если ты не против, я лучше останусь дома.

– Сходи, золотце, – подбодрила ее мать, бросив на Саймона полный беспокойства взгляд. – Ты с самого приезда никуда не выходила.

– Мам, я гуляла каждый день после обеда.

– Ты знаешь, о чем я, Джо. О местах, где есть люди, а не только овцы. А теперь ступай и хорошо проведи время.

– И я наконец смогу выпить пинту пенного «Джона Смита». В Лондоне у него совсем другой вкус, – вступил в разговор Саймон. – Как она? – понизив голос, спросил он Лору, когда Джоанна неохотно встала и пошла за курткой.

– Тело выздоравливает, но… такой тихой я прежде ее не видела. Вся эта история с ее погибшим парнем страшно подорвала ее дух.

– Не сомневаюсь. Что ж, я всеми силами постараюсь ее подбодрить.

Миновав вересковые пустоши, они въехали в Хауорт и решили посидеть в «Черном быке», где часто зависали в подростковом возрасте.

Саймон принес на столик пинту и стакан апельсинового сока.

– Твое здоровье, Джо, – произнес он тост. – Я рад тебя видеть.

– Твое здоровье. – Она без особого энтузиазма стукнула своим стаканом о его пивной.