Чтение онлайн

…Вернулись к остальным. Пока немчура занята, уходить будем, иначе можно в новое кольцо оцепления попасть. Нам это не улыбается. К чему лишний геморрой?

— Ганс. Что там нового фрицы поговаривают?

— Да, ничего особенного. Пока только передали о самом факте пожара, и что машина сгорела.

— А с кем связывались?

— Не понял пока. Позывной «Феникс». Передали, что никаких следов боя не обнаружено.

— Хорошо. На ходу слушать сможешь?

— Думаю, что смогу.

— Тогда на тебе контроль переговоров. Паук, помоги ему рацию пристроить.

— Есть.

Вовремя хорошая мысль меня посетила гильзы подсобрать, да уничтожить все следы нашего посещения. Вот, попали или нет в машину, когда стреляли, сказать не могу. Не посмотрел, каюсь. Хотя, после взрыва бака, вряд ли внимательно ее будут осматривать. Станем пока переговоры слушать и выводы из этого делать. Непонятно, кто такой «Феникс»? При следующем сеансе связи на большую землю о нем обязательно нужно сообщить, может что подскажут. Наша радиоразведка тоже ведь не дремлет.

— Все готовы? Тогда вперед. Хохол. Маршрут меняем, сейчас уходим на северо-запад, в сторону Первомайского. Крюк сделаем, чтобы следы запутать, а то ситуация пока очень уж непонятная. Случайная эта стычка, или просчитали нас? Немцев за дураков держать нельзя.

— Понял.

— Разрешите, герр гауптман?

— Входите, Хайнц. Что у вас?

— Герр гауптман. Вы приказали сообщать обо всех необычных происшествиях на контролируемой нами территории.

— Это в связи с делом о неуловимых русских диверсантах?

— Да, герр гауптман.

— Докладывайте!

— Сегодня около одиннадцати часов унтерштурмфюрер СС [54] Бауэр, командир взвода четыреста пятьдесят четвертой охранной дивизии, временно переданного в распоряжение начальника семьсот девятнадцатой группы тайной полевой полиции, с личным составом был направлен на хутор неподалеку от села Казачка для задержания местного лесника, который, согласно донесению старосты из Казачки связан с партизанами.

— И какая здесь связь с разведгруппой?

— Лесника должны были доставить к начальнику семьсот девятнадцатой группы фельдполицайкомиссару [55] Шайдлеру. Однако отряд назад не вернулся. Из-за невыхода на связь в контрольное время, отправленное следом за ними подразделение той же дивизии под командованием унтерштурмфюрера СС Шредера застало горящий дом лесника. Наших солдат возле дома обнаружено не было. Машина, на которой выехало подразделение Бауэра, стояла возле дома и также горела.

— Это уже интересно, продолжайте.

— Когда солдаты Шредера пытались потушить пожар, взорвался бак автомашины, несколько солдат получили ожоги. Затем последовали взрывы в доме, несколько человек были ранены и обожжены разлетающимися горящими обломками. Когда дом прогорел, так как потушить его не было никакой возможности, на пепелище обнаружили только обугленные человеческие кости и обожженные металлические части оружия, пуговицы, пряжки и тому подобное. Установить причину пожара не смогли.

— Я не представляю, каким образом данное происшествие можно связать с русской разведкой? Какие-либо следы боя были обнаружены?

— Нет, герр гауптман. Поблизости от жилья лесника не нашли даже гильз. Но такая же точно ситуация была и возле брода. Там тоже не было никаких следов русских.

— Там преследующая группа предположительно попала в хорошо подготовленную засаду, и был, по нашему мнению, спровоцирован бой между ними и подразделением у брода. Так что события не совсем похожи. Следы боя у брода все-таки имелись. Дорога оказалась заминирована, и на деревьях обнаружены следы взрывных устройств. Сами по себе они там появиться не могли. Вы не согласны?

— Нет, герр гауптман. На месте сгоревшего дома обнаружены обгоревшие черепа двадцати одного человека. Это как раз соответствует количеству выехавших за лесником людей: девятнадцать солдат, один офицер и староста. Следовательно, лесник скрылся. Один бы он уничтожить такое количество вооруженных и хорошо подготовленных людей не смог. Есть еще вариант. Он маловероятный, но сбрасывать со счетов его нельзя. Лесник тоже может находиться в числе погибших. Но тогда выходит, что не хватает кого-то из солдат или унтер-офицеров. Таким образом, в группе мог находиться агент русских, который, используя внезапность нападения, перебил солдат, а затем скрылся. Но в любом случае, ему кто-то должен был помогать. Следовательно, диверсанты все же были там.

— Это могли быть партизаны. Вы сами сказали, что лесник с ними связан.

— По нашим сведениям, в настоящее время на контролируемой территории партизан нет. Действовавшие ранее отряды либо уже ушли за линию фронта к регулярным частям большевиков, либо отошли на запад. Если же предположить, что бой у брода был только отвлекающим маневром русских, то тогда все встает на свои места. Диверсанты не пошли к Боровой. Они только заставили нас так подумать и бросить в этом направлении все силы. Если посмотреть карту… Айн момент… Они продолжают двигаться на юго-запад. Следовательно, сведения, полученные от агента в русском штабе, неверны…

— Продолжайте, обер-лейтенант [56] . Мне известно, что вы прекрасный аналитик. Именно поэтому вас и поставили моим заместителем.

— Спасибо, герр гауптман. Я хочу сказать следующее: переданная источником информация практически не нашла подтверждения. При переходе линии фронта произошла первая осечка. Разведгруппу не смогли даже засечь. Можно предположить, что переход через линию фронта состоялся совершенно в другом месте, чем указал агент. Это — первый прокол. Второе: информация о подрыве склада ГСМ тоже оказалась ложной. О том, что диверсанты все же были там, мы предполагаем, исходя из факта внезапной и непонятной смерти от сердечного приступа двух полицаев. А может у них просто отказало сердце от некачественной самогонки?

— Тут я могу с Вами поспорить, Хайнц. Я лично присутствовал при осмотре трупов. Один из полицаев был чем-то сильно напуган. Причем, до такой степени, что он элементарно испачкал штаны. Русские это называют…м-м-м болезнь медведя… Вы знаете?

— Да, герр гауптман.

— Это как раз тот случай. Кроме того, приблизительно где-то в районе склада был зафиксирован выход в эфир неизвестной радиостанции, передача велась шифром, специалисты до сих пор над ним бьются. Установить точное место не удалось из-за непродолжительного времени сеанса связи. Прочесывание не проводилось ввиду того, что пришлось бы оцеплять очень большую площадь. Людей на тот момент у нас было мало.

— Хорошо, герр гауптман. Соглашусь, что русские были здесь. Ставим на карте вторую точку.

— А где первая?

— Как где? Предположим, что место перехода агент указал верно, а неправильно нам передано только время. Следовательно, первая точка — там. Вот она.

— Продолжайте, Хайнц.

— Третья точка — это место дислокации противотанкового батальона возле села Скрипки. Опять же, по информации источника, там диверсанты должны были только провести тихую разведку. А что мы имеем? Насколько я знаю, ничего против того, что там была именно русская разведгруппа, вы не имеете, герр гауптман?