Чтение онлайн

– Слава предкам, - сказал Мараван.
– Теперь, когда мы вместе, у нас есть шанс.

– Сначала нужно подлечится, - ответил Тариваш, и зашуршал соломой, устраиваясь поудобнее. Не привык он к жестким лежанкам, ох не привык!

– Знаете, ребята, говорят - темнота сближает, - Продолжил южанин.
– В темноте не видно лиц и потому можно разглядеть душу. Ну, образно говоря. Вот вы мне сейчас кажетесь такими родными и близкими... Давайте обнимемся.

– Молчи, глупец!
– перебил его Мараван.
– Ты хочешь затянуть Майту в постель? Я не дам! Хоть ты и друг.

Ханаарец хохотнул.

– Я даже не думал о таком! У тебя испорченное воображение.

– Перестаньте!
– приказала Майта.
– Я, кажется, нашла спички.

Девушка черкнула спичкой. Свет! Зыбкий, колышущийся - всё равно лучше темноты.

Майта улыбнулась:

– Так-то лучше.

Друзья огляделись. Камера ничем не отличалась от тысяч таких же по всей Империи, да и по всёму миру Суллинар. Да и в большинстве других миров тюремные камеры, скорее всего, похожи. На стенах виднелись неразборчивые надписи, оставленные теми, кто сидел здесь раньше. Нацарапанные заточками, корявые и обрывистые. А стены - само воплощение каменной мощи... Но взгляд Маравана не нашёл того чего он боялся - глазка для подсматривания.

– За нами не следят. Отлично, - сказал шпион.

Технократка кивнула.

– Да. Надежда есть. И не слабая. Но сначала я должна осмотреть ваши раны. К счастью моя аптечка здесь, при мне...

– Её не отобрали?
– удивился Тариваш.

– Ну так мы ж с ними договорились, они позволили мне вас подлечить. Кстати, потому они выдали спички. Но таки порылись в аптечке, боялись что в ней оружие. Наивные! Приступим.

Что-ж, раненые и выдохшиеся агенты ни на что не годятся. Потому их нужно лечить. Это заняло не так уж много времени. Девушка смазывала, протирала и перевязывала ожоги Тариваша, промывала поломанные зубы Маравана, смазывала царапины и поила друзей целебными настоями. Затем подлечила саму себя. Ранения у всех были легкие, потому процедуры вполне помогли. Съев по ложке успокаивающего мёду, и задув свет, друзья завалились спать - для восстановления сил... Их мучила тревога, прохлада мешала дышать, лежать на жестком полу было ох как неудобно! Но ребята хоть и являлись новичками, прошли подготовку. А успокаивающий мёд согревал изнутри, размягчал души, расслаблял... "Отдых".

***

– Где я?

Южанин медленно выбирался из сна. Так не хотелось просыпаться...

– Почему постель такая твёрдая?

Он потянулся и широко зевнул. Открыл глаза...

– Проклятье. Мне снилось, что я дома! Что лежу в своей комнате и сейчас мама позовёт меня на утреннюю молитву. А затем - рисовая похлёбка и зелёный чай... Ну почему!?

Мараван смерил его гневным взглядом. Глаза 'вожака' сверкнули в свете спички.

– Не ной. Отоспишься в Столице.

– Если выживу... И я не хочу в Столицу, хочу домой!

Мараван взял друга за руку. Было ясно, что веселый нрав южанина, наконец, дал трещину. Очень не вовремя!

– Тариваш. Мы боремся не за какие-то красивые идеалы. Не за оторванные от жизни мечты. А за выживание человечества! В том числе и за твою семью. Потому боги на нашей стороне. Не унывай.

– Знаю... Но, как ты думаешь, я ещё вернусь домой?

– Вернёшься. С кучей технократских денег! Давай, соберись. Нам пора действовать.

Майта, кивнула.

– Да. Возьмёмся за руки.

И, крепко взявшись за руки, закрыв глаза, друзья хором произнесли взаимную клятву кузуни. В сырой подземной камере, в этом месте тоски и безысходности, зазвучали слова древнего, почти забытого языка. 'Шамау, Лахана, Ту-байве! Та-хуна, эн лау патан! Шиккай сураманхе' в переводе это означало: 'Верность, доверие, искренность. Отныне, и до смерти. Не взирая ни на что'.

– Начнём.

***

А тем временем Батташ и Тес-Нур спокойно попивали вино...

– Кислятина!
– кривился Батташ.
– Из северных княжеств. Вот бы сладкого, ханаарского...

– Нормальный вкус, - отвечал Тес-Нур.
– Для истинных ценителей.

– Ну да, куда мне, потомку степняков, до тебя, аристократа!

Тес-Нур улыбнулся. На его пожилом и сумрачном лице улыбка казалась чудом. Как солнечный луч пробившийся сквозь тучи.

– Не кипятись, Бат. Давай лучше закажем яичницу с курятиной. Её-то любим мы оба!

– Да!
– кивнул Шершень.
– Любовный треугольник! Но счастливый.

Они находились не в городском трактире, а в небольшой харчевне для офицеров, в хозяйственной части дворца. Здесь было чисто и можно заказать почти любой продукт. Ну, кроме совсем уж экзотических, вроде щупальцев осьминога... Друзья устали от тревог и хлопот, что обрушились на них в последние несколько дней. Вот и решили 'оттянуться'. Ведь если не отдыхать вообще, можно 'сорваться' и будет только хуже.

– Хорошо, - Батташ вдохнул запах блюда и зажмурился.
– Как здорово, что можно зайти сюда и пропустить кружку-другую, подкрепиться хорошей едой. И хоть ненадолго забыть о войне...

Тес-Нур пожал плечами.

– А я не забываю о ней даже здесь. Увы!

– Так расслабься.

– Не могу. Меня тревожат мысли про Найпу, про 'учёных'. И про Цветок надежды. Как думаешь, почему он тогда стал алым?

Батташ задумался.

– Не знаю. Вообще, я слыхал, такое случалось и раньше. Но редко...

– Да. И всякий раз предвещало перемены!

***

А перемены всё приближались. Незаметно, но очень быстро. Сидя в заточении, глубоко под землёй, шпионы готовили побег. Они собирались свалить обратно в Столицу... прихватив с собой Наследницу.

– Майта, шершни тебя обыскали?
– мрачно спросил Мараван.

– Да. Но в пределах приличий! Потому не заметили самого важного.

– Ну тогда начинай.

Девушка строго взглянула на друзей.

– Отвернитесь.

Затем села и взяла себя за левую ногу. Нажала какие-то кнопки, дёрнула за ремешки. Повернула ногу... и та отвалилась! Словно неживая. Да она и была неживая. Протез, причем настолько совершенный, что в нём можно даже бегать. И никто не заметил бы разницы. Технократские врачи знали своё дело! А их начальники разведки знали своё дело ещё лучше.

– Отлично, - кивнула Майта. Можете поворачиваться.

Девушка вставила протез обратно, нажала кнопочки, завязала ремешки - 'нога' снова держалась накрепко. Но на полу лежал небольшой пакет, извлечённый из протеза, ведь тот был пустой изнутри.

– Здесь все, что нам нужно?
– спросил, округлив глаза, Тариваш. Его, конечно, посвящали в подробности операции. Но всё равно парень немного удивился.

– Всё.

Майта извлекла из пакета колбу с синей жидкостью. Встряхнула. На лице девушки появилась едва заметная улыбка.