Чтение онлайн

До вечера нам удалось найти еще несколько перспективных мест. В шести километрах от входа в каньон Плачущего демона, недалеко от горячих источников, бьющих из-под земли, нам удалось обнаружить месторождение галенита, а еще через три километра, прямо в расщелине скалы, мы нашли толстую жилу сфалерита.

Правда, прежде чем я понял, что это именно он, пришлось пролистать несколько десятков каталогов. Что поделать, цинковая обманка носит свое имя ой как неспроста, зато навык геологии сразу поднялся на полтора процента. Обратно мы возвращались, перейдя на противоположную сторону долины в самом узком месте по огромным валунам. Местами пришлось попрыгать, хорошо хоть груза у нас было не так много.

Недалеко от первого поворота реки в нее впадал небольшой, но быстрый ручей. Там, на мелководье, удалось обнаружить небольшую россыпь кассерита. А в самой реке, на отмелях попадались куски малахита, по-видимому, принесенные течением с верховьев.

Думаю, стоит найти это месторождение, хотя медь у нас и доступна в виде монет, но будет обходиться дороговато, если расходовать ее тоннами. Дальше снова пришлось жаться к краю долину, обходя небезопасные заросли, растущие вдоль берега.

Уже стемнело, когда мы вернулись к Утесам Трех Сестер. Запах шашлыка чувствовался за километр. Последние сотни метров мы преодолели, чудом удерживаясь, чтобы не перейти на бег, и буквально у самой кромки водопада я понял, какую глупость мы совершили, решив возвращаться по противоположной стороне.

Благодаря Джо, прыгать над ревущим потоком нам не пришлось. Он показал путь вниз, точнее череду выступов на почти отвесной стене, доходившую по диагонали сверху вниз до середины тропы, по которой мы поднялись наверх. Идти пришлось, прижимаясь спиной к скале, а местами и перепрыгивая с выступа на выступ. В одном особо сложном месте я чуть не сорвался, но, чудом уцепившись за скалу, таки устоял на камне, за что получил перк скалолаз с одиноким процентом в графе навыка. Вроде немного, но перк сам по себе не так прост — сила, выносливость, ловкость и удача разом подросли. Совсем чуть-чуть, но лиха беда начало.

Зато внизу, нас ждало вознаграждение за все труды и опасности. Над мангалом, сложенным из нескольких обломков базальта вился аппетитный дымок. Судя по всему это, была не первая порция — Zato, Che и Little John уже закусывали шашлыком, запивая его пивом.

— Два вопроса Zato, где ты взял маринад, и как ты обошелся без шампуров?

— Почему без шампуров? А это что? — он снял с импровизированного мангала до боли знакомую мне вещь: рейдерский нож-стилет. — Я их десяток закупил, они по полтиннику медью стоят.

— Я такой с рейдера как-то снял, но продал, причем вдвое дешевле. Ну да ладно, ты мне про маринад не ответил?

— Соль, уксус на рынке брал, а лука в зарослях, где ты на хрюнов напоролся, растет тьма.

— А где Стен?

— Да здесь где-то. Он в город ездил, тушу отвезти и прикупить чего по мелочи. Соли я мало купил, хлеба тоже…

— Насчет соли ты поторопился, — сказал я, извлекая из сумки кусок галита, — есть тут соль и немало. В основном, правда, в виде сильвинита, но местами и в почти чистом виде.

— Сильвинит это что?

— Минерал, смесь сильвина и галита, то есть соответственно хлористый калий и натрий. Мы по верхней долине всего десять километров прошли, но кроме сильвинита еще обнаружили галенит, сфалерит и кассерит.

— Я в этом деле не особо, ты по-простому объясни.

— Галенит и сфалерит — это сульфаты свинца и соответственно цинка. Кассерит — оксид олова, его правда немного, но основного месторождения я пока не нашел, только то, что на отмели ручьем вынесло. Там кроме него еще и малахит есть.

— Со свинцом понятно, а цинк и олово нам каким боком могут пригодиться?

— Цинк плюс медь — это латунь, а в будущем пригодится для аккумуляторов, серебряно-цинковых, например. Кстати, галенит часто примеси серебра содержит, а тот кусок, который я прихватил, вообще с прожилками самородного серебра, вот глянь.

— Ага, вижу. Я так понимаю, место для клановой базы оптимальное?

— Именно, здесь в котловине ее и создадим и соответственно перекроем проход в верхнюю долину для всяких левых людей.

— Серебряно-цинковые аккумуляторы, это гуд! — заметил Che. — Можно будет нормальные рации соорудить.

— Так вроде разработчики обещали, что они будут, зачем велосипед изобретать? — удивился Zato.

— Они не только обещали, они сделали! — усмехнулся Che. — Другой вопрос, что у них вышло и сколько это дело стоит? Сотку золотом за гроб на колесиках!

— Это да, гробина еще та вышла… — подтвердил я. — Это вам кабанам не проблема по двадцать кило за плечами таскать, а я сразу в перегруз уйду или в одних подштанниках бегать придется.

— Я не совсем понял, а зачем рации то? — спросил Little John.

— А ты заметил, что в игре нет, не то что кланового, но и даже общего чата? Игровое мыло только. Остальное, по словам разработчиков не вписывается игровой мир — постапокалисис, так что, не положено, однако.

— А рации вписываются?

— Вполне, они же ламповые! — ответил Che, и пояснил: — С батареями на основе медно-цинковых солевых элементов.

— Разработчики походу еще и на расходниках хотят заработать нехило, — сказал я, — батарея стоит раз в сто дороже исходных материалов. Впрочем, мы этот гешефт им можем слегка поломать. С нашими ресурсами можно хоть свинцово-хлорный, хоть свинцово-цинковый элементы делать.

— Для свинцово-хлорного элемента еще графит нужен, — уточнил Che.

— Вроде да, но совсем немного. Зато такой элемент в неактивированном виде можно хранить годами, да и после активации он чуть не год работоспособен.

— Если малахит есть, то можно и медно-окисные элементы делать, — сказал Che.

— Можно, но у них вольтаж и соответственно энергоемкость чуть не вдвое ниже. Но это так, цветочки, позже можно будет свои средства связи клепать, оснастку постепенно сделаем, там много чего нужно, но вопрос решаемый.

— Тоже на лампах? — Спросил Che.

— На лампах, но не на таких, какими их себе представляют люди далекие от радиодела. Разработчики игры явно экономили на консультантах, да и сами ни сном, ни духом о том, что развитие ламп не остановилось с появлением транзисторов. Про стержневые, штабельные и пленочные лампы кто нибудь из вас слышал?

— Так штабельные еще до второй мировой придумали, или нет? — Сказал Che.

— Ага, концепция появилась в тридцать четвертом году, причем как обычно придумали это наши русские инженеры. А дальше идею развили за рубежом, в США. Но не важно, главное то, что такие лампы в отличие от транзисторов радиации не боятся и работают при температуре пятисот градусов и даже выше.