Лютик для Лютого. Тайная слабость карателя
Шрифт:
Не находя себе места от волнения, я наспех позавтракала, распорядившись принести еду ко мне в покои, и уселась у окна, не сводя с него глаз.
Если сегодня состоится государственный переворот, многие погибнут. Бой будет не на жизнь, а на смерть. А представить, что я больше не увижу Дейла, я боялась. Даже запретила себе думать об этом.
Но осознание того, что я не обняла любимого перед опасным заданием, тяжелой болью отдавалось в сердце. Мне так хотелось быть сейчас рядом с ним. Пусть и в бою. На захвате замка. Я готова.
Ведь если с ним что-то случится, я просто не смогу дышать. Он – мой воздух, моя любовь, моя жизнь.
Но долго переживать в одиночестве мне не дали.
После обеда в мои покои вбежала обеспокоенная служанка и шепотом рассказала, что ее сиятельство леди Амалия покинула свои покои в отдаленной части замка и направляется сюда. Скорее всего ко мне.
Мне было все равно. Но служанка не разделяла моего настроя.
Она быстро соорудила мне красивую прическу, выбрала и заставила надеть самое красивое платье.
– Для уверенности.
– и заговорщицки шепнула на ухо, что она вместе с Управляющим будут стоять неподалеку, за дверью, и чтобы в случае чего я не стесняясь звала на помощь.
Когда я уточнила, чем вызвана такая забота обо мне, девушка сначала смутилась, а потом честно ответила.
– Госпожа, вы такая добрая и спокойная. Мне нравится быть вашей служанкой, и я не хочу возвращаться в услужение к вспыльчивой леди Амалии. К тому же его сиятельство Адриан фон Вольштайнс наказал всей прислуге беречь вас как зеницу ока, в противном случае ослушавшимся грозит беспощадная прилюдная порка или казнь.
Я вздрогнула. До сих пор не смогла привыкнуть, что в этом мире даже за небольшую провинность могут казнить.
Но развить мысль не успела – на пороге появилась графиня Амалия и прям сходу, не приветствуя, набросилась на меня с оскорблениями.
31. Письмо
Я сначала попыталась возразить и начать оправдываться перед графиней, но внутри что-то надломилось и впервые за все время меня накрыла апатия. Мне вдруг встало все равно, что обо мне подумает леди Амалия, как отреагирует на мое поведение брат.
Мне захотелось остаться одной, в этой комнате, в тишине. И чтобы никто не приставал.
– Мерзавка! Думала, раз мой сын тебя признал, имеешь право войти в нашу семью, в наш род?! Не бывать этому! Я не допущу, чтобы безродное отродье стало Хозяйкой в этом доме!
– Прекратите! – громко и холодно произнесла я, сама удивляясь хладнокровному звучанию своего голоса.
Меня столько раз унижали, столько раз втаптывали в грязь, но я продолжала жить и надеяться, что когда-нибудь эти времена пройдут и у меня наступит светлая полоса в жизни. А когда появилась надежда на счастье, впервые за все три года жизни в этом мире, ее забрали.
И сейчас мне стало все равно, я потеряла смысл, самое важное, ради чего стоило жить.
– Да как ты смеешь... – задыхаясь начала возмущаться леди Амалия, но поперхнулась от волнения и закашлялась.
– Леди Амалия, позвольте вам напомнить, что перед вами не просто дочь вашего супруга, а невеста и будущая жена наследного принца Искарии. И я уверена, что ни вашему сыну, ни императору не понравится тон, которым вы имеете наглость разговаривать со мной – будущей королевой соседнего государства.
Я видела, как покраснела и помрачнела мать Адриана, как затряслись от злости и беспокойства ее губы. Но я не испытывала ни злорадства, ни радости, ни удовлетворения.
Гордо вскинув подбородок, графиня с высоко поднятой головой и презрительным взглядом прошествовала мимо меня, не сказав ни слова. Будто я – пустое место.
Больше она в мои покои не заявлялась и не показывалась. Всячески избегая возможности со мной пересечься.
Странно, но последующие сутки ни брата, ни Дэйла не было видно. Никто не знал, где они и как скоро будут. Я начала волноваться.
На вторые сутки прибежала моя служанка с взволнованным восторженным лицом и радостно сообщила, что старый император свергнут, а новым стал граф - Адриан вон Вольштайнс.
Я плохо разбиралась в местной политике, и в династиях тоже. Одно было ясно, мой брат стал императором, и мой союз с сильным соседом крайне важен и выгоден обоим государствам.
Теперь стало понятно, почему Адриан настаивал, чтобы Лютый отказался от нашей свадьбы.
Я хоть и была бастардом, но зато сводной сестрой нового Императора и моя кандидатура была самой выигрышной для династического союза.
– Вы только посмотрите, какой красавец! Черные волосы, как грива породистого скакуна, утонченные черты лица. Вам определённо повезло, леди Лютиция. – в очередной раз шептала моя служанка, подсовывая перед моим лицом миниатюру с изображением молодого парня.
Да, достаточно миловиден и изыскан. Только вот сердце мое было занято, несмотря ни на что, грубым и в тоже время нежным образом моего карателя.
А правильно ли я поступаю? – уже как сутки эта мысль не давала мне покоя. Имею ли я право портить жизнь другому человеку, становясь его женой, изначально зная, что в этом союзе я никогда не полюблю и не принесу ему счастья?
Имею ли я право портить чужую жизнь?
Не придумав ничего лучше, я села за стол и написала письмо. Слегка корявым слогом, но от души, честно признавшись наследному принцу в отсутствии чувств, не раскрывая имен. Сообщив, что мое сердце отныне и навсегда принадлежит другому.
Запечатав конверт, я передала его служанке и попросила с ближайшим посыльным переправить в Искарию. Возможно, мой поступок обострит отношения между двумя крупнейшими империями, но зато моя совесть будет чиста.
Облегченно выдохнув, я вышла в сад, села на скамейку у пруда, посмотрела на небо, на медленно проплывающие облака. Я поступила правильно.
Если принц расторгнет помолвку, я напрошусь вернуть меня обратно в Агатовые земли, в деревню агатового дракона, чтобы я могла и дальше заниматься ставшим любимым занятием – помогать местному лекарю.
Осталось только дождаться возвращения Дэйла и брата, задержавшегося в столичном императорском замке из-за передачи и принятия императорских дел, и ответа из Искарии.