Чтение онлайн

В предыдущей главе нашего исследования, посвященной женитьбам нашего "разведчика", изложены многочисленные факты, но основании которых у нас уже возникли довольно большие сомнения в полном сексуальном и психологическом здоровье исследуемого субъекта. Зародилось предположение о его нетрадиционной сексуальной ориентации. Одновременно бывший "разведчик", выставивший свою кандидатуру на досрочные выборы и занявший в марте 2000 года высший государственный пост в России, позволил себе несколько публичных выходок, которые только подтвердили наши самые смелые предположения в сексуальной области. Но сначала была его ставшая теперь уже классической фраза про то, что "если чеченские боевики спрячутся в сортир, будем боевиков мочить и в сортире". Большинство политических аналитиков увидело эту фразу так сказать буквально, как популистскую грубость, призванную добавить претенденту очков на выборах. А мы уже тогда обратили внимание на ее фрейдистский подтекст.

Очередная приблатненная выходка президента России в столице Европейского союза в начале ноября 2002 года, в развязном стиле гусарского поручика Ржевского - трагикомического персонажа народного фольклора, эдакого анфан-терибля и безалаберно-умильного "сексуального террориста" из анекдотов про "проклятое царское прошлое", который всегда грубо и невпопад ляпнет в приличном обществе что-нибудь пошленькое и скабрезное - заставила нас более пристально присмотреться к реальному человеку, занимающему высшее должностное кресло в нашей стране, и сделать попытку анализа глубинных причин его зачастую недостойного публичного поведения. При этом, нас интересовал не столько политически-прикладной, сколько абстрактно-научный аспект исследования некоторых индивидуально-психологических особенностей личности Владимира Путина, незаслуженно остававшихся до сих пор без надлежащей оценки и понимания.

Напомним вкратце контекст и основные факты ноябрьских путинских "ляпов" 2002 года. Саммит "Россия-ЕС" с самого начала не предвещал ничего хорошего (он был любезно перенесен воспитанными европейцами из Дании в Бельгию под грубым нажимом российской стороны из-за "нежелания" датских официальных кругов силой разогнать оппозиционный путинскому режиму общественный конгресс народов Чечни после дерзкого захвата группой вооруженных до зубов чеченских боевиков почти тысячи россиян в театральном центре на Дубровке, в самом центре Москвы и сокрушительного провала весьма сомнительной акции российских "силовиков" по их "освобождению" с применением боевых отравляющих веществ, приведшей к многочисленным и неоправданным жертвам среди заложников, точное количество которых до сих пор нагло скрывается российским режимом). И вот на официальной пресс-конференции в Брюсселе по окончании однодневного саммита произошел неприглядный скандал замедленного действия. В ответ на неудобный, но вполне законный и обоснованный вопрос французского журналиста, касающийся массового применения российской регулярной армией против мирного населения непокорной кавказской республики кассетных бомб, президент Российской федерации, говоривший по-русски, перейдя на личности, неуклюже и раздраженно разразился агрессивным, грубым и низкопробным намеком сексуального характера с нацистско-расистским подтекстом в духе традиционной для "православной" России религиозной нетерпимости. Если передавать суть сказанного тогда президентом ядерной державы, Путин предложил иностранному журналисту приехать в Россию, где ему будет профессионально сделано обрезание крайней плоти на половом члене. Ввиду вызывающей скабрезности высказывания даже официальные кремлевские переводчики были застигнуты врасплох и не смогли адекватно точно его перевести в режиме "синхрона". В связи с чем присутствующие иностранцы тогда не поняли грязной шуточки хозяйчика Кремля, не отреагировали на нее сразу должным образом и скандал разразился только через несколько часов после окончания пресс-конференции. Любопытен тот факт, что подобострастные и угодливо послушные начальству официальные телевизионные российские каналы, показавшие первоначально инцидент в прямом эфире, затем, в последующих аналитических передачах, посвященных брюссельскому визиту Путина, сами подвергли высказывание президента России цензуре. Но этим они на самом деле оказали ему медвежью услугу, потому что сложилось впечатление, как будто бы даже официальным российским СМИ было стыдно давать в эфир полностью весь этот шокирующий обывателя расистско-порнографический материал, прозвучавший из уст потерявшего выдержку и лицо бывшего "разведчика". Год спустя, уже в Италии и на совсем другой пресс-конференции президент России узнал французского журналиста и снова злобно сделал ему грубое и клеветническое замечание (о том, что якобы его провокационные вопросы по Чечне оплачены олигархами, которые были вынуждены покинуть Россию и получили статус политических беженцев в Великобритании).

Бывший мелкий гэбист Путин уже не в первый раз возмущает интеллигентную публику грубой площадной бранью и блатным лагерным фольклором, неуместными не только в устах главы государства, но и любого приличного публичного деятеля, кроме записных эпатажных клоунов вроде Жириновского или Шандыбина. Призрачные надежды на то, что выросший в трудных советских условиях, невоспитанный "дворовый" пацан из бедной рабочей семьи, все же иногда претендующий на некое "ленинградское" культурное наследие, станет когда-нибудь респектабельным президентом, окончательно растворились.

Теперь уже понятно, что вместо того, чтобы тянуться к высокому мировому уровню, бывший неудавшийся и бесцветный офицер затрапезного провинциального подразделения советских репрессивно-карательных "органов", не способный блеснуть ни воспитанием, ни манерами, целеустремленно и старательно проводит политику на понижение культурной планки среди членов элитного клуба руководителей наиболее цивилизованных и развитых стран, куда его и приняли-то с большими оговорками, как бы с испытательным сроком. Путин говорит как робот-автомат, старательно заучивший по бумажке некий написанный помощниками текст, а потом натужно воспроизводящий его по памяти. И только, когда он мысленно отрывается от подготовленного текста и переходит на "свои слова", у него частенько прорывается "импровизом" что-нибудь неуклюжее и скабрезное, как правило, неадекватно агрессивное и грубое. Нужно сказать, что в отличие от признанного автора крылатых словечек и афоризмов косноязычного, но харизматического Виктора Черномырдина, пришедшего во власть, так сказать, от сохи и сохранившего искренность и свежесть грубоватого, но меткого народного словца, Путин начисто лишен подлинной харизмы, особой остроты ума и главное - абсолютно не способен на искренность, сострадание и доброту. Чего только стоит одна его скособоченная гаденькая улыбочка, с которой он на вопрос Лари Кинга в 2000-ном году ответил в прямом эфире: "А что случилось с подлодкой "Курск"? Утонула!"

К слову сказать, все эти публичные вспышки гнева могут говорить немного в пользу Путина: как ни странно, но именно переходя на брань, начиная психопатически брызгать слюной и скабрезно выражаться, президент России перестает быть похожим на автомат, на говорящего бесчувственного робота, и становится более "человечным", этаким Путиным "с человеческим лицом". Это доказывает, что Путин способен на "человеческие" чувства. Правда лицо это - морального урода и приблатненного ублюдка, а путинские чувства, в основном - проявления подленькой зависти и мелкой злобности, вызванные комплексами неполноценности и дурным воспитанием, но тут уж ничего не поделаешь: каждому свое. Одновременно, все эти постыдные публичные сцены президентского неудержимого гнева и прилюдного сведения мелких счетов с личными обидчиками не только показывают, насколько бывший убогий провинциальный опер из захолустного подразделения советских карательных "органов" до сих пор не соответствует уровню крупного государственного деятеля в подлинном смысле этого понятия, но и развенчивают путинский миф об этаком положительном супершпионе, разведчике, "штирлице", который всегда контролирует свои эмоции. И здесь изо всех щелей, как отвратный таракан, эмоционально вылезает лже-разведчик, лже-штирлиц, обыкновенный ублюдок-вертухай из архипелага ГУЛАГа.

Если проанализировать то, что именно невольно прорывается у Путина в эти моменты истины, обращает на себя внимание тот факт, что президент-чекист в своей публичной несдержанности и невоспитанности как две капли воды походит на своего "совкового" тезку - недалекого, неотесанного и сексуально-озабоченного мальчика Вовочку, еще один колоритный персонаж народных анекдотов, некую советскую реинкарнацию царского поручика Ржевского. Для того, чтобы понять, откуда торчат ноги этого "совкового" анфан-террибля и малолетнего сексуального террориста, приходится опять возвращаться в путинское детство. Все проблемы Путина, конечно, начались в его самом раннем возрасте (классическая психоаналитическая схема).

Мальчик Вова формировался в совершенно убогих бытовых условиях. В скандально известной книжке Владимира Сорокина "Голубое сало", на которую ополчились как-то путиноиды из путенюгенда, есть, в частности, следующий эпизод из жизни лубянского следователя Хвата, заплечных дел мастера из чекистских казематов, до деталей похожий на детство будущего чекиста Путина. А сам юрист Хват как две капли воды похож на нашего выпускника юрфака ЛГУ и бывшего "разведчика" из ленинградского УКГБ: "... на дыбе в бетонном подвале Лубянки ... Сахарова допрашивал знаменитый Хват - живая легенда МГБ, дважды Герой Советского Союза, следователь по делу зловещего вредителя Вавилова, посвятившего свою жизнь выведению "быстрой спорыньи" и заразившего ею кубанскую пшеницу. Маленький, сухой и подвижный Хват сидел за своим, известным каждому сотруднику Госбезопасности, "подноготным" столом, курил трубку и ждал, пока подвешенный перестанет кричать. На застеленном коричневой клеенкой столе лежали многочисленные приспособления для пыток в области ногтей. Симпатичная черноглазая стенографистка примостилась в углу за маленьким столиком. Наконец голое, мокрое от пота тело академика перестало дергаться, и вместо крика из его перекошенного дрожащего рта обильно потекла слюна.
– Ну, вот и славно...
– Хват выбил трубку, натянул черные кожаные перчатки, встал и подошел к подвешенному.
– Знаешь, Сахаров, я люблю работать с учеными. Не потому, что вы слабее военных или аристократов. А потому, что глубоко уважаю ваш труд. Это у меня с детства. ... Семья у нас была - семеро по полкам. Отец - работяга запойный, мать прачка. Жили в огромном коммунале - сто квартир, один сортир. Чего там я только не насмотрелся. И мордобой, и пьянство, и ебля беспробудная, не разберешься кто в кого сует. Но было одно светлое пятно. Жилец. Возле самого сортира. Маленькая комната. Шесть метров. Очкарик. Студент. Математик. Сам невзрачный. Прыщавый. Одет аккуратно, но в обноски. Голос слабый, гайморитовый. Зайдет, бывало, на кухню: "Товарищи, могу я попросить кружку кипятка?" И все наши громилы татуированные, все лахудры неподмытые, все старухи скрипучие - враз притихнут. Почему - не понятно. Я бывало, как просрусь, из сортира выйду, подойду к его двери, к замочной скважине нос приложу, потяну Запах. Необычный. Умным человеком пахло. Приятнее этого запаха для меня тогда ничего не было. С ним в ноздрях я и в органы пришел. Я и сейчас умных людей по запаху отличаю. Вот ты, например, - Хват понюхал блестящие от пота ягодицы академика, - тоже умный... "

Очень это описание детских лет литературного персонажа Сорокина - чекистского следователя Хвата, палача и садиста с Лубянки - напоминает нам реальное детство будущего настоящего чекиста, а в последствии и российского президента. Не потому ли такую злость вызвала эта книга у путиноидов и молодежи из Путин-югенда, которые пошли агрессивным идеологическим фронтом в атаку на сорокинское "Голубое сало", стараясь "пришить" ее талантливому автору сфабрикованное уголовное дело, якобы о распространении порнографии (до разбора отдельных страниц сексуального характера этого яркого произведения мы тоже дойдем, но не все сразу).

Довольно интересный след для разработки версий можно нащупать в замечаниях школьной учительницы Путина про его нелюбовь к компаниям и про начало занятий спортом. Тут кроется что-то недосказанное, куда более личное, чем нам открыто показывают в книжке. Во-первых, во всем этом есть прямое противоречие: хулиганистый пацан, который всю детскую жизнь проводил во дворе, которому, по его же собственным словам, там было комфортнее, чем в школе, которого учительница и грозный папаша не смогли отучить от компании неких братьев Ковшовых, вдруг, внезапно разлюбил дворовые, да и всякие другие компании на всю жизнь и решил заняться спортом для самозащиты и самоутверждения. Тут явно скрывается какая-то личная драма. Вполне вероятно, что над малолетним и слабым Путиным в такой дворовой компании произошло грубое надругательство, насилие, не исключено, что и сексуальное, что заставило его замкнуться, озлобиться и жаждать отмщения, приступив к более, чем серьезным занятиям спортивными боевыми искусствами.

Одновременно любопытно то, что для самозащиты Вова в конце концов предпочел именно борьбу, а не бокс, хотя, судя по тому, что он нам сам рассказывает, определенной решительности ему было не занимать (после первого перелома носа на ринге к врачу не пошел), а бокс был бы более действенным средством самозащиты. Но бокс предполагал все-таки исходное наличие более развитой физической силы Путина и его примерного равенства с потенциальными противниками, от которых надо было защищаться. Ни того, ни другого у него, по всей видимости, не было, а борьба самбо, да и дзюдо, позволяла главное - противостояние физически слабого, но ловкого и хитрого значительно более сильному противнику.