Чтение онлайн

Но на повышение и на работу по распределению в настоящую внешнюю разведку (в центральный аппарат ПГУ КГБ СССР) после окончания КИ "разведчика" Путина не взяли. В августе 1985 года он был возвращен обратно в кадры ленинградского УКГБ (в разведку с территории), где стал готовиться к "заграничной" командировке в страну соцлагеря. Выведен в действующий резерв КГБ СССР для направления в загранкомандировку в ГДР.

Прибыл с семьей на работу старшим оперуполномоченным в официальное представительство КГБ при МГБ ГДР (в разведгруппу в Дрездене, по одним сведениям в августе 1985, по другим, более вероятным - в начале 1986 года). Работал по линии "Н" (с позиций официального представительства КГБ при МГБ ГДР занимался материально-техническим обеспечением деятельности "нелегальной" разведки - кадровым поиском и проверкой кандидатов для работы в нелегальной разведке для 3-его, функционального отдела управления "С"). По выслуге лет повышался в должности до помощника начальника отдела ("помнача") в 1986 и старшего помощника ("старпома") начальника отдела - в 1989. По выслуге лет, приблизительно в 1987 присвоено очередное воинское звание подполковник юстиции ("подполкан"). По представлению непосредственного руководителя, избран секретарем первичной партячейки разведгруппы в Дрездене. Фактически уже тогда достиг своего предельного потолка кадрового роста в КГБ в качестве оперативного сотрудника ("старпом" и "подполкан"), дальнейшая перспектива - маловероятное повышение в должности (т.к. дальше уже шли должности руководящего состава, для чего у Путина уже не хватало образования), возможное получение полковничьего звания под пенсию.

Отсидев максимально возможный срок за границей - 4 года (по словам Путина - "немногим менее 5-ти лет", что маловероятно, т.к. физически не подтверждается документально установленными календарными деталями его биографии), вернулся из ГДР в СССР в январе 1990 года обратно в распоряжение кадров УКГБ по городу Ленинграду и области. По словам Путина, он якобы сам отказался от перевода с повышением в центральный аппарат ПГУ в Москве (вероятнее всего, бесперспективная работа в материально-техническом подразделении управления "С"). Оставаясь кадровым сотрудником действующего резерва КГБ СССР ("старпомом"), назначен опять на оперативную работу (разведка с территории) под прикрытием должности помощника ректора ЛГУ по международным отношениям, по словам Путина, активной оперативной деятельность не занимался. С тех пор и до самого увольнения в запас, кадрового роста в органах госбезопасности не имел, ни в должности, ни в звании не повышался. Используя служебное положение и оперативные возможности (подчиненную агентуру среди студентов и преподавателей университета), "написал" и защитил кандидатскую диссертацию.

По собственной инициативе, еще формально оставаясь кадровым офицером КГБ (в действующем резерве), перешел на работу в мэрию Ленинграда. Со слов Путина, якобы написал тогда рапорт об увольнении из "органов", который "где-то умер". Во время августовского 1991 года путча якобы написал второй рапорт об увольнении, который, по словам Путина, и был удовлетворен 21-22 августа, после личных телефонных разговоров Собчака с председателем КГБ Крючковым и с начальником ленинградского УКГБ.

В возрасте 39-40 лет уволился из кадров КГБ (из действующего резерва) в запас по одним сведениям в августе 1991 года, по другим - только в 1992 году. Со слов Путина в книге, из КПСС официально не выходил ("КПСС прекратила существование, я взял партийный билет, карточку, положил в стол - там все и лежит."). По другим источникам, писал заявление о выходе из партии.

В 1978 году должен был получить юбилейную медаль "60 лет вооруженных сил СССР". В 1988 году должен был получить юбилейную медаль "70 лет вооруженных сил СССР". В 1988-89 году должен был получить медаль "За безупречную службу в вооруженных силах СССР" ("песок" третьей степени). В 1989 году награжден бронзовой медалью "За заслуги перед Национальной народной армией ГДР".

Нужно немного вспомнить обстановку того времени, когда Путин еще был ребенком. Путин младший родился за полгода до смерти товарища Сталина. Будучи очень поздним чадом в простой, пролетарской семье, мальчик Вовочка формировался в переходный период, в конце 50-х - начале 60-х годов, на исходе эпохи сталинизма, в самый разгар "холодной" войны между коммунистическим Востоком и империалистическим Западом. Дед Путина - повар, проработал всю жизнь в ближайшем окружении коммунистической номенклатуры, но репрессирован почему-то никогда не был (что означало, что он был в постоянном контакте со сталинскими "органами" в качестве сексота-стукача). Отец Путина начал войну в составе истребительного батальона НКВД в Эстонии, "освобожденной" сталинскими войсками. Но даже попав в окружение и буквально чудом из него выбравшись, путинский отец почему-то не прошел затем через мясорубку сталинских чисток, как большинство нормальных советских граждан, в том числе героев-военноначальников (что может говорить или о его чрезвычайной удаче, или о прямой связи с "органами" в роли стукача, закладывавшего других). Так что у будущего чекиста Путина была возможность получить некоторые фамильные задатки.

Его семья, совсем деревенская, по лимиту с трудом перебралась в пригород Ленинграда. Два старших брата Путина умерли от болезней (первый - еще грудным младенцем, второй - в детском доме в блокадном Ленинграде от дифтерита), и стареющие родители не сразу решились завести после войны нового ребенка. Когда Вовочка (горожанин в первом поколении в своей семье) родился в конце 1952 года, его отцу-инвалиду, 1911 года рождения, прошедшему тяжелейшие испытания войной, которые безусловно наложили отпечаток на его внешний облик и на характер, был уже сорок один год.

Задумайтесь-ка над этой занимательной арифметикой. Ведь она означала, что будучи мальчиком десяти лет, Путин имел, соответственно, отца-инвалида, которому было уже почти 52 года! Каждый, кто хоть немного помнит свое детство, без большого труда представит себе, что означал такой огромный возрастной разрыв между отцом и сыном. Малолетний сын должен был воспринимать своего отца практически глубоким стариком, не отцом, а скорее дедом. И действительно, в отношении своего соседа, примерного ровесника его отца, сам президент прямо говорит в книжке: "... он мне казался ужасно старым..." Да и мать Путина, бывшая всего на год моложе его отца, "не шибко грамотная", едва ли с пятиклассным образованием, проработавшая уборщицей, дворничихой или прислугой всю свою жизнь, тоже должна была ассоциироваться у своего малолетнего сына со старой безграмотной бабкой, для которой предел воспитательных усилий заканчивался, по мнению учительницы Путина, на том, чтобы сын был накормлен, одет и обут. О воспитании души ребенка речи уже не шло. Формирование путинской личности было оставлено на самотек, переложено на плечи школьных учителей (которые мало чего добились до 6 класса).

Не удивительно, что между Путиным и его родителями не было и не могло быть нормальных, близких и теплых отношений, как об этом и проговаривается, в конце концов, президент в своей бесценной биографической книжке. Главной путинской школой была улица, двор, дворовая шпана. Взаимоотношения в семье Путиных были напряженно-нечеловеческие. Родители почти ничего не рассказывали. Как-то это не было принято у Путиных. Отрывочную информацию о своей семье маленький Вова получал косвенно, когда приезжал в гости кто-то из родственников. Мальчик слушал разговоры взрослых за столом - пьяные, сбивчивые беседы пятидесятых годов полушепотом, когда еще осталась устойчивая привычка сталинских лет помалкивать, чтобы не загреметь куда подальше. Как мог пытался понять подслушанное, додумать недосказанное. Но это были какие-то обрывки, фрагменты, причем не предназначенные специально для детских ушей. С самим Вовой, по признанию Путина, родители о себе никогда не говорили.

Особенно отец. Любой мало-мальски грамотный педопсихолог сразу обратит внимание на такое полное отсутствие человеческого контакта между отцом и сыном, который не мог не сказаться негативно на формировании личности мальчика, росшего далеко не в самых комфортных условиях. Вообще откровенные воспоминания в автобиографической книжке о путинском папаше бывшей классной руководительницы Путина могут довести людей со слабыми нервами буквально до инфаркта. Школьный педагог сталинской закваски квалифицирует отсутствие в путинской семье обычных теплых слов и элементарной ласки (как она презрительно говорит - "сюсюканья"), как чуть ли не достойную подражания вершину педагогической науки. Но более всего поражают нормальное человеческое воображение размышления вслух путинского родителя о возможных мерах педагогического воздействия на хулиганистого отпрыска: "Убить, что ли?". Да, уж! Это обыкновенный советский папа про собственного мелкого сына говорит! Попахивает прямо Борисом Годуновым ("Я тебя породил..."). А вы еще удивляетесь теперь на путинское "мочить в сортире" в отношении чеченских боевиков. Тут нечего даже и добавить, разве только: яблочко от яблоньки недалеко падает...

Вове Путину еще повезло, что соседская еврейская семья немного возместила мальчику недостаток семейного тепла, любви и ласки. По словам российского руководителя, в детстве ему все равно было, к кому идти - к своим или к еврейским "старикам". Вдумайтесь: мальчику было все равно - проводить ли время в семье своей или соседской! При этом очень показательны слова, которыми Путин-современный описывает свои взаимоотношения с "приемной семьей": "... они меня любили". Обратите внимание: не "у нас была любовь и взаимная привязанность", не "я их любил", а именно "они меня любили". Во всем у Путина - эгоцентризм, эгоизм, практицизм и цинизм. Становится сразу понятнее, откуда в Путине теперь цинизм и жестокосердие, откуда неумение выразить свои чувства. По словам Путина, это были "старенькие дедушка с бабушкой и их дочь Хава. Она была уже взрослой женщиной, но, как говорили про нее взрослые, жизнь у нее не сложилась. Замуж она не вышла и жила с родителями." Тут надо пояснить, что детские воспоминания и демографические ямы явно сыграли злую шутку с современным Владимиром Владимировичем. В реальности - еврейские "старики" были, скорее всего ровесниками его собственным родителям, а их дочь - примерно того же возраста, которого могли бы достичь два старших брата Путина, если бы оба не умерли бы в детстве. Если бы у путинских старших братьев появилось потомство, тогда бы сам Путин был бы одногодком своим племянникам. Фактически в собственной семье для своих родителей Вовочка выполнял двойную роль - одновременно и сына, и внука.

Для характеристики интеллектуальных интересов мальчика любопытна описанная им весьма по-детски непосредственная реакция на книжную мудрость, когда он увидел своего соседа-еврея, читавшего Талмуд и Тору. "Дед в обязательном порядке с утра до ночи талдычил Талмуд: бу-бу-бу... Как-то я даже не выдержал и спросил его, что он бубнит. Он мне объяснил, что это за книга, и мне сразу стало неинтересно." Тут заодно, в очередной раз, разбивается миф о путинской особенной религиозности - ему не были интересны исторические и религиозные корни христианства вообще и, в частности, православия, с которым он ныне показушно носится как с писаной торбой.