Чтение онлайн

Пилот едва слышно фыркнул, затем тоже шикнул микрофоном, отключая его.

— В основном о возможностях наших кораблей и вражеских. Вся беда в том, что наша наука пока беспомощна против… сместителей. Они плохо отслеживаются, не сканируются, не идут на контакт, а по многим направлениям существуют вопреки известным нам физическим законам. Мы не знаем ни из чего состоят их корабли, ни как работают, ни какими характеристиками обладают. А последнее — самое неприятное! Без знания предельной скорости противника, его оружия, маневренности, технологий на борту — это битва вслепую. Мы умудрились уничтожить один из кораблей, но от него не осталось ничего, что можно исследовать, вообще ничего, — в голосе ДеВеля я слышала разочарование и даже горечь, но улавливала и другие нотки. Его уже затянуло ощущение боевых действий, адреналина, жажды победы, мозговые штурмы. Мне было тяжело сознаться в том, что я тоже ощущала себя невероятно живой и бодрой. Давно я не воевала! Почти уже забылось, каково это. — Послушай, завтра нам вернут «Солнце», считается, что контракт мы уже практически выполнили… Может, стоит продолжить наше путешествие в черную дыру?

В его голосе читалась мольба, а отчасти — упрек, но я уже давно обдумала ответ и просчитала все наперед.

— Нет, мы остаемся и помогаем Империи в этой войне, исследование закоулков мироздания подождет, — выдохнула я. Мой пилот издал придушенный, но радостный звук.

Я понимала, как много значила для него эта битва — защищать станцию, за которую погиб его отец, сидеть теперь на закрытом совещании среди величайших пилотов и военных Империи, прославить свой корабль и смотреть, как пишется история… для паренька с нижних уровней «Бионса» это великий день и золотое время.

Я хотела выглядеть великодушным героем, готовым пожертвовать своими интересами ради всеобщего блага, но это было не так. Я просто доподлинно знала, что Император не отпустит меня на этот раз до полной победы над врагом. Он мог поступиться своими мечтами о будущих детях, желанием заполучить мага ради укрепления могущества — это одно дело. А вот позволить уйти тем, кто может помочь в победе над страшным врагом, он бы не смог.

Я понимала Императора, проявлявшего себя истинным правителем и защитником своего народа. Так к чему затягивать ненужные дипломатические переговоры, вынуждать друг друга поступаться своей гордостью или выставлять в дурном свете? Легче сразу понять, куда дует ветер и смириться с неизбежным. К тому же я была уверена, что даже если Император и решит не рисковать дочерью короля Леары, то в такой момент адмирал-командующий уж точно не преминет напомнить своему правителю о долге перед народом. Астроил, который меня вновь поймал, не станет упускать новую возможность узаконить свои притязания.

Я вздохнула и выкинула политику из головы, стараясь сосредоточиться на сиюминутных вещах.

Я почти привыкла жить среди звуков, прикосновений и запахов, но в кромешной темноте.

Не видя лиц, я вслушивалась в голоса и видела собеседника отчетливее во много раз, я слышала нотки страха, скуки или радости в сказанном, я улавливала то, что прежде ускользало от моего внимания.

Меня окружали густые и тяжелые запахи металла, смазки, ракетного топлива и резины, когда я шла по коридорам, близким к причальным пирсам. Я чувствовала ароматы еды и алкоголя, специй и фруктов, проходя мимо пищеблоков. Сейчас, в этой комнате, воздух был тщательно профильтрован, свеж и чист. В нем четко угадывался особый запах, который приобретает воздух пройдя через фильтры и систему очистки. Обычно он едва различим, но «Бионс» был старой и не самой шикарной из станций. Помимо этого чуть химического привкуса я ощущала запах парфюма, несколько таких запахов, которые смешивались в общий фон. Наглаженная форма, запах чистой ткани и стиральных средств, мыло, шампуни, кое-где легкий запах алкоголя, едва заметный. От ДеВеля пахло конфетами и мазью от забинтованных ран.

Я откинулась на мягкую спинку кресла и попыталась проанализировать все, что мне удалось узнать и почувствовать. Не имело смысла без нужного опыта и знаний залезать в научные дебри, к тому же не стоит отбирать хлеб у специалистов.

«Сместители — те еще ублюдки!» — подумала я, вновь начав ощупывать подушечками пальцев ямку на столе. Ни о каких переговорах не может быть и речи, они сразу, как только защитники системы стали проявлять беспокойство, обнаружили корабль командования и попытались уничтожить «Дарион-74» и Эльмарко. Они не просто хотели войны, они отнеслись совершенно наплевательски к угрозе своему существованию, они не побоялись десятков кораблей и были уверены в своей победе. А когда мы с ДеВелем ее поколебали — уцелевший враг бежал. Как далеко? Что бы сделала я? Будучи большим и злобным существом, которое пришло уничтожать?

Сначала я бы изучила врага со всех сторон. Они обладают такой технологией? Могли ли они быть уверенными, что те корабли, что присутствовали в системе, им не повредят?

— Послушайте! — громко сказала я, и, несмотря на выключенный микрофон, меня все услышали. — Профессор, прошу прощения, что нарушаю ход ваших мыслей, как мне кажется, ваши дискуссии немного зашли в тупик. Я могу выдвинуть несколько своих гипотез?

Первый и второй советники дружно ответили согласием, как мне показалось, они даже немного обрадовались прекращению спора двух ученых.

— Нам нужно от чего-то отталкиваться, верно? Давайте начнем с их поведения и предположений. На мой взгляд, так себя позиционируют хищники. Они пришли убивать и завоевывать. Они сразу напали на «Дарион-74», и из этого можно сделать два вывода. Либо они руководствовались размером корабля, ибо он больше других истребителей, что были на тот момент. Либо они могли расшифровывать наши переговоры и знали, где находится тот, кто руководит обороной. На мой взгляд, против первого варианта — их атака. Логичнее было бы уничтожить сразу станцию, она самая крупная техногенная добыча. И именно там и стоило находиться главарю.

— К чему вы клоните? — спросил кто-то из военных. Нотки в его голосе мне не понравились, но я не стала заострять на этом внимания и продолжила:

— Они знали о нас, они плевать хотели на мелкие корабли и совершенно их не боялись, не считали угрозой. Они знали, что на «Бионсе» маловато оружия и сама станция никуда не денется, не убежит в другую систему. И враги нанесли удар по единственному тяжеловооруженному кораблю. И опять, либо у них такое оборудование, что они сразу поняли, где наибольшая угроза, либо знали заранее.

— Интересная гипотеза, — заявил первый советник, заставив меня скрипнуть зубами. Как он там охарактеризовал меня? «Тактик лучший, чем стратег», недоумок горбоносый!

— А теперь выслушаем отчет техников…

Я встала и ушла при первом же упоминании о пятиминутном перерыве и утащила за собой ДеВеля.

— Ты чего? — спросил меня пилот, подставляя руку для опоры и направляя мое движение в переходе по коридору.

— Не знаю. Меня терзает мысль, что враг знает нас лучше, чем нам кажется. Их было всего двое, а нас чуть меньше тридцати. Вот ты, окажись на их месте, стал бы так внаглую переть в атаку?

— Нет, конечно, мало ли, чем меня шарахнут при личной встрече…

— Именно! А они словно наперед знали, что нам нечего им противопоставить. Словно изучили наши технологии… но как? Чем? Они на нас не похожи и, как бы ни были высоко развиты, не могут знать, что является оружием у чуждой им расы. Ты видишь корабль зансиви, сразу в глаза кидаются раструбы магнитных пушек, ты по одному виду их понимаешь, что это оружие, так как видел немало разных орудий. А что видят эти сместители? Мы слишком чужие и разные, не с чем сравнивать.

— Сумасшедшее бесстрашие?

— Нет, сомневаюсь. Самоубийственные атаки свойственны только многочисленным народам и видам, а эти практически индивидуалисты. Их мало, и они совсем бы вымерли, если бы так кидались в бой.

— А если они обладают телепатией, например? — предположил ДеВель, усаживая меня за стол в каком-то очень тихом и безлюдном месте.

— Они бы поняли, что все корабли в системе вооружены и готовы воевать до последнего, — с досадой покачала я головой. — Не стыкуется… Ничего не стыкуется!