Чтение онлайн

– Что за?.. – мастер Тан, воочию увидев, как его коллега стремительно превращается в того самого сиульца, чью физиономию я только что изучал, едва не отшатнулся. – Гость, что ты с ним сделал?!

– Да расслабьтесь. Артефакт, разумеется, запрещенный, но абсолютно надежный. С трудом добыл у местного мага. Само собой, это был не совсем законный способ приобретения, зато мне пообещали, что до утра его заряда должно хватить.

– Арнэ? – все еще настороженно позвал друга Тан.

Преобразившийся хасаи, который выглядел теперь и ниже ростом, и гораздо уже в плечах, и даже одежду полностью сменил, неуверенно потоптался на месте. После чего глянул в висящее на стене крохотное зеркало и, полюбовавшись на свою физиономию, тихо крякнул.

– Вот те раз…

После чего ощупал лицо, похлопал по плечам, по животу. И только убедившись, что это всего лишь иллюзия, облегченно выдохнул:

– Порядок!

Ну а пока он занимался ерундой, я как раз успел настроить три других прибора и, по очереди передав их хасаи, с облегчением увидел перед собой четыре на редкость качественные иллюзии, которые одним махом решили для убийц проблему маскировки.

Собственно, именно использование иллюзий явилось одной из причин, по которым я посчитал, что Таору на сегодняшнем мероприятии лучше не светиться. Все в клане должны поверить, что Ло справилась сама, и что за ней не тянется жирный след из Архада в лице приятеля-мага, да еще и почти напрямую связанного с «ночниками».

С другой стороны, и люди Лоорга должны быть уверены, что Таор не имеет отношения ни к запрещенным артефактам, ни к сегодняшним событиям в клане. Пусть этот удар возьмет на себя мальчишка Рани. Загадочный «ночной гость», о котором никто и ничего толком не знал. Его связь с отступниками в любом случае нельзя будет подтвердить или опровергнуть. Ну а если вопросы все-таки возникнут, то нет проблем – убрать со сцены Рани можно в два счета. Поэтому пусть наш маг (напоминаю: истощенный маг! Я же не зря старался!) еще немного почислится заключенным. И пусть мастера-хасаи считают, что он всего лишь неудачно подставился. Ну а о том, что я-Чен велел поместить его в спецкамеру, которую сам же заранее и выбрал… что сейчас эта камера пустовала, а с ее единственного окна невесть куда исчезла решетка, зато появилась искусная иллюзия… о том знал только я один. И надеюсь, так оно и останется.

Насчет «местного мага» я тоже не соврал – многоуважаемый мастер Чжи, к моей искренней радости, не отказался поддержать эту маленькую авантюру.

Правда, требовалось от него не так уж много – всего лишь превратить стандартные рашшеры в примитивные зарядные устройства с мощностью, достаточной, чтобы подпитывать мои иллюзии хотя бы несколько ринов. А еще, поскольку я заранее наметил себе жертвы и потратил массу времени, чтобы запечатлеть их внешность на фото-пластины, то мастер Чжи, основываясь на этих записях, создал четыре объемные основы. Причем не для простых, а для движущихся иллюзий. Поскольку я до таких высот в магии пока не добрался, то предпочел довериться профессионалу. Только посоветовал прикрепить изображение не к виртуальной картинке, как обычно, а к мимике конкретного человека. Ну, знаете, как в фильмах, когда на актера надевают специальный костюм, обвешивают его датчиками. А затем компьютер обрабатывает полученное изображение, и вскоре на экране вместо актера появляется рисованный персонаж с точно такой же мимикой и моторикой.

На то, чтобы вникнуть в эту идею, придумать способы фиксации иллюзии к объекту, да еще и сделать это так, как делают специалисты по компьютерной графике, у мастера ушло несколько дней кропотливой и воистину ювелирной работы. Но он, на наше общее счастье, справился, поэтому теперь иллюзии в точности повторяли движения хасаи. Моргали, когда моргали они, двигали руками-ногами, ходили, прыгали и вообще, вели себя как настоящие.

Единственное, на чем я не стал заморачиваться, это на клановых метках. Но оно, в общем-то, и не требовалось, поскольку пятки у хасаи никто, разумеется, рассматривать не будет. Да и работать им предстояло только в левой башне, а там, как я уже упомянул, ввиду прибытия важных гостей временно отменили обязательную процедуру распознавания свой-чужой.

– Руками не трогать, ленты не снимать и стараться не биться башкой о стены, – распорядился я, когда наемники слегка привыкли к новой внешности. – Если разобьете, личина тут же слетит, и тогда сами будете думать, как сохранить себе шкуру. Во время работы старайтесь соблюдать дистанцию, чтобы личины не соприкасались ни с людьми, ни друг с другом. Помните, что сиульцы намного меньше ростом. Вовремя пригибайте головы. Не толкайтесь плечами. Если все понятно, то вперед. Забирайте у этих засранцев оружие и принимайте пост. Куда идти, кого ждать и что говорить, вы и без меня прекрасно знаете. А я пошел. Мне нужно еще кое-что сделать.

– Эй, гость! – окликнул меня в самый последний момент мастер Тан. – Спасибо за зверушку. Без нее нам было бы сложно прибыть на место вовремя.

Я кивнул.

Это точно. Без Пакости вы не смогли бы незаметно миновать все патрули, которые в огромном количестве ходят в этой части города. Ну а в тот закуток, куда вел потайной ход, с улицы вообще не зайти. Потому что нормального прохода туда не существовало в принципе, и попасть внутрь можно было только сверху. По крышам. Короткими перебежками, чтобы стража не засекла. А затем по стенам. Ползком. Да и то, если знать точный маршрут.

Каким именно образом планировалось выбираться из этого каменного мешка в случае побега, уже другой вопрос. В одной из четырех стен в том закутке строители сделали еще один проход, но об этом никто, кроме действующего главы клана, не догадывался. Поэтому да, поблагодарить Пакость хасаи стоило. Теперь им осталось сделать то, ради чего их наняли, и тогда мы будем в расчете.

Когда я закончил с делами, мой мешок полностью опустел, резервы качались на уровне неполной трети, а обуявший меня голод стал таким, что где-то с пол-рина мне пришлось потратить на разорение клановой сокровищницы. Оттуда же я прихватил пару безделушек, которые потом закинул на прикроватную тумбочку в спальне. Заодно заскочил по дороге в другой тайник, выудив на свет божий несколько гораздо более интересных вещиц. На всякий случай проверил, как там поживают мои свирепые звери. И только убедившись, что все они, включая Пакость, скрупулезно выполняют отданные ранее распоряжения, я успокоился, после чего взобрался на шестой этаж жилой башни, сменил личину и успел привести себя в порядок всего за несколько ун до того, как в дверь деликатно постучали.

По дороге к залу для собраний я решил дать волю матрице и впервые за две недели самоустранился, позволив личине Чена проявить себя во всей красе. И этот самодовольный ублюдок не преминул перехватить управление, откровенно наслаждаясь тем вниманием, которое ему оказывалось со всех сторон.

Вот только он, упиваясь видом согнутых спин и почтительно склоненных голов, даже не замечал, насколько много вокруг недоброжелательных и откровенно враждебных взглядов. Сиульцы, приученные к тому, чтобы не показывать эмоций, охотно кланялись и бормотали слова приветствия. Однако как только Чен проходил мимо, выражение глаз у многих неуловимо менялось. Из чего я с приятным удивлением заключил, что в действительности верных людей в клане у него далеко не так много, как он считал.

Когда же я в сопровождении личной стражи прошел по мосту в левую башню и спустился к дверям зала для собраний, это явление стало еще более массовым. Чен был жестоким правителем. Почти таким же жестоким, как его отец. Однако господин Нор принимал непопулярные и негуманные решения лишь в тех случаях, когда это было действительно необходимо. В том числе и потому, что для него на первом месте всегда стояли честь, законы и репутация клана. Более того, ради благополучия клана он не пожалел даже собственную дочь. И без колебаний уничтожил целый род, повинный, как ему казалось, в предательстве.

Ни в коем разе не оправдываю его за это, как и за то, что господин Нор оказался всего лишь человеком, подверженным обычным человеческим слабостям. Поверив в ложное обвинение, он совершил непростительную ошибку, но даже тогда он действовал, исходя из соображений благополучия клана.

Тогда как у Чена на первом месте стоял только он сам и его непомерные амбиции. И сейчас, имея редкую возможность отслеживать реакцию людей, я с удивлением обнаружил, что репутацию Ло мы будем восстанавливать не с нуля. А скверный характер ее сводного братца сыграет нам только на руку.