Чтение онлайн

Неделя пролетела в хлопотах. Баба Маня командовала приготовлением пирогов так, будто руководила военной операцией. Дед Евсей тренировался произносить тост, он хотел, чтобы речь была «торжественной, но не занудной». Местные музыканты репетировали в старом амбаре, и оттуда доносились звуки, отдалённо напоминающие свадебный марш.

Рондир экспериментировал с иллюминацией. Один раз он устроил пробный запуск над лесом и вся деревня высыпала на улицу, решив, что начался звездопад. Пришлось объяснять, что это просто маг тренируется.

Гордей заканчивал работу над свадебными подсвечниками, медными, с красивым узором в виде переплетённых веток. Они получались действительно прекрасными, даже без серебра.

Муртикс получил свой бархатный ошейник: тёмно-синий, с серебряной пряжкой и вышивкой «Великий Муртикс». Правда, вышивку пришлось делать мне, потому что кожевник наотрез отказался браться за «кошачьи имена». Но кот был счастлив и целый вечер расхаживал по дому, как павлин.

А я сидела над окончательной версией бюджета и с удовлетворением смотрела на итоговую цифру.

Доходы: двенадцать серебрушек и восемь медяков + мука от мельничихи (бартер) + мясо от пастуха (бартер) + иллюминация от Рондира (подарок) + медовуха от деда Евсея (подарок) + пироги от бабы Мани (подарок).

Расходы: посуда, ошейник для кота, подарки гостям, музыканты, украшения, непредвиденные расходы.

Итого: десять серебрушек и три медяка.

Профицит: две серебрушки и пять медяков.

Баланс сошёлся.

— Муртикс, — сказала я, откидываясь на спинку стула. — Бюджет утверждён. Свадьбе быть.

— Наконец-то, — кот зевнул. — А то я уж думал, ты до самого дня свадьбы будешь пересчитывать каждую монету. Как я уже говорил, бухгалтер, ты страшный человек.

— Зато свадьба будет в рамках бюджета.

— Главное, чтобы в рамках бюджета был и свадебный пирог. Потому что если он не поместится в мой желудок, я буду очень разочарован.

— Поместится, — пообещала я. — Я всё посчитала.

Муртикс фыркнул, но в его глазах читалось удовлетворение.

До свадьбы оставалось три дня.

Глава 19. Сальдо-бульдо.

За два дня до свадьбы я сидела дома и в десятый раз пересчитывала смету. Это была уже не необходимость, а скорее привычка, бухгалтерская душа требовала, чтобы каждая цифра была на своём месте. Я перепроверила итог трижды и удовлетворённо откинулась на спинку стула. Сходится.

— Ты что, опять считаешь? — Муртикс лениво приоткрыл один глаз. Он развалился на печи в позе морской звезды, всем видом показывая, что подготовка к свадьбе его не касается. — Лира, это уже болезнь. Тебе надо лечиться. Могу прописать курс мышеловства. Очень отвлекает от цифр.

— Это не болезнь, это ответственность, — возразила я. — Свадьба через два дня, а у нас денег едва хватает. Если что-то пойдёт не так...

— А что может пойти не так? — кот зевнул. — Баронесса в тюрьме. Клавдий чистит отхожие места. Герцог в столице. Погода прекрасная. Еды навалом. Я лично проверил пробный пирог, он великолепен. Всё под контролем.

— Пирог ещё не испекли. Он будет завтра.

— А я проверил его вчера. Мельничиха испекла пробный вариант. Очень достойный. Я съел почти половину, для чистоты эксперимента.

— Муртикс!

— Что? Я должен быть уверен, что свадебный пирог не опозорит нашу семью. Это моя обязанность как главного кота. Между прочим, — он приподнял голову, — ошейник мне уже принесли. Хочешь посмотреть?

Он спрыгнул с печи и продемонстрировал бархатный ошейник тёмно-синего цвета с серебряной пряжкой и вышивкой «Великий Муртикс». Я сама вышивала эти буквы весь прошлый вечер, и, надо признать, получилось довольно аккуратно. Кот покрутился, давая рассмотреть ошейник со всех сторон.

— Впечатляет, — сказала я.

— Знаю, — он приосанился. — Кожевник, когда принёс, спросил, зачем коту именной ошейник. Я ответил, что говорящий кот имеет право на именной ошейник. Он подумал, открыл рот, закрыл и ушёл. Логика — великая вещь.

В этот момент в дверь постучали. Не требовательно, как обычно, а как-то по-особенному, негромко, но уверенно. Я открыла.

На пороге стоял Гордей. Он был не в рабочей рубахе, а в чистой, выходной. Волосы причёсаны, борода расчёсана, а в руках небольшой, но явно тяжёлый кожаный мешочек, перевязанный бечёвкой. Выглядел он при этом странно, немного смущённо, но решительно.

— Гордей? Что-то случилось?

— Нет. Ничего не случилось. Можно войти?

— Конечно.

Он вошёл, остановился посреди комнаты и протянул мне мешочек.

— Это тебе, — сказал он просто.

Я взяла мешочек. Он был тяжёлым. Очень тяжёлым. Я развязала бечёвку и заглянула внутрь.

Там лежали монеты. Серебряные. Много. Очень много.

— Что... — у меня перехватило дыхание. — Гордей, что это?!

— Двадцать пять серебряных монет, — ответил он, глядя куда-то в угол и слегка краснея. — Я копил пять лет. С тех пор как... ну, ты знаешь. С тех пор как остался один. Думал, никогда не пригодятся. А теперь... вот. Это на свадьбу.

Я уставилась на него, потом на монеты, потом снова на него.

— Двадцать пять...

— Там ещё пять золотых в придачу.

Я медленно опустилась на лавку. В голове проносились цифры. Двадцать пять серебряных — это почти в два раза больше, чем весь бюджет нашей свадьбы. Это больше, чем я заработала за всё время своего пребывания в этом мире. Это целое состояние для деревенского кузнеца.

— Но... как? — выдавила я. — Откуда?

— Работа, — он пожал плечами. — Я же кузнец. Кую подковы, инструменты, замки. Иногда оружие для проезжих наёмников. За пять лет накопилось. Я почти ничего не тратил, только на еду и на железо. А когда появилась ты, я понял, для чего я их хранил. Вот для этого.

— Но я же составила смету! — воскликнула я. — Я всё посчитала! Мы уложились в бюджет! У нас даже есть остаток, две серебрушки и пять медяков! Я договаривалась с мельничихой, с пастухом, с Рондиром... А ты... Ты просто взял и..

— Ты очень старалась, — Гордей наконец посмотрел мне в глаза. — Я видел, как ты сидела над своими записями каждый вечер. Как ходила по деревне, договаривалась, считала, пересчитывала. Ты молодец. Правда. Но я хочу, чтобы наша свадьба была... чтобы ты ни о чём не волновалась. Чтобы ты не думала, хватит ли денег на лишний пирог. Чтобы у тебя был настоящий праздник. Без всех этих... подсчётов.