Чтение онлайн

Весь следующий день я ходила мрачная, как осенняя туча, и немного разбитая из-за выпитого накануне алкоголя.

До обеда я успела доделать все дела и поручения, которые на меня навалил Нэлл, и, войдя в его кабинет, молча, стараясь не смотреть ему в глаза, отдала документы и отчёты. Я успела заметить слишком довольную ухмылку, которая словно отпечаталась в моей голове. Почему он такой противный? Почему от него внутри все холодеет и сжимается, а интуиция вопит бежать и как можно дальше? Когда дверь закрылась, я стряхнула с себя неприятные ощущения.

Весь день я мучилась от вопросов, жужжащих, как рой диких лесных пчёл. Мне до зуда, до сбивчивого дыхания требовалось выяснить, что имел в виду Натаниэль. Я хотела поговорить с Эйшем.

Ночь я провела почти без сна, прокручивая в голове весь праздничный вечер, вспоминая чужие едкие слова, суждения и разговор двух мужчин. Нервно кусала губы, оттого к утру их пришлось смазать охлаждающей помадой, чтобы немного скрыть припухлость.

Днём, немного освободившись, я пыталась найти Эйшара — хотела предложить ему пообедать вместе и обо всем поговорить. Поднялась на нужный этаж, но Корнелия, глядя на меня со снисхождением, сказала, что он очень занят и вообще в его отделе все работают не покладая рук, в отличие от меня. Ему пришлось срочно уехать. И как я поняла, в Башне он не появится.

С тяжёлым сердцем и небольшим разочарованием, растекшимся в груди подобно чернильному пятну на белом листе бумаги, я отправилась в на обед.

После плотного обеда — я не смогла остановиться только на супе и съела порцию курицы с рисом. А потом, не чувствуя вкуса, поглотила шоколадным чизкейком, вишневым штруделем и зефиром — я уронила голову на сложенные ладони на своем столе. Из-за поднявшейся тревожности я едва могла соображать.

А потом Като, решив, что раз у меня есть время на личные переживания, завалил работой. И я ему была даже благодарна — это стало лучшим лекарством. Мне просто было некогда думать о себе, об Эйше, о нас.

Кажется, для начальника уже было не секретом, что мы встречаемся. Слишком часто рядом со мной появлялся Элгрин. Хоть это и не было пока что сенсацией. Като даже не был удивлен, но всё же повторил, что против служебных романов. От этого одни проблемы. В его бухтении, которое я не разобрала, было что-то по-отечески заботливое.

Я не заметила, как со спины подкрались сумерки, а вскоре и обняла сама ночь. Я потерла уставшие глаза. Мне слишком часто приходилось перепечатывать показания, вдумчиво изучать отчёты.

Но я никак не могла избавиться от мысли, что я не должна этим заниматься. Что дар, из-за которого меня взяли на службу, никак не используется и задачу я не выполняю. И превращается в какой-то день сурка.

Мне даже начало казаться, что меня специально не допускают к расследованию и даже те встречи с Эйшаром и Натом просто… спектакль.

Какой во всем этом смысл? Этим ли я хочу заниматься? Что будет, когда истекут полгода? Меня назначат на какую-то другую должность, или я останусь подле Като и буду дальше терпеть издёвки Нэлла? Тогда для чего мой исключительный дар, который они так искали? Или они нашли кого-то получше?.. Специалиста, компетентного Эферема?

Усталость не давала больше думать. Поняв, как сильно задержалась, я решила, что терять мне уже нечего.

Из заднего кармана черных джинсов я достала синюю карточку-пропуск с эмблемой Управления, который обнаружила месяц назад на своем рабочем столе вместе с инструкцией к использованию, на обратной стороне которой было выведено кривоватым, размашистым почерком: «Прости, тебе должны были его выдать гораздо раньше. К.»

Там был указан номер этажа и схема прохода к нужному лифту. Это был доступ в единственный в Башне тренировочный зал с бассейном.

Я устала, и по-хорошему мне стоило бы поехать домой. Но тело явно требовало сбросить напряжение, накопившееся даже не за день, за недели работы и стресса.

Я тут же взбодрилась идеей и нашла в себе остатки сил, чтобы пойти поплавать после тяжёлого рабочего дня. Вода отлично смывает груз и облегчает тяжбу мыслей. Сейчас это было единственным лекарством, что могло хоть как-то стереть тревоги и подарить немного покоя.

И несмотря на поздний час, зная, что Башня не засыпает, я не почувствовала неловкости, что еду вовсе не домой. Залы точно открыты по ночам, я не раз слышала про ночные тренировки.

Преисполнившись вдохновения, я хмыкнула и убрала в обратно в карман свой пропуск. Приятно получить возможность пользоваться всеми благами, которые достаются сотрудникам Службы!

Подхватив пальто и сумку, я отправилась вниз, на подземные этажи, на одном из которых располагался огромный спортивный тренировочный комплекс. Туда я попала без проблем, пропуск позволил миновать защитный барьер, и, медленно бредя по коридору, стены которого были насыщенного зелёного цвета, с интересом заглядывала в открытые двери. За одной такой располагался зал. До меня донеслись резкие команды, топот ног и лязг стали. Тренировка была в самом разгаре — в центре в танце на мечах кружило несколько человек, их резкие выпады и выверенные движения завораживали взгляд. Тела блестели от пота, а клинки бликовали от магических прожекторов, благодаря которым здесь и было светло как днем, а так и не скажешь, что зал расположен под землёй.

Удовлетворив любопытство, я не стала задерживаться и продолжила свой путь. Судя по сияющим указателям, мне следовало идти дальше, чтобы найти бассейн и дверь в женскую раздевалку. Они привели меня в одно из многочисленных фойе — оно же являлось зоной отдыха, здесь расположились маленькие аквамариновые диванчики, автоматы с едой и кофемашина. Меня заворожил живой ползущий по стене плющ, с тонкими длинными лозами и с маленькими листьями. Я не смогла долго стоять и рассматривать интерьер, пусть в фойе и была одна. Мне уже подмигивал указатель. Когда я вошла, он загорелся и стал мерцать, привлекая к себе внимание. Он четко давал понять — мальчикам направо, девочкам налево.

— Да иду я, иду! — буркнула я сияющей стрелочке, чтобы она перестала давить на меня.

Здесь почему-то царил полумрак. И мне потребовалась пара секунд, чтобы привыкнуть. После яркого помещения это обескуражило. Свет не загорелся сам по себе.

Раздевалка была длинной, но достаточно маленькой, с двумя рядами шкафчиков — синих и красных. На стене сияли розовым неоном буквы — общие правила пользования и безопасности. Бегло с ними ознакомившись, я сразу пошла к нише с большими квадратными ячейками, в которой можно было оставить обувь и верхнюю одежду. Едва я всё сложила, она подернулась защитой, уколов магией руку. Я хмыкнула. Тонкий слой барьера переливался, словно мыльный пузырь в свете солнца. Теперь наложенная магия защищала мои вещи и позволит их забрать только мне, потому это и ощутилось болезненно — так закрепилось право владения. И действие спадет совсем, когда ниша опустеет.

Затем я подошла к соседнему стеллажу для тех, у кого не было с собой купальника и его можно было взять из специального одноразового набора. Тут были разные размеры, и я, выбрав самый маленький, прижала к себе герметичный пакет.

Осталось решить, какой шкафчик выбрать, раз я тут одна. Синие или красные, Эйрилин?

Я предпочла красный — по центру с сияющей цифрой восемь.

Раздевшись, скинула вещи на черные мягкие банкетки. И находясь тут одна, в своих мыслях, я погрузилась в прошлое — меня вдруг накрыла ностальгия по Академии. Я с улыбкой вспомнила команду по плаванию из водников. Вся женская половина учащихся восторженно вздыхала при виде них.