Чтение онлайн

колдунья.

– Надеюсь, на самом деле вы так не думаете.
– Он нравился

Эвелине, и ей совсем не хотелось его напугать.

"А почему бы и нет?" - подумала она, глядя на его

сильные руки и стройное тело.

После ужина Чарльз пригласил Эвелину к себе немного выпить. Он остановился в уединенно стоящем парковом бунгало. Черноту южной ночи рассеивал только светильник на террасе. Официант принес шампанское.

"Опять шампанское", - вздохнула про себя Эвелина.

Она сидела на краю бассейна, напоминавшего заросшее цветами озеро, и болтала в воде ногами. Чарльз сел рядом и протянул ей бокал.

– Я так рад, что встретил тебя, - тихо сказал

он и обнял ее за плечи.

Эвелина не противилась, хотя ей показалось, что он действует слишком уж стремительно. Чарльз нежно поцеловал ее в губы, затем поставил на поднос бокалы, к которым они едва притронулись, и опустил ее на траву, пытаясь разобраться в складках шелковой ткани.

– Не торопись, - попросила его Эвелина. Она обняла его за шею и привлекла к себе, одним движением распахивая на нем рубашку. Их разделял только тонкий шелк ее одежды.

Было слышно, как в бунгало непрерывно звонит телефон. Но Чарльз, казалось, не слышал его.

– Может, подойдешь?
– шепнула Эвелина.

– Ни за что, пусть звонит.

Чарльз наконец-то справился с ее платьем...

...Потом они пили шампанское, плескались в маленьком бассейне и болтали

о какой-то ерунде.

– У меня никогда не было русской женщины. Они все такие горячие?

– подначивал он Эвелину.

– Ты об этом никогда не узнаешь. Не смей больше заводить романы

с русскими!
– шутя сердилась Эвелина.

Чарльз вылез из воды и принес Эвелине из бунгало махровый халат. Они с трудом нашли свою одежду в темноте. Эвелина чувствовала себя легкой и счастливой. Они как будто не могли оторваться друг от друга. И все же ее беспокоила одна мысль: "Почему мне вдруг пришло в голову, что он выдает себя за другого?"

Где-то под утро телефон вновь залился длинной трелью.

Чарльз ответил, и Эвелина, чтобы не мешать ему, вышла в ванную. Она оглядела себя в огромном зеркале, а затем зачем-то подняла параллельную трубку. Она услышала мужской голос, который произнес: "Через неделю в Тель-Авиве. Ты должен все успеть". Эвелина очень тихо положила трубку на рычаг.

– Звонили из дома, спрашивают, как я отдыхаю,

сказал Чарльз выходящей из ванной Эвелине.
– О, если бы они

знали как!
– Он мечтательно прикрыл глаза.
– Иди

сюда. Я уже соскучился.

Эвелина скользнула в постель и прижалась к нему. Он доставлял

ей такое наслаждение, что она решила пока не думать об этом странном звонке.

– Я хочу быть с тобой. Всегда.
– Чарльз приподнялся

на локте и жадно, с какой-то затаенной тревогой вглядывался в лицо Эвелины.
– Я хочу, чтобы ты была только моей.

Она уже привыкла к тому, что в постели мужчины говорят и обещают ей что угодно.

– Я и так твоя, - улыбнулась ему Эвелина.

– Мне кажется, что, когда я проснусь, тебя уже не будет. Это как сон.

– Это не сон. И я никуда не уйду. Я живая и теплая.
– В подтверждение своих слов Эвелина взяла его руку и положила себе на грудь.
– Попробуй...

Чарльза не надо было уговаривать.

Когда через полчаса он скрылся в ванной, Эвелина быстро

поднялась с постели, нашла его бумажник. В нем она обнаружила американский паспорт на имя Чарльза Фридмана и служебное удостоверение, в котором была вклеена фотография Чарльза. Из удостоверения следовало, что его владелец работает в Центре политических исследований в Тель-Авиве.

"А, черт, моссадовец!" - раздосадованно

подумала Эвелина и быстро нырнула в постель, услышав, что

в ванной перестала течь вода.

Чарльз вышел с полотенцем, обернутым вокруг бедер.

– Может, искупаемся в океане, пока не наступил рассвет?
– предложила Эвелина.

– Боже, откуда в тебе столько сил?
– изумился

Чарльз.
– Я с ног валюсь. Если я не посплю хотя бы пару часов, то просто умру.

– Тогда спи, а я пойду поплаваю, - сказала

Эвелина и обняла Чарльза, еще влажного после душа.

– Нет, не уходи, - попросил Чарльз, крепко прижимая

ее.

– Но ты же хочешь спать, - рассмеялась Эвелина, чувствуя, что он опять возбужден.

– И тебя я тоже хочу, - вздохнул Чарльз, пытаясь увлечь ее обратно в постель.

Эвелина наклонилась над ним и поцеловала.

– Спи, мое сокровище. Ты мне нужен свежий и бодрый.
– Она нежно погладила его плечо.
– Я буду ждать тебя, когда ты проснешься. Мы вместе позавтракаем, а потом будем купаться и заниматься любовью прямо в океане, как дельфины.
– Она говорила все тише и тише, и Чарльз ее последних слов почти не слышал, проваливаясь все глубже в мягкую вату сна.

Убедившись, что Чарльз сладко посапывает, она стала рыться в его вещах и нашла папку с бумагами. Среди прочих документов она обнаружила в ней свою фотографию.

"Ну почему, почему мне так не везет?!
– подумала Эвелина.
– Ведь я почти влюбилась в него".

Вернувшись к себе в бунгало, Эвелина позвонила в аэропорт.

ГЛАВА 19

Москва, 1999 год

Уже несколько дней Сима безуспешно пыталась дозвониться до Инки, но

трубку никто не брал. Володя отказывался давать какие-либо объяснения

по этому поводу, и, если вначале он только томно закатывал глаза и

вздыхал, то в дальнейшем довольно резко сказал, что ничего не знает

и что Инка должна быть дома, поскольку больше ей быть негде. Однако

вскоре он стал молча топтаться вокруг Симы, чем довел ее до белого

каления.

– Снегирев, у нас один кабинет на двоих - я это понимаю, - поэтому скажи, пожалуйста, что тебе от меня нужно?

– Если что-нибудь узнаешь про Инну, сообщи, - выдавил наконец

из себя Володька и зарделся словно красна девица.

На мгновение Симке стало стыдно, и она, отвернувшись, буркнула:

– Ладно, договорились.

– Тогда я пойду, а то у меня там дел...
– Выразительно

проведя пальцем по горлу, Снегирев еще раз шумно вздохнул и вывалился

из кабинета.

Через минуту после его ухода раздался телефонный звонок. Сима поспешно схватила трубку и услышала недовольный голос матери.

– Привет, мамуля!
– поспешила на всякий случай подлизаться Симка.