Чтение онлайн

Он рассматривает меня несколько минут.

— Ты ревновала? — спрашивает он. — Когда узнала, что я поцеловал ее?

Мне стыдно, что Том заметил, но хорошо, что на улице темнота, и он не увидит моих пыляющих щек.

— Да, — отвечаю звездам. — Но не додумывай себе лишнего, просто по натуре я собственница и совсем не умею делиться.

Он смеется.

— Буду иметь в виду.

25. БИ ДЖЕЙ

Паркс отреагировала на Ванну спокойнее, чем я ожидал.

Не уверен, что это хороший знак, но очень обрадовался, что она позвала меня, чтобы осмотреть новый отель для статьи в ее рубрике о досуге.

Какой-то еще мне неведомый, Farnham House. Где-то в заливе Сент-Айвс, кажется. Она просто появилась у меня на пороге. Именно поэтому я не позволяю девушкам оставаться на ночь. У нее есть ключ, которым Паркс никогда не пользуется. Предполагаю, на случай если по ту сторону двери происходит что-то такое, свидетелем чего она быть не желает. Справедливо.

Пожалуй, и впрямь безопаснее, если она будет стучать.

Открываю дверь и вижу это лицо, которое знаю как свои пять пальцев: Паркс что-то беспокоит. Не знаю, что именно и почему. Но я был рад, что она пришла ко мне.

— Эй! — усмехнулся и отошел, пропуская ее.

— Ты свободен? — спросила она. — На ближайшие несколько дней?

Ответ: нет, если честно. После обеда у меня съемка, а завтра вечером должно было бы быть свидание с американской моделью, но я вижу это личико и враз становлюсь свободным, словно птица. Киваю.

— Могу быть.

— Не хочешь отвезти меня в Корнуолл? — пригласила она. — По работе.

Я заинтересованно склонил голову.

— Не хочешь, чтобы Том отвёз тебя?

— Нет, — она слегка покачала головой, — не хочу.

Наши взгляды встретились, и я почувствовал, будто она тянется ко мне, как если бы думала, что я далеко, но я был рядом. На самом деле я задумался, потому что ощущение определенного расстояния между нами шло не от меня, а следовательно, от нее.

— Ты будешь за рулем или я?

— Я взяла Mullsane, — ответила Паркс. — Но ты будешь управлять автомобилем. Мне больше нравится, когда ты за рулем.

Я впустил её в свою квартиру.

— Дай мне пять минут, я соберу сумку.

Она разрешает мне вести машину, и мне нравится ездить по М3 с ней. Я возил ее по этой автомагистрали миллион раз, и каждый раз чувствую, будто по этой дороге мы возвращаемся к тому, что было раньше.

У ее семьи есть дом в Дартмуте, который для нас имеет особое значение. Мы время от времени там бываем. Не слишком часто, но иногда.

Эти дороги напоминают мне о ней, о той ночи, обо всём, что произошло. Я вздыхаю громче, чем хотел, выдыхая воспоминание. Паркс поворачивается ко мне, и я знаю, что она все понимает. Берет телефон с моего колена, меняет песню на «I'll Be Seeing You» и выглядывает в окно. Она чувствует. Паркс всегда чувствует меня так же, как и я её, и, возможно, это ненормально, возможно, мы искажены, потому что дело не в том, что я не могу пройти мимо неё, а даже не могу это себе представить. Никогда бы не смог этого сделать.

Потому что теперь наши глаза, полные печали и боли, — это якорь, который держит нас на морском дне, независимо от того, кто мы, кем мы были и будем.

И я невольно задумался: как любят другие люди... Для всех ли любовь — безмолвное общение и миллионы воспоминаний, которые пронизывают тебя до костей?

Она немного оживляется, когда мы проезжаем мимо Плимута. Оттуда примерно полтора часа езды до Toms Holidays, и я счастлив провести с ней это время.

Ни души вокруг, никаких любопытных взглядов, никаких подслушиваний — только мы вдвоём, лёгкие прикосновения, случайные взгляды, возвращающие нас к тем добрым старым временам.

— Я — генератор идей, — заявляет она.

Бросаю на нее недоверчивый взгляд.

— Ты точно о себе говоришь?

Она хмурится, негодуя.

— А о ком же еще?

— Хорошо, тогда удиви меня лучшей идеей.

Она оборачивается ко мне, поджав свои загорелые ноги, прокашливается. Драматическая пауза.

— Титаник: Аквапарк.

Я качаю головой.

— Категорически нет, никогда.

— Что? — раздраженно хмурится она. — Почему?

Я смотрю на нее искоса и пожимаю плечами, будто делаю небольшое предложение.

— Это может быть немного бестактно?

— Насчет кого? — моргает она. — Насчет Джеймса Кэмерона? Об этом не беспокойся, он друг...

— Hет...

— Ну хорошо, — уступает она. — Мы сидели рядом на королевском пиру, пока он не попросил пересадить его, не думаю, что из-за меня, тот просто сидел прямо под кондиционером. Представь, Джеймс Кэмерон сидел прямо под чёртовым кондиционером. В тот вечор кто-то точно остался без работы!

Я изо всех сил стараюсь сдерживаться, чтобы не засмеяться. Ей не нравится, когда я смеюсь над ней. Это навык, который занял годы на оттачивание и, вероятно, сократил мне несколько дней жизни. Я делаю паузу на несколько секунд, прежде чем осторожно спросить: — А ты рассказала ему о своей идее с аквапарком?

Она еще раз хмурится.

— Да.

Мой рот дергается.

— Значит, он пересел из-за тебя.

Паркс замолкает, размышляя над этим.

— Думаешь, он хочет украсть мою идею?

— Очень сомневаюсь, — качаю головой.

Она сокрушается так, что глаза кажутся щелочками.

— Уверен? — я киваю. — Почему?

Я выпускаю смешок, который больше похож на вздох, и он совсем не отражает того, как сильно мне нравится просто болтать с ней.

— Потому что это то же самое, если бы кто-то сделал аттракцион на тему «Аполлона-11». Или аттракцион, посвящённый авиации Амелии Эрхарт.

Она пялится на меня несколько долгих минут, и наконец до нее доходит.

— Чёрт, Бидж, это гениально! Вдохновенно. Тематический парк катастроф. Мы сорвем куш.

Я смеюсь.

— Мы уже богаты.

— А будем ещё богаче, — добавляет она.

Мы въезжаем на территорию Farnham House.

Здание немного похоже на французский замок. Старые камни, может, песчаник? Шиферная крыша, огромные окна.

— Уютно, — смотрю на неё, передавая ключи парковщику с подмигиванием. Затем я киваю в сторону автомобиля.