Чтение онлайн

Рассказ Акритавраны, при всех своих подробностях, скорее скрывает фактическое развитие событий, нежели рассказывает о жизни Рамы Джамадагни и его славных деяниях. Одно совершенно понятно: после победы войска Рамы над Арджуной Картавирьей Раме досталась в качестве военной добычи куча золота. Картавирья же не только погиб сам, но были убиты и все его ближайшие родственники.

Предлог для нападения Арджуны Картавирьи на отца Рамы Джамадагни неизвестен. Поводом для мести Рамы служат угон теленка священной коровы и ее слезы. Разумеется, буквально воспринимать это нельзя, также как и поваленные Арджуной Картавирьей деревья. Настоящая причина скрыта и зашифрована в этих совершенно нереальных сказочных причинах. Парадоксально, что Раму больше разозлили слезы коровы, чем обида, нанесенная его матери. Отец Рамы ведет себя как брахман, зачем же тогда он изучал военную науку — дханурведу? Но если под «священной коровой» понимать государство, богатство или землю, то причина для мести Рамы разумеется была, и притом очень веская. Отнять часть земель (теленка, но не всю корову) безнаказанно — это разве не обида?! Разве можно сравнить подобное огорчение даже со слезами родной матери? Ведь Арджуна всего лишь только «оттолкнул супругу риши»...

После смерти своего отца (скорее всего приемного) Рама жестоко мстит. Все свои действия он совершает с ведома и одобрения Кашьяпы. Последний в этой операции выглядит заказчиком и руководителем, а Рама непосредственно исполняет военную ее часть. Военную добычу привозят в лес Кхандаву (он же лес Самосущего), делят на несколько частей (это правильно, не надо класть все яйца в одну корзину), прячут эти части по отдельности, а сам лес, который на самом деле является укрепленным городом, находящимся в лесу, хорошо охраняют.

Захватив военную добычу, не везут ее в первое попавшееся место, а прячут на своей земле в сокровенном, хорошо охраняемом, малодоступном для чужих месте. Такое место может быть известным только очень ограниченному кругу лиц. Именно таким местом и был «лес Кхандава», расположенный на левом малодоступном берегу Ямуны. Возле города существовала переправа и шел торговый путь в царство Шивы, находящееся в горах.

Сделаем небольшой филологический экскурс. Сложное слово «кхандаваяны»

можно понимать не только как «разделившие на части», а скорее как состоящее из двух слов: кханда и аяна, «где кханда» — меч, «аяна» — путь. Под золотым алтарем следует понимать «алтарь победы» — огромная груда награбленного золота. В самом деле, возводить золотой алтарь, как строение или храм, чтобы потом делить его на части — занятие бессмысленное, если не сказать глупое, гораздо логичнее сразу разделить золото. Вообще дележ военных трофеев — это обычная практика всех победителей.

Тогда «khandavayanad» следует переводить как «избравшие путь меча» или «меченосцы». И тогда получим, что ценности в «лесу Кхандава» охраняют брахманы-воины, составляющие некое сообщество, подобное религиозным воинским орденам Средних веков. Охраняющие золото — это всегда элита. Вспомним, что такие священные ордена, сообщества монахов-воинов существовали в Средневековой Европе на всей территории Евразии от Китая до Западной Европы. Служители культов во все времена имели вооруженную охрану, состоявшую из таких же служителей культа, но обученных боевым искусствам.

Название реки «Ямуна» происходит от слова «яма» — имя бога смерти. Река Вайтарани — река царства мертвых, то есть их функции схожи. Вряд ли древние индусы имели два различных царства для умерших. Оба названия — это названия одной и той же реки, современной Джамны в ее верхнем течении.

Ее функция в те времена, как и современного Ганга, — уносить остатки тел после сожжения. Индусы располагали царство Ямы на юге, а как известно обе реки и Джамна и Ганг текут на юг, и каждая из них может справиться с этой задачей.

Самого Раму в Махабхарате часто называют Парашурамой, то есть, Рамой с топором. Это следует понимать как прозвище воина, любимым оружием которого был боевой топор. В то же время слово «Такшака» означает — «дровосек». Орудием труда дровосека является топор. Случайны ли эти совпадения? Воины в битве срубают людей почти также, как дровосеки рубят деревья. Заметим, что Арджуна Картавирья срубил большие деревья, когда уводил теленка «священной коровы». Кажется, он тоже любил пользоваться топором в битве...

Парашурама спрятал захваченное золото в лесу Кхандава, а Такшака охраняет Кхандаву вместе с брахманами-меченосцами. У обоих героев прозвища связаны со словом «топор» и оба они тесно связаны с мудрецом Кашьяпой, наследником Брахмы. Оба выполняют то, что им прикажет внук Брахмы. Как ни странно, но их объединяет даже различие: Парашурама несет в себе сверх-человеческие черты, а Такшака скорее не-человеческие. Но и этому парадоксальному различию легко находится объяснение, если принять тезис о том, что это два прозвища одного человека. Когда авторами текста были люди из клана Кашьяпы, то прославленного воина-брахмана называли Рама Джамадагни или Парашурама. Когда же рассказ излагали противники Кашьяпы, то этот персонаж получал демонические черты и становился змеем Такшакой. Позиции авторов разных сказаний столь различны, что одно и то же деяние они могут представить и как величайшую победу, и как горькое поражение. Были ли у него и еще какие-то имена? Об этом наш следующий эпизод.

Наступило время подвести итоги. Лес Самосущего и лес Кхандава — одно и то же укрепленное поселение в лесу; названия Вайтарани и Ямуна носит одна и та же река; Рама Джамадагни и Такшака — один и тот же человек, воин и брахман одновременно. Кашьяпа получает власть над страной, которую захватили враги, поэтому его власть номинальна. Владыка в изгнании получает от Брахмы фактически только право на власть. Вся прежняя, теократическая в своей основе, элита (боги) вынуждена жить не в городах, а в труднодоступных местах — в горах и в лесах. На лесостепной равнине и вдоль рек (там, где проходят торговые пути) господствуют племена скотоводов-шаков. Бегущая с равнин элита увозит с собой и свои богатства. Какую-то часть этих богатств и земель («теленка») захватывает Арджуна Картавирья. Отряду воинов («кхандаваянов»), возглавляемых Рамой Джамадагни, удается эти богатства вернуть. Рама отдает их настоящему хозяину — Кашьяпе («передает Землю Кашьяпе»). С этого момента авторитет Кашьяпы в среде брахманов растет («Кашьяпа умилостивил Землю»). Возвращенные ценности прячут в Кхандаве, а их охрану доверяют брахманам-воинам («кхандаваянам»).

В отсутствие Рамы-Такшаки Вьяса и Кришна организуют нападение на Кхандаву, захватывают сокровища, после чего сжигают Кхандаву, чтобы уничтожить улики. Ни Рама, ни Кашьяпа не знают, кем были грабители. Ашвасена, спасшийся благодаря собственному мужеству и отваге, сообщает, что число нападавших было невелико и все они были в масках. Раздосадованные «волшебным» спасением Ашвасены, но довольные удачным завершением операции Кришна и Арджуна, сидя на берегу Ямуны, уверены, что их никто не узнает. И Рама Джамадагни, и Кашьяпа теряются в догадках— кто это мог сделать? На правом берегу Ямуны, в Индрапрастхе, по сообщению Ашвасены, в этот день люди отдыхали. Подосланные Кашьяпой люди вернулись ни с чем. Шок был сильнейшим: куда исчезло золото?

А нам предстоит выяснить, кто такой Рама Джамадагни, который в случае с Картавирьей просто спас Кашьяпу, но ничего не мог сделать в случае с «сожжением Кхандавы»,зачем-то уехав на Курукшетру и понадеявшись на брахманов-кхандаваянов.

Историю пишут люди, которые далеко не всегда являются очевидцами описываемых событий. Часто факты наблюдают одни люди, а описывают события другие, опираясь на сообщения очевидцев. Понятно, что такая передача сведений не способствует точности описаний. Довольно часто сами авторы описывают события, которые они наблюдали лично не объективным взглядом хрониста, а субъективными оценками участника одной из противоборствующих сторон. Не забудем, что и сами факты отражают только внешний, видимый ход событий, внутренняя же логика их недоступна для наблюдателей. Раскрытие этой внутренней логики событий — дело исследователей, критиков, историков. Положение не спасают даже и кинохроники, и письменные источники, и воспоминания очевидцев. Документы очень часто фальсифицируют, иногда их неверно понимают, ведь они отражают только внешнюю сторону событий, нисколько не раскрывая всей многоплановости их, всей логики принятия решений. Мемуары пишутся с целью оправдать роль автора в описываемых событиях. Именно по этим причинам истинный ход событий большинству людей неизвестен. Ясно, что не зная, что происходит в настоящий момент, они не могут знать, что же произошло в итоге. В результате они не в состоянии влиять на будущий ход событий. Их уделом остается смирение, их роль — не создавать историю, а соглашаться с навязываемым им сценарием. Они не свободны ни в мыслях, ни в поступках.

Оценить конкретные события, понять их во всей их многогранности часто способны не их современники, а потомки, живущие сто-двести, а иногда и тысячу лет спустя. Опыт же из уроков истории вообще могут извлечь только далекие потомки участников событий. Избитая фраза о том, что история никого не учит, в корне неверна. Ничему не учатся только дураки. История ни в чем не виновата, она во многом иррациональна, потому что иррационально человеческое сознание. Но рациональное зерно в ней есть всегда. И его находка подобна находке драгоценного камня золотоискателем: восхищаешься красотой, поражаешься мудростью и всегда понимаешь, что в трудную минуту оно придет тебе на помощь.