Чтение онлайн

Тогда, уносимая злобной толпою,

К мужьям обратилась царица с мольбою:

"Гандхарвы, ужель я покинута вами?

Влекут меня родичи Кичаки в пламя!

Гандхарвы, чьи стрелы блестят, как зарницы,

И грому подобно гремят колесницы,

Услышьте, жена вас о помощи просит:

В костер меня род Сутапутры уносит!"

Вскочил Бхимасена с обличием грозным,-

Он внял всей душою тем жалобам слезным.

Вскричал: "О сайрандхри, бояться не надо.

Иду я, защита твоя и ограда!"

Одежды сменил он, и в ярком наряде

Он выскочил, чтобы помочь Драупади.

Из хода Бхима побежал потайного,

Взволнованный, вала достиг крепостного,

И дерево с корнем он вырвал из вала,

Помчался туда, где толпа бушевала.

То дерево поднял он вместе с листвою,-

Бог смерти, казалось, грозит булавою!

На родичей Кичаки, с бешенством гнева,

Длиной в десять вьяма обрушил он древо.

На землю упали деревья и люди,

Сплетаясь в единой низвергнутой груде.

Их так устрашил полубог разъяренный,

Что быстро прервали обряд похоронный.

Увидев: земля под гандхарвой трясется,-

Весь род, собиравшийся сжечь полководца,

Воскликнул: "Свирепость гандхарвы измерьте:

Он Яме подобен, властителю смерти!

Отпустим служанку, жену полубога,-

Да сразу развеются страх и тревога!"

Свободу вернули они Драупади

И ринулись в город спасения ради.

Воитель ударил их древом с листвою,

Как Индра стрелою своей громовою,-

Сто пять из бегущих легли без движенья.

Сказал он супруге слова утешенья:

"О робкая, видишь, убиты злодеи,

Не бойся, домой возвратись поскорее,

На кухню пойду я дорогой другою..."

Сто пять уничтожил он мощной рукою,

Казалось, в лесу повалились деревья

И кровоточили на месте корчевья.

Сто пять полегли, неподвижны, безгласны,

И был сто шестым Сутапутра всевластный.

Сто пять полегли от единого взмаха,-

И люди замолкли, исполнены страха.

Явились к царю потрясенные слуги.

"Гандхарвой убиты, — сказали в испуге,-

Сородичи Кичаки, сто или боле.

Как будто на камни рассыпалась в поле

Гора, что ударом расколота грома!

А эта сайрандхри, наверное, дома,

Но гибель над городом нашим нависла:

С гандхарвами грозными биться нет смысла,

Жена их, сайрандхри, — предмет вожделенья,

Мужчин доведет она до исступленья!

Подумай, как с ней поступить, ибо вскоре

Державе твоей причинит она горе".

Вирата велел: "Похороним с почетом

Сородичей мертвого Кичаки, счетом

Сто пять, — да сгорят, как и надо мужчинам,

Они на костре погребальном едином

В своих драгоценных камнях, с благовоньем.

Когда же мы наших друзей похороним,

Да скажет красивой служанке царица:

"Наш царь от гандхарвов погибнуть боится,

Иди куда хочешь дорогой своею..."

Я сам это слово сказать ей не смею:

Гандхарвов страшусь я! А скажет царица,-

Так разве на женщину будут сердиться?"

Избавясь от смерти, с весельем во взгляде,

Меж тем направлялась домой Драупади,-

Как лань, что от тигра умчаться сумела.

Омыла царица одежду и тело.

Завидев гандхарвов жену молодую,

Пред ней разбегалась толпа врассыпную.

Глаза закрывались от страха у многих,

Иные в смятенье тряслись на дорогах.

Царевна панчалов пришла к Бхимасене,

Сказала, как цвет улыбаясь весенний

И взглядами слово свое объясняя:

"Властитель гандхарвов, тобой спасена я!"

"Мужья твои, — ей отвечал Бхимасена,-

Везде исполняют свой долг неизменно".

Вот Арджуна, Завоеватель Добычи,

Нарядной гурьбой окруженный девичьей,

Из дома для танцев пришел, грознолицый.

Сказали царевне его ученицы:

"О, счастье, сайрандхри, свободна ты снова,

Спаслась ты от родичей Кичаки злого!"

Спросил Бриханнада: "Сайрандхри, поведай,-

О, как от злодеев ушла ты с победой?"

Она: "Бриханнада, тебе что за дело

До бедной служанки? Ты пляшешь умело,

Без горя на женской живешь половине,-

Что можешь ты знать о страданьях рабыни?

Вопрос ты мне задал, плясун, для того ли,

Чтоб высмеять все мои муки и боли?"

А тот: "Посмотри, я сравнялся с животным,

Но мукам не внемлю ль твоим неисчетным?"

Не ведая страха, сияя, как вешний

Цветник, Драупади явилась к Судешне.

"Иди куда хочешь, — сказала царица,-

Затем, что Вирата гандхарвов боится.

А так ты красива, о тонкая в стане,

Что всюду рождаешь ты сотни желаний".

Сайрандхри: "Я скоро уйду без возврата,-

Тринадцать лишь дней да потерпит Вирата.

Меня унесут полубоги отселе,