Чтение онлайн

Врага порази, чья утроба взалкала,-

Прозренье и знанье пожрать захотела!

Считают, что чувства важнее, чем тело,

Познанье важнее всех чувств, но сознанье

Превыше познанья в моем пониманье.

А выше сознания — Он, Безграничный.

Себя утверди в его сути Сверхличной,

Врага уничтожь, — да обрящет кончину

Противник, надевший желанья личину!"

4

Сын Кунти спросил: "Что же выше ты ставишь?

Смотри: отрешенье от действий ты славишь,

Но хвалишь, о мудрый, и действия йогу.

Что лучше? Развей мою, Кришна, тревогу".

Ответствовал Арджуне праведник строгий:

"К высокому благу ведут обе йоги,

Но йоги деянья важнее значенье:

Она превосходит от дел отреченье.

Тот стал Отрешенным, кто, делая дело,

И зло обуздал, и желания тела.

"Две йоги различны", — глупец поучает,-

Но знай, что, достигший одной, получает

Обеих плоды, ибо слиты даянья

И йоги познанья, и йоги деянья.

Без йоги достичь отрешенья труднее,

И праведник, преданный йоге, скорее

С Великим и Сущим достигнет слиянья:

Себя победив и отринув желанья,

Сольется он с духом существ, с Вечным Светом,

И, действуя, не загрязнится при этом.

Кто, истину зная, добро насаждает,-

"Не делаю я ничего, — рассуждает,-

Касаясь, вкушая, внимая, взирая,

Дыша, говоря, выделяя, вбирая".

Встает ли с восходом, ко сну ли отходит,-

Он, праведный, ведает, что происходит:

"То чувств и предметов телесных общенье,

А я не участвую в этом вращенье".

Кто, действуя, с Духом Всесущим сольется,

Того вековечное зло не коснется,

Не так ли, скатившись, от пыли очистив,

Вода не касается лотоса листьев?

Свободный, с предметами чуждый общенья,

Во имя благого самоочищенья,

Лишь разумом, чувствами, сердцем и телом

Пусть действует, дело избравший уделом.

Отвергший плоды обретает отраду,

Кто жаждет плодов, попадает в засаду.

Счастливец в покое живет благодатном,

Не действуя в городе девятивратном.

Не делает Бог — властелин совершенный –

Ни делателей, ни деяний вселенной,

Дела с их плодами творец не связует,-

Природа сама по себе существует.

Ни зло, ни добро не приемлет Всевластный.

Окутало мудрость, как мглою ненастной,

Неведенье, распространив ослепленье.

Но те, кому Бог даровал просветленье,

Разрушили знанием это незнанье,

И Высший, как солнце, явил им сиянье.

Постигнув его и себя в Нем, Высоком,

Ушли они, выиграв битву с пороком.

В слоне и в корове, в жреце и в собаке,

И в том, кто собак поедает во мраке,

И в том, что дряхлеет и что созревает,-

Единую сущность мудрец прозревает.

Чей разум всегда в равновесье, в покое,-

Сей мир победил, победил все земное,

И не умирая, и не возрождаясь,

Пребудет он, в духе святом утверждаясь,

Не станет, достигнув покоя, бесстрастья,

От счастья смеяться, страдать от несчастья.

Он Высшего Духа постигнет главенство,

И, преданный Духу, вкусит он блаженство,-

Затем, что предметов телесных касанье

Не даст наслажденья, а только терзанье:

Они преходящи, в них — бедствия лоно,

Безгрешный отверг их душой просветленной.

Лишь тот, кто, еще не дождавшись кончины,

Равно и отрады презрел и кручины,

Свой гнев пересилил и чувств самовластье,-

Обрел настоящее, прочное счастье!

Кто светится внутренним счастьем, — не внешним! –

Тот с Высшим и в мире сливается здешнем.

Подвижник, живя ради блага людского,

Избавясь от двойственности и сурово

Свой гнев обуздав, уничтожив обманы,

Грехи, заблужденья, — достигнет нирваны:

Мудрец, от земных отрешенный желаний

И с Атманом слитый, — приходит к нирване.

Отринув предметы, презрев суесловье,

Направив свой взор напряженный в межбровье,

В ноздрях уравняв с выдыханьем дыханье,

Стремлений и чувств погасив полыханье,

Избавясь от страха, — мудрец безупречный

Приходит к свободе и высшей и вечной.

Познавши меня, всех миров господина,

Того, кто есть подвига первопричина,

Кто жертвы вкушает, любя все живое,-

Мне предан, подвижник пребудет в покое!"

И Арджуна молвил: "Светла твоя милость,-

Исчезла незрячесть; душа озарилась;

Я стоек; не знаю сомненья былого;

Твое, о наставник, исполню я слово!"

На рассвете враждующие войска вступили в битву. Бхимасена напал на кауравов — сыновей царя Дхритараштры. Ему на помощь поспешили близнецы Накула и Сахадева, и сыновья Драупади, и предводитель войска Дхриштадьюмна. Царь кауравов Дуръйодхана и его братья оказались достойными противниками пандавов. Арджуна вступил в упорный поединок с Бхишмой, Юдхиштхира — с Шальей, Шикхандин — с Ашваттхаманом. Погибли в битве сыновья Вираты, царя матсьев, — Уттара и Швета. Пандавы потеряли в первый день сражения сотни тысяч воинов. Кауравы, имея численное превосходство, стали теснить пандавов. Могучий Бхишма, дед кауравов и пандавов, истреблял войско Юдхиштхиры.