Макаров чешет затылок
Шрифт:
Все время вклинивается кто-то третий. И этот третий тебя считает лишним. Поиски истины начинаются, когда нас перестает интересовать предмет наших интересов. Такой выверт? А я думал, он серьезный человек. Но это же не его амплуа.
А я еще хотел ему подарить Аристотеля по-английски. В этой инструкции у них это называется выявленные с патологией. Еще есть обращавшиеся в ПНД.
А кроме того, состоящие на учете. Ее на море не пускают. Она еще не знает, что тут тем более без энтузиазма. А вы будете беседовать с великим человеком. Я теперь три недели буду всем хвастаться, что я ему поставил мат. Свойственно человеку вообще – поплевывать на противника. Когда она кончится? Дурацкая манера писать рядовые тексты на карманном формате. Это же ДЕЗориентирует! Ты чо тут делаешь? Ах вон что. Они, оказывается, на ты. И вон в каких отношениях. Бачыли очи що купували [109] . В этой д малороссийской форме замечание кажется исключительно обидным. Спешу и падаю. Пишет абсурдно и ничего не поймешь. А журналист он блестящий. Но он считает, что журналистика и литература – разные вещи. Он в «Крокодиле» сидит рядом с А. Моралевичем.
109
Бачыли очи що купували (укр.) – ‘видели глаза что покупали’.
Плывут в одной лодке с КГБ. Удивительный мечтатели народ.
8
А на улице мальчик сопливый ковыряет пальцем в носу. Ну не от хорошей жизни я ковыряю в носу! Измените экономическую систему, и он перестанет ковырять в носу. Ковыряй, ковыряй, мой милый! Суй туда палец весь, только вот с эфтою силой в душу ко мне не лезь. Пилсудчик ты после этого! А ты – знаешь кто? – суфражистка! Она у меня эмансипэ: все у нее дураки, одна она умная. Вот его дневник вы и читали. Этот эпизод называется «Фу какая гадкая шутка!» Где та нить Ариадны, которая привела Сциллу в эту Авгиеву конюшню? Что сказала Харибда? Сняла своей рукой со стены его портрет. Другая нить Ариадны привела Харибду в другую Авгиеву конюшню. Затворник рвется в широкий мир. Что обо мне пишут в Канаде? Она мне ни к чему, а вы мне нужны. Было это. Опять перебивка. Нельзя так. Мы еще займемся вашими грехами. Тут пауза длиной в сколько лет?
Гонимый, когда перестал быть гонимым, стал гонителем. Ого, да еще каким! Луи Селин, Сирано де Бержерак, лорд Рассел и Нора Джойс. Прощание с Голландией никто не помнит. Беги, кролик! Беги!
СТИЛИСТИКА ГОГОЛЯ
8
Как там кудесник, любимец богов? Шлифуется слово или стачивается точило? Подумать только, во всех застенках только и разговору, что о мировой литературе. Мировой парень расписывается.
Лужа.
После острого, такое пресное. После пресного, такое острое. Разве это дело вкуса? Hit at the human nature? Do you call it a hit? Макароническая поэзия, макабрическая проза. Много ты услышишь от этих исследователей. 17.12.65
А нулевое значение не проглядывается. А значимое отсутствие воспринимается как пустое место. Просто пустое место и все. И никакой многозначительности в умолчании. Все это притянуто за уши и высосано из пальца. Исповедально, заповедально, проповедально. Слова-то какие! То вдруг находишь все, то вдруг абсолютно ничего.
А ВДРУГ ТАМ НИЧЕГО И НЕ БЫЛО?
Вот именно.
Под воздействием такой литературы человек становится ангелом или бандитом. Где вы увидали? Как раз то самое, что фигура умолчания. У этой работы вдруг теряется смысл. Пропадает интерес. Стилистический анализ грамматических ошибок. Ученик 5 класса вместо диктанта предлагает реформу русской орфографии. Где автору достать 20 рублей, чтобы купить собственную книгу? Откуда такая информация? Из анекдота, который будет рассказываться в 85 году. А рассказчик еще не сделан папой с мамой. Он еще в проекте.
Как там наш папа?
Перепуганный кролик бежит из курятника.
Все равно невольно настраиваешься. Спешу и падаю. Там только три эпохи, а нас интересует четвертая и пятая. Новый рыцарь не понимает совершенно своего положения оруженосца. Твою снисходительность он противопоставит чужому высокомерию и сделает еще одну ошибку. Вы думаете, если бы у меня был телефон С. Наровчатова, я бы ему позвонил? Не думаю! Не думайте.
А В. Панков теперь главный босс у писателей России. Случайная встреча, а сколько последствий. Кто ж знал? А надо было знать. Ка-а-ак, и про старика там было? Впервые слышу. Но я же ничего не помню! Такой метод. Ну да, у вас как БП, так и параноидный синдром. А он боялся только пустого пространства при выходе из машины. Ежов пришел арестовывать Сталина. Тиран умер! сказал Берия. Вдруг левый глаз у Сталина открылся. Это всем показалось. Молотов шел бодрым шагом по бульвару, шляпа в левой руке, лысина сзади, и что-то от походки кавалериста, и все его узнавали и переглядывались и улыбались, но никто с ним не поздоровался. Никто не сказал: здрасте, В М, как ваше здоровье. Я бы ему сказала. Эту девочку нельзя пускать в школу одну, без сопровождения. Она может сказать Молотову все, что она о нем думает.
У этих разговоров нет срока давности. Я не знал, что у нее партийная совесть. Я не знал, что он коммунист. Вот и тут, как всегда, самое важное узнаешь в самую последнюю очередь. За этой тяжелой картиной и был микрофон. А нам таить нечего.
У нас все открыто. Нам скрывать нечего. Я поймал себя на том, что на этот случай у меня нет готовой английской фразы.
У меня нет совсем ничего, а у него как-никак биография. Помню. Но человек с биографией /да еще кое-как и как-никак/ предпочел бы иметь здоровье, а не биографию. Тебе все достается легче, чем твоему Мартину Идену.
Персонажи у этой сказки уже забыли о кораблекрушении. И книга про палату уже не сенсация. И фестиваль поэзии и песни давно вышел в тираж. Он уж и забыл о своей встрече с Беллой Ахмадулиной. С кем ты там будешь дружить? С японскими танками. «Ключ» ТанидзАки ДзюнъИтиро прошел не той стороною. Ойран? [110] Ой ли.
9
ТОЧКА С ЗАПЯТОЙ
Вот как они, а мы что – хуже?
С этого все и началось.
Психологически.
27.11.65
110
Ойран – проститутка в старой Японии.
Это как эротическая игра у детей в новом мире. Ка-ак, так уж и нельзя было детишкам немножечко позабавиться? Да-а. Даже невинный детский Аутоэротизм был запрещен. Бесстрашный новый мир у Олдоса Хаксли – совсем не такая уж страшная картина. Нет той придавленности, страха и террора, что у Джорджа Орвелла в романе «1984».
Почитываете? Почитываем. А вы тоже? Ну нам по долгу службы полагается. Майор ГБ был вежливый человек. Он со мной разговаривал вежливо. Мы еще займемся ВАШИМИ грехами! Он вежливый человек.
Главный смогист [111] вовсе не арестован, откуда вы взяли? Его задержали, сняли показания и отпустили. Вы мать смогизма? Нет, я не мать. Напишите объяснение. Кратко и подробно. Имена, даты, фамилии, адреса, телефоны, всё.
Как девчонка себя вела, как девчонка! Меньше будет задавать дурацких вопросов. Она умница. Она задала только один вопрос. И сама на него ответила. Надо было только сказать да. Драгуны никогда не отступают. Опять невпопад. Она просто не может не сказать и не высказать. У нее это называется не удостаивать умом. Один ум хорошо, но лучше две глупости. Туристы пошли. Что он имел в виду? Костры в саду всю ночь горели. Об этом нужно спросить Феликса Круля. Кто такой Доменико Чимароза? Это такой новый Тышлер. Вы его скоро узнаете. О его новом окружении даже В Р Младший отозвался пренебрежительно. Теперь там и Кирасиров сошел бы за гиганта. Не говоря уже о Вас. Лоханкине. Взяли моду встречаться на Кузнецком мосту. Где ты видал людоедов? Выходят милые люди, обыкновенные парни, даже девушки. Через полтора года он понял, с кем он имеет дело. Не могли ему так сказать. Ага, теперь понятна и эта категоричность. Кто вас научил так разговаривать со старшими? Я ведь втрое старше вас, я вам дедушкой мог быть. Ей было больно и противно. Письмо не было отослано. На столе лежала большая толстая массивная книга, и в ней множество закладок, и на закладках надписи, какие-то слова. Сибирьковый веник [112] . Новая метла. Надоели его устные НЕюмористические рассказы. Там нет и
111
Главный смогист – видимо, Леонид Губанов.
112
Сибирьковый веник – так на Дону называют кустарниковое растение «карагана скифская».
не может быть.
Не надо так про него, а то он обидится и перейдет в правый лагерь. Вам ли о войне? А я с ним собирался идти в разведку.
Он не только ерундой занимается, но и серьезные книги пишет. Хохот в темноте.
Порнография есть? Сколько угодно. Но только на японском языке. Вы читаете по-японски? По-русски это 58–10, а по-английски просто светский разговор. Почему? Мосье Аки Ляфот о Малевиче говорил со вкусом. Тут он знает толк. Она вчера Голицыно [113] увидела и примирилась с партией своей. Путевка бесплатная. Произносится ласково и выразительно: путевочка. Тут кровать такая, как у меня комната. Все возможности творить. И творчество и крючкотворство. Свой человек при губернаторе. Положение обязывает. Я заводил контакт 7 лет, а он пришел и хочет все в один день. Конечно, обидно. Кто такой виконт де Бражелон? Он ревнует меня к тебе. Тебе это показалось. Он совсем не ту ситуацию имел в виду.
113
В Голицыно находился Дом творчества Союза писателей.
А вот прочесть не мог никак пяти страниц из «Капитала». Чего можно и чего нельзя. Чудак не знает своих сильных сторон. Девкой меньше, бабой больше. Это сообщил комиссар Мегрэ 12 апреля 1966 года. Вот где пил пиво Аджубей в последний раз перед тем, как перестал быть Аджубеем. От пчелы до гориллы [114] . А потом от гориллы до пчелы. Впрочем, неизвестно что хуже. Накладки. Накладные расходы велики у перехода от варварства к цивилизации. Икота перешла на попа Федота. А тогда стенограмма была ритуал. Там есть хорошо про опасность настоящего чувства. Единственная мечта – красиво умереть. У поляков это первый день свободы. У вас последний. Любой ценой оторваться от ритуала. Один просвет – элегия на сельском кладбище. И пачка бумажек, завещанная библиотеке конгресса. ПРО или КОН? Есть такой обычай. Тут они тоже поэты. Как он отплевывался, увидя свой портрет на обложке журнала? Проблема как будто та же самая. Росчерк – наиопаснейшая вещь в почерке. Этому учил князь Мышкин. А какого рожна ему надо? Все заслоняется одной страницей из старого романа. Есть что-то от картины К. Коро «Дама в голубом». Есть. Надежда была. Все-таки была. Как искусство России, которого никто не видел. Правители Америки все бьются от истерики. Корова получила первую премию, кончился конкурс на королеву красоты. Не читал. Не слышал.
114
От пчелы до гориллы – книга Р. Шовена (рус. пер. 1965) о поведении животных; «Первый день свободы» – пьеса Л. Кручковского.