Мальчик, не называй меня тётей
Шрифт:
— Тогда почему у вас каждый раз дыхание сбивается, когда я к вам наклоняюсь?
У меня пересохло во рту.
Невыносимый.
Просто невыносимый.
— Потому что ты слишком самоуверенный.
Он медленно улыбнулся.
— Уже «ты»?
И я поняла, что проиграла.
Совсем чуть-чуть.
Крошечный миллиметр.
Но всё-таки проиграла эту игру взглядов, случайных касаний и опасного флирта.
А поезд тем временем уносил нас всё дальше в ночь.
И я ещё не знала, что настоящие проблемы начнутся утром.
Глава 2
Глава 2
Поезд мерно раскачивался, стучал колёсами, будто убаюкивал.
Только уснуть рядом с Артёмом было невозможно.
Я лежала на своей полке, отвернувшись к окну, и смотрела на чёрное стекло, в котором отражалось купе. Тусклый ночник под потолком. Смятая постель. Его длинные ноги напротив.
И его взгляд.
Господи, он всё ещё смотрел на меня.
— Ты когда-нибудь моргаешь? — не выдержала я.
Снизу тихо хмыкнули.
— А ты всегда такая нервная?
— Только рядом с очень наглыми людьми.
— Значит, я особенный.
Я закатила глаза.
Самоуверенный до невозможности.
И почему-то именно это бесило сильнее всего. Не его внешность. Не голос. Не то, как на нём сидела чёрная футболка, подчёркивая широкие плечи и сильные руки.
А то, как спокойно он чувствовал себя рядом со мной.
Будто уже знал: нравится.
И самое отвратительное — я действительно реагировала.
На его голос.
На улыбку.
На то, как он лениво проводил ладонью по шее.
На каждое случайное движение.
— Слушай, Елена… — протянул он.
— М-м?
— А почему такая красивая женщина едет одна?
Я усмехнулась.
Ну конечно.
Вот мы и добрались до классики.
— А почему такой взрослый мальчик задаёт такие глупые вопросы?
Он рассмеялся.
Низко.
Тихо.
У меня от этого смеха мурашки по коже пошли.
— Не уходи от ответа.
— А ты всем женщинам в поездах допрос устраиваешь?
— Только тем, с которыми хочу познакомиться поближе.
Я медленно повернулась к нему.
Плохая идея.
Очень плохая.
Потому что Артём лежал на своей полке, закинув руки за голову, и смотрел прямо на меня. Спокойно. Внимательно. Без тени смущения.
Красивый до неприличия.
И молодой.
Слишком молодой.
— Тебе не говорили, что подкатывать к женщинам постарше опасно? — спросила я.
— А тебе не говорили, что возраст иногда вообще ничего не значит?
Я фыркнула.
— Это ты сейчас цитаты из пабликов для соблазнения вспоминаешь?
— Нет. Это я сейчас смотрю на тебя и понимаю, что мне абсолютно всё равно, сколько тебе лет.
Сердце почему-то ударило сильнее.
Чёрт.
Я отвернулась первой.
Потому что этот разговор становился слишком… личным.
— Так почему одна? — снова спросил он уже тише.
Несколько секунд я молчала.
А потом неожиданно честно ответила:
— Потому что взрослые отношения — это чаще всего очень переоценённая фигня.
Он усмехнулся.
— Ого. Кто-то разбил тёте сердце?
— Мальчик, не поднимай тёте давление.
Он засмеялся в голос.
Красиво. Искренне.
И я вдруг поймала себя на том, что улыбаюсь вместе с ним.
Господи.
Когда я вообще в последний раз так легко смеялась рядом с мужчиной?
— Ладно, — протянул Артём. — Тогда другой вопрос.
— Даже боюсь представить.
— Почему такая женщина до сих пор одна?
Я медленно выдохнула.
— Потому что мужчины после тридцати либо женаты, либо травмированы, либо уверены, что им нужна двадцатилетняя модель с отсутствием собственного мнения.
— А ты, значит, слишком умная и неудобная?
Я удивлённо посмотрела на него.
Попал.
Точно попал.
— Возможно.
Он какое-то время молчал, разглядывая меня так внимательно, что становилось жарко.
— Странно.
— Что именно?
— Обычно взрослые женщины пытаются казаться проще рядом с молодыми парнями.
— А я должна?
— Нет. Мне как раз нравится, что ты настоящая.
Господи.
Ну нельзя же так смотреть.
И так говорить тоже нельзя.
Особенно когда ночь. Тесное купе. Полумрак. И между вами всего метр воздуха, который искрит так, будто сейчас рванёт.
Я резко села на полке.
— Всё. Хватит.
— Чего?
— Вот этого твоего флирта.
— А если мне нравится?
— А мне нет.
Он приподнял бровь.
И медленно улыбнулся.
Будто прекрасно понял, что я соврала.
— Врёшь.
Я почувствовала, как внутри всё вспыхнуло от раздражения.
И от чего-то ещё.
Опасного.
— Ты всегда такой самоуверенный?
— Нет. Только когда вижу, что женщина смотрит на мои губы каждые пять минут.
У меня перехватило дыхание.
Чёрт.
Чёрт.
Чёрт.
Потому что он был прав.
Я действительно смотрела.
Слишком часто.
— У тебя проблемы с фантазией, — холодно сказала я.
— У меня как раз с фантазией всё отлично.
И снова этот взгляд.
Медленный.
Тягучий.
Будто он уже представлял что-то совершенно неприличное.
Воздух в купе стал густым.
Тяжёлым.
Я резко потянулась за бутылкой воды, стоящей у края столика.
И в тот же момент Артём тоже подался вперёд.
Наши пальцы столкнулись.
Всего секунда.
Но меня будто током ударило.
Я дёрнулась слишком резко, бутылка выскользнула и покатилась по полу.
— Спокойно, — тихо рассмеялся он. — Я не кусаюсь.
— Это ещё не доказано.
Он поднял бутылку и протянул мне.
Но руку не убрал сразу.
И я почувствовала его пальцы на своих.