Мальчик, не называй меня тётей
Шрифт:
Его близость.
Тепло.
Запах.
Опасное мужское напряжение, от которого кружилась голова.
— Прекрати, — выдохнула я.
— Что именно?
— Всё это.
Он наклонился чуть ближе.
Теперь между нами оставались сантиметры.
Господи.
Я снова чувствовала себя так же, как ночью в тамбуре.
Только теперь было ещё хуже.
Потому что днём.
Потому что университет.
Потому что он — мой студент.
— Ты правда хочешь забыть ту ночь? — тихо спросил он.
Я сглотнула.
Перед глазами снова вспыхнули воспоминания.
Его руки.
Его голос.
То, как сильно мне хотелось его поцеловать.
— Да, — соврала я.
Он долго смотрел мне в глаза.
Слишком долго.
Будто видел ложь насквозь.
А потом вдруг очень медленно улыбнулся.
И тихо произнёс:
— Врёшь, Елена Сергеевна.
У меня сердце ударилось так сильно, что стало больно.
— Ты ничего обо мне не знаешь.
— Зато я знаю, как ты на меня смотришь.
Я попыталась отойти, но Артём вдруг упёрся ладонью в стол рядом со мной.
Не касаясь.
Не удерживая.
Но этого хватило, чтобы у меня окончательно сбилось дыхание.
— Артём…
— Скажи честно, — хрипло перебил он. — Ты хоть раз сегодня не вспоминала поезд?
Господи.
Да я ни о чём другом думать не могла.
И он это видел.
По глазам.
По дыханию.
По тому, как дрожали мои пальцы.
— Это ненормально, — тихо сказала я.
— Почему?
— Потому что ты мой студент!
Он несколько секунд молчал.
А потом спокойно ответил:
— Нет, Лен.Сначала я был мужчиной, который хотел тебя поцеловать.А уже потом стал твоим студентом.
И в этот момент у меня окончательно перестало получаться дышать нормально.
Глава 8
Глава 8
Я совершила главную ошибку любой женщины.
Рассказала всё подруге.
Нет, серьёзно.
Если вам за тридцать и вы случайно начали сходить с ума по неприлично красивому студенту — молчите. Терпите. Идите к психологу. Напейтесь.
Но никогда.
Никогда.
Не рассказывайте всё лучшей подруге.
Потому что Катя теперь жила этой историей больше, чем собственной жизнью.
— Нет, подожди, — она схватила меня за локоть прямо возле кофейни. — То есть он реально написал тебе ночью?
— Да.
— И смотрел как маньяк?
— Катя…
— И чуть не поцеловал тебя в тамбуре?!
Я прикрыла глаза.
Господи.
— Не так громко.
Подруга театрально огляделась.
— А что? Вдруг он где-то рядом. Я хочу увидеть этого героя-любовника.
— Он не герой-любовник.
— А кто? Ходячая половая катастрофа?
Я тяжело выдохнула и сделала большой глоток кофе.
На улице моросил мелкий дождь. Серый город, мокрые машины, люди с зонтами — всё вокруг выглядело спокойно и нормально.
В отличие от моей жизни.
Потому что последние двое суток превратились в эмоциональные американские горки.
Я не спала.
Не ела нормально.
И постоянно думала о нём.
О его голосе.
О руках.
О взгляде.
Господи, особенно о взгляде.
Так мужчины не смотрят просто ради развлечения.
И именно это пугало сильнее всего.
— Ленка-а-а, — протянула Катя, хитро улыбаясь. — Ты сейчас опять о нём думаешь.
— Нет.
— Врёшь.
Я раздражённо посмотрела на неё.
— Почему все вокруг решили, что прекрасно меня читают?
— Потому что у тебя лицо женщины, которую давно никто нормально не целовал.
Я поперхнулась кофе.
— Ты отвратительна.
— Зато честна.
Катя довольно улыбнулась и вдруг стала серьёзнее.
— Слушай… а он вообще кто?
— В смысле?
— Ну обычно такие красивые мальчики делятся на два типа: либо тупые качки, либо мажоры с эмоциональным интеллектом табуретки.
Я фыркнула.
И тут же вспомнила Артёма.
То, как легко он чувствовал мои эмоции.
Как замечал каждый взгляд.
Каждую дрожь.
Каждую попытку соврать самой себе.
Нет.
Табуреткой там точно не пахло.
— Он не тупой, — тихо сказала я.
Катя тут же оживилась.
— О-о-о. Ты уже защищаешь мальчика.
— Я просто констатирую факт.
— И какой же у него факт?
Я открыла рот.
И вдруг поняла, что почти ничего о нём не знаю.
Кроме того, как он улыбается.
Как смотрит.
Как опасно близко подходит.
И почему-то именно это осознание кольнуло внутри странной тревогой.
Кто ты вообще такой, Артём?
Телефон на столе завибрировал.
Я замерла.
Катя хищно улыбнулась.
— Он?
Я молча посмотрела на экран.
Конечно он.
«Ты сейчас опять обсуждаешь меня с подругой?»
Господи.
У меня мурашки пошли по коже.
— Он экстрасенс?! — возмутилась Катя, заглянув через стол.
Следующее сообщение пришло сразу.
«И перестань так нервно кусать губу».
Я резко вскинула голову.
— Нет.
— Что “нет”? — не поняла Катя.
Но я уже смотрела через стекло кофейни.
И увидела его.
Через дорогу.
Опять.
Господи.
Он стоял возле чёрного внедорожника, разговаривая по телефону.
Дорогие часы.
Тёмное пальто.
Уверенная расслабленная поза.
И ни одного движения типичного студента-раздолбая.
Вообще ни одного.
Катя медленно присвистнула.
— Так… стоп.
Я молчала.
Потому что сама сейчас думала о том же.
Это не выглядело как:«бедный студент на дошираке».
Совсем.
Слишком дорогая машина.
Слишком взрослый взгляд.