Чтение онлайн

Они всерьез поссорились после смерти его отца, после того как Сэл купил бар, и решили разбежаться по обоюдному согласию. Они и раньше крупно ссорились и даже разбегались, но в тот последний раз Сэл пребывал в какой-то тревожной мрачности. Отношения стали чертовски напряженными. Ей нужно было вздохнуть свободно. Поддавшись внезапному порыву, Марин уехала на выходные с компанией подруг в Кабо-Сан-Лукас [30] — и встретила там Дерека. Они немного знали друг друга; у них были общие знакомые, и они явно симпатизировали друг другу, но ни о каких отношениях не могло идти речи, пока у нее был парень. Но в эту поездку она поехала формально одна, а Сэл и его демоны остались в двух тысячах милях от нее. И тогда вдруг Марин осознала, что нашла родственную душу: Дерек был так же амбициозен, как и она, и у него имелся четкий план того, какой он хотел видеть свою будущую жизнь. Больше всего Дерек привлек ее своей заразительной целеустремленностью.

К концу выходных она поняла, что ей нужен именно такой человек, как Дерек. И поняла, что такого чувства она никогда не испытывала с Сэлом. Когда Марин вернулась из Кабо, Сэл захотел снова сойтись и, по правде говоря, имел полное право ожидать этого — ведь ссоры и примирения вошли у них в привычку. Но на сей раз все вышло иначе.

— Я встретила кое-кого.

Она еще даже не распаковала вещи. Только успела вернуться домой поздно вечером, а Сэл захотел зайти к ней. Но вместо этого Марин предложила встретиться в их любимой круглосуточной закусочной. «Франкенштейн» находился в трех кварталах от квартиры, которую она делила с двумя другими девушками, и когда она пришла туда, с еще мокрыми после бодрящего душа волосами, он уже сделал заказ для нее. То, что она обычно заказывала: яйца, картофельные оладьи, бекон и пшеничные тосты.

— Встретила кое-кого? Кого же?

Марин рассказала о Дереке.

— Значит, ты завела интрижку, — Сэл поморщился. — Мне тошно при мысли о том, что ты флиртовала с кем-то, но, видимо, я не вправе злиться, учитывая, что мы расстались. Хотя мне обидно.

— Сожалею.

Но она ни о чем не жалела. Роман с Сэлом закончился для нее в тот момент, когда она поцеловала Дерека.

— Лучше скажи ему, чтоб отвалил, и возвращайся ко мне, — Сэл схватил ее за руку. — Мар, ведь мы любим друг друга. Мне никто не нужен, кроме тебя. Мы можем все исправить. Я знаю, что вел себя… странно после смерти отца. Но это в прошлом. Я могу стать лучше.

— Сожалею, — повторила Марин и, слегка пожав его руку, высвободилась. — Мне хотелось бы, чтобы мы остались друзьями. У нас с тобой разные интересы. У тебя теперь есть бар. А мы с Дереком через несколько месяцев закончим колледж. Все теперь… изменилось. И, возможно, так и должно быть.

Отношения с Дереком развивались стремительно. Но когда ты встречаешь родственную душу, места для сомнений не остается. Сэл никогда не мог стать для Марин любовью всей жизни. Он никогда не мог заполнить ее полностью, хотя причин этого она не смогла бы объяснить. Какой бы икс-фактор ни существовал между ними раньше, теперь он просто исчез. Для нее в любом случае.

Сэл жутко расстроился. Ему потребовалось много времени для осознания того, хочет ли он быть просто ее другом, да и сам переход от любовных отношений к платонической дружбе проходил тяжело.

Их спасло доверие. Он доверял ей, а она — ему. Марин поняла, что в каком-то смысле доверие важнее любви. Любовь непредсказуема, любовь причиняет боль. Доверие же безотказно, надежно и прочно. Как и сам Сэл.

Дерек ему никогда не нравился. Ни тогда, ни сейчас. Сначала Марин предположила, что он винил Дерека за то, что тот соблазнил ее, но со временем стало ясно, что иногда два человека просто не могут поладить. И никогда не поладят, как бы вы ни старались их примирить. Они совершенно противоположны по натуре. Дерек обаятелен, и Марин могла смело пойти с ним в любое общество. Сэл грубоват, и она никогда не знала, кого он вдруг может обидеть. В плане работы Дереку нравилось быть в центре внимания, нравилось давать интервью о своей компании; нравились и реклама, и известность. А Сэл, попав однажды, через год после покупки бара, в новостной раздел газеты, разозлился, когда один из его сотрудников вставил эту заметку в рамку и повесил на стену. И она до сих пор висит там — только потому, что это выгодно для бизнеса.

К счастью, ни Дерек, ни Сэл никогда не заставляли ее выбирать между ними. Эти двое мужчин редко виделись друг с другом, а когда встречались, то вели себя вежливо. В случае необходимости могли часок поговорить о чем-то; обычно о спорте. Они терпели друг друга ради нее.

Дерек — любовь всей ее жизни, но с Сэлом Марин чувствовала себя свободно. С ним можно было не притворяться. В отличие от других ее старых друзей, он никогда не упрекал ее за переход в новую налоговую категорию, за покупку шикарного дома в престижном районе и вообще за успехи. А в отличие от ее новых друзей, не задирал нос, зная о ее прошлом, ведь она (как и Дерек) достигла всего самостоятельно и теперь заседала в благотворительных комитетах, хотя формально разбогатела лишь недавно. Общаясь с Сэлом, Марин не боялась быть собой. Ей не нужно было постоянно или вообще держать себя в руках. Она, вероятно, зависела от его эмоциональной поддержки гораздо больше, чем следовало бы.

Кто бы мог подумать, что тот, кого ты любишь и с кем чувствуешь себя в полной безопасности, могут быть двумя разными людьми?

В почти пустом баре она сидела одна со своим третьим коктейлем, пока Сэл разговаривал с одной из своих сотрудниц. Раньше Марин ее здесь не видела — должно быть, наняли за последние пару месяцев, после того как Марин заходила сюда в последний раз. Скорее всего, Сэл спал с ней. Она явно в его вкусе: темные волосы, обтянутая джинсами круглая попка, футболка с глубоким вырезом выигрышно подчеркивает преимущества лифчика пуш-ап. Странным образом, она напоминала Марин себя в молодости, до того как она приобрела чувство стиля. Новая официантка продолжала с пристальной тревогой поглядывать на нее. Возможно, гадая, кто же она такая. Зря беспокоилась. Марин не имела привычки красть мужчин у других женщин, хотя отчасти ее порадовал тот факт, что она по-прежнему способна вызвать ревность. В любом случае роман этой женщины с Сэлом не продлится больше трех месяцев. Судя по всей истории его романов. И они не останутся друзьями, потому что разрыв отношений всегда проходил для него мучительно. Насколько знала Марин, она была единственной бывшей, с кем Сэл сохранил дружбу.

Перед ней появились еще три коктейля «Амаретто сауэр», и к ним добавилась огромная тарелка картошки фри, щедро приправленная свежим чесночным соусом, пармезаном и слегка сбрызнутая трюфельным маслом. Она улыбнулась, глядя на рядок коктейлей. Сэл понял, что она полна решимости напиться, и если он не позволит ей сделать это здесь, то она, разумеется, сделает это в другом месте. Но он также понимал, что ей нужно закусывать. А картошку фри в его баре готовили восхитительно.

— Видишь эту троицу? — спросил Сэл, выразительно махнув рукой на три коктейля, аккуратно выстроившихся перед ней. — Когда ты их прикончишь, добавки не будет, понятно?

Она кивнула. Когда она допьет все, ему придется поднимать ее с пола, к чему она и стремилась. Однако бесплатные коктейли имели свою цену. Они означали, что ей придется откровенно поговорить с ним.

— Итак, что же ты хочешь сделать? — Сэл взял ломтик картошки из тарелки. — Кроме как выпить, естественно. Когда ты последний раз нормально спала? Тебе нужно снотворное? У меня есть немного в запасе. Лоразепам тоже имеется. А старый добрый каннабис по-прежнему творит чудеса. У меня есть съедобные, похожие на мармеладных медвежат…

— Понятно, что я вымоталась и выгляжу дерьмово. Но прекрати предлагать мне наркотики.

— Даже в свой худший день ты не выглядела дерьмово, — он слегка хлопнул ее по плечу. — Так что, сегодня ты влипла в какую-то жуткую передрягу?

— Нет.

Марин не раздумывала над ответом. Ее худший день случился четыреста восемьдесят шесть дней назад. Ни до, ни после того, ничто не смогло с ним сравниться. До сегодняшнего дня, когда ей сообщили то, что она не хотела слышать.

— Тогда встряхнись, передряга еще впереди, — саркастически бросил Сэл, и она фыркнула от смеха. Именно на такой отклик она и надеялась.

— Мне следовало бы бросить его, — Марин не осмелилась взглянуть на друга.

— Конечно, следовало, — не моргнув глазом подхватил он, и досада вдруг захлестнула ее, точно грязная вода. — А Дерек в курсе того, что ты узнала?

Марин помотала головой. Осознав, что проще вести этот разговор, не глядя на Сэла, она вновь устремила взгляд в телевизор, где белый спортсмен как раз сбил с ног красного противника, вынудив его возмущенно завопить.

— А как ты узнала?

— Мне сообщила Кастро. Она расследовала одну зацепку. И случайно обнаружила их связь.