Чтение онлайн

«Маленький принц» родился благодаря разведенному вами огню в Бевин Хаусе (Касабланка, осень 1943).

Вы были терпеливы, и, конечно, вы спасли меня своим терпением. «Маленький принц» родился благодаря разведенному вами огню в Бевин Хаусе, и моя теперешняя уверенность родилась от ваших нежных стараний. Консуэло, дорогая, дорогая, все ваше, клянусь вам моей честью, будет возвращено вам сторицей.

А теперь, быть может, месяца через два я совершу путешествие и повидаю вас.

Спокойно и с полной уверенностью царствуйте, Консуэло, надо всем, что принадлежит вам. Консуэло, Консуэло. Я вас люблю.

АНТУАН

Как же меня порадовали подарки. Особенно тщание, с каким они были выбраны. Очки – их здесь не найдешь, – а мне они так необходимы. Девочка, мне бы еще хотелось:

5 «Маленьких принцев» на французском

5 «Писем к заложнику» (Брентано)

5 «Писем к заложнику» (Кольер)

У меня их еще не было, не было, не было[279]!

АНТУАН

Спасибо, любовь моя.

126. Антуан – Консуэло

(Алжир, ноябрь 1943)

Эх, Консуэло, любимая, никаких больше сил. Это письмо только для тебя. Никому не говори, только Рушо. У меня будет куча неприятностей из-за критики этой страны. Эх, Консуэло, так все печально в стране, где сердца обветшали.

Все ненавидят друг друга, люди сошли с ума. Французы не думают ни о чем, они полны ненависти друг к другу, когда Франция рядом подыхает. Меня от этого тошнит. Консуэло, я больше не могу этого выносить. Консуэло, Консуэло, прошу, спасите меня.

Здесь леденеет сердце. Девочка поэт, мне нужна ваша песенка. Разведенный вами огонь. И поскольку это вас я выбрал – и поскольку ничего не может разлучить меня с вами – и поскольку таинство оказалось сильнее всего, я почувствовал необходимость устроиться в своей маленькой лодке, чтобы плыть в вечность. О, Консуэло, гребите осторожно, бережно, переправляя вашего старого мужа в старость.

Знаешь, я полный идиот, не подумал о зимней одежде. Теперь дрожу. И еще я полный идиот потому, что в потемках не заметил лестницы. Грохнулся спиной на каменные ступеньки и сломал себе позвонок[280]. Мне больно, когда я хожу. Больно от холода, когда выхожу. Больно сердцу, когда думаю о вас. И у меня болит все, что у меня есть любимого во Франции.

Мне так холодно – ты же видишь, – я даже не могу писать отчетливо.

Ты мне нужна, как лето.

Нужна.

?

Удивительна любовь, которая не пожелала умирать. И вот я научился рассчитывать на тебя. Знаю, что могу на тебя опереться. Ты пишешь мне письма, и я их читаю и перечитываю. Они моя единственная радость Единственная. Редкостная в эти черные времена. Я люблю вас, Консуэло.

?

Я больше не делаю ничего осмысленного. Мне сорок три года. Американцы нашли меня слишком старым для «Лайтинга». Я видел Францию с высоты моего скоростного аппарата, но теперь я ее больше не вижу. Значима для меня только война, но безжалостное тупое возрастное ограничение сделало меня безработным. Безработным на войне. Я гнию, неведомо почему, в этой поганой стране. Я попросил командировку в Штаты, чтобы добиться права летать, несмотря на мою длинную седую бороду. Может быть, добьюсь разрешения. Говорю: может быть. Больше, чем когда-либо, на нас здесь давит политика. Меньше, чем когда-либо, я согласен с этой скаредностью сердец и мозгов, и ты должна знать, что те, кто правят, не мои большие друзья. С миром на душе я принял участие в войне, но вот вышел из строя, сижу в отстойном Алжире, наблюдаю каждый день за немыслимой несправедливостью, убогой местью, доносами, тюремными заключениями, шельмованием (… после такого опыта человеческого общения хочется уйти в монастырь навсегда). Так что не слишком верю, что мне дадут разрешение. Скорее, думаю, что однажды мне поставят в вину, что свою родину я любил по-своему, а не так, как они, и это будет хорошим предлогом, чтобы запереть меня на двойной оборот ключа. Это в логике здешней ненависти. Эх, Консуэло, как бы я хотел обнять тебя покрепче. Ты моя жена, мое лето, моя свобода.

Берегите себя, ухаживайте за собой, никогда не выходите вечером, не простужайтесь, никогда не забывайте меня, молитесь за меня, мне горько, и я безутешен!

Ваш муж

АНТУАН

127. Антуан – Консуэло

(Алжир, ноябрь 1943)

Консуэло, я не получил вашего чемоданчика и часов, которые ходят целую неделю, и всего остального[281]. Мне очень больно, что ваш привет потерялся!

Консуэло, у меня так холодно на сердце. Мне так нужно услышать твой смех. Девочка моей любви, сколько невозможно печальных дней я прожил вдали от тебя.

Не оставляй меня без новостей. Без хлеба моего сердца.

О, Консуэло, я скоро вернусь рисовать повсюду маленьких принцев. (Рисунок: маленький принц на его планете с талисманом – «Где моя Консуэло?»)

Консуэло, я вас люблю.

АНТУАН

«Где моя Консуэло?» Антуан – Консуэло (Алжир, ноябрь 1943)

128. Консуэло – Антуану

(Телеграмма через радио Маккея)

(Нью-Йорк, 23 ноября 1943 [282] )

MK941 KN НЬЮЙОРК 99 1\50 2 735 PM

NLT АНТУАН СЕНТ-ЭКЗЮПЕРИ

CARE ТОР ПЕЛИСЬЕ 17 УЛ. ДАНФЕР-РОШЕРО

АЛЖИР

ПОСЛАЛА ВАМ ПОЛНУЮ ЛЮБВИ ПОДАРКОВ НОВОМУ ГОДУ НЕЖНОЕ ПИСЬМО МОЖЕТ ВЫ ТОЖЕ НИКОГДА НЕ ПОЛУЧИТЕ ХОТЕЛА БЫ БЫТЬ С ВАМИ АЛЖИР ДРУЗЬЯ НЕ СОВЕТУЮТ ПУТЕШЕСТВИЯ ДОРОГОЙ СКАЖИТЕ ЧТО ДЕЛАТЬ СЕМЬЯ ЖДЕТ НОВЫЙ ГОД ГВАТЕМАЛА ПОЛУЧИЛА ОБРАТНУЮ ВИЗУ СОГЛАСНЫ ЛИ МОЙ ОТЪЕЗД ТРИ МЕСЯЦА ЛЕЧИТЬ АСТМУ ГОРНОЙ ВЫСОТОЙ КОЛЕБЛЮСЬ УДАЛЯТЬСЯ ДАЛЬШЕ ОТ ТЕБЯ УМОЛЯЮ ТЕЛЕГРАФИРОВАТЬ ОТВЕТ ПИШИ ЧАЩЕ ВСЕГДА НЬЮ ЙОРК УДРУЧЕНА МОЙ МИЛЫЙ МОЛЮ НЕБО ТВОЕМ ВОЗВРАЩЕНИИ РАНЬШЕ ЧЕМ СТАНУ СТАРУШКОЙ ЛЮБЛЮ ВАС КОНСУЭЛО ДЕ СЕНТ-ЭКЗЮПЕРИ

129. Антуан – Консуэло

(Каблограмма Вестерн Юнион)

(Алжир, 19 декабря 1943)

RECEIVED AT 40 BROAD STREET (CENTRAL CABLE OFFICE),

NEW YORK, NY

VIA W-U CABLES

HO DBGTL61B RA ALGERS 43 29 1900

NLT SAINT-EXUPERY 2 BEEKMAN PLACE NYK CITY

1943 DEC 29 PM 6 40

ТЕЛЕГРАФИРОВАЛА БАНК ТЧК КОНСУЭЛО МОЯ ЛЮБОВЬ СЛАБАЯ НАДЕЖДА ОЧЕНЬ СКОРО ТЕБЯ ОБНЯТЬ ТЧК УМОЛЯЮ СООБЩИ НОВОСТИ[283] ТЫ ЕДИНСТВЕННОЕ УТЕШЕНИЕ ТЧК КРЕПКО ТЕБЯ ЦЕЛУЮ С НОВЫМ ГОДОМ АНТУАН ДЕ СЕНТ-ЭКЗЮПЕРИ

130. Антуан – Консуэло

(Алжир, конец декабря 1943)

Моя девочка. С ремеслом, которое я выбрал, трудно увидеть конец войны. Нужно мне писать иногда. Почему вы мне не пишете? Вы знаете, как я боюсь для вас болезни, забот, неприятностей – и как бы хотел вас от них уберечь. Не стоит меня волновать. У меня много мужских забот, и мне не нравятся вечерами вопросы, которые крутятся у меня в голове. Лучше высыпаться, когда поднимаешься на десять тысяч метров.