Мама, Колян и слово на букву «Б»
Шрифт:
– Товарищи! Интерактивный хомяк! Разговаривает и откликается! Не только для детей, но и для взрослых.
– Для детей изрядного возраста (пробурчала я).
До Фомичевой доедем?
…Сижу себе в маршрутке.
Водитель – узбек, конечно.
Заходит какой-то хмырь и говорит:
– До Фомичевой доедем?
Звучит это так примерно, как будто у него зуб только что вырвали:
– Дафамычевайдаеим?
Узбек кивает, он просто не понял ничего, да и мало кто понял (кроме меня, у меня слух хороший, и я знаю, где Фомичева, не по дороге это).
Я с последнего места кричу хмырю:
– Нет! Сворачиваем мы!
Хмырь смотрит на меня тупо и злобно и говорит:
– А вам-то че? Не вмешивайтесь!
Ну, думаю, черт с тобой.
Парень-хипстер с умной книжкой на коленях, около меня сидел, ржет и говорит:
– Сейчас у него будет самое большое разочарование в его бедной на события жизни.
Я говорю:
– Это у нас с вами бедная жизнь: а у него, смотрите, какой фингал. Жизнь у него интересная!
Парень хохочет.
Тут маршрутка, как ей положено, сворачивает.
Хмырь орет на узбека:
– Ты че, мудак, штоле?
И тут вдруг парень-хипстер бесстрашно говорит:
– Сам ты мудак!
Хмырь остолбеневает и говорит:
– Я???
Парень кричит ему:
– Ты!
Хмырь говорит:
– А ну пойдем выйдем!
Тогда я говорю:
– Ну все, вы арестованы! (Хмырю.)
И показываю ему свое удостоверение правозащитника.
И говорю:
– Сегодня рейд. Арестовывают всех, кто произнес слово «мудак». За хулиганство. Тюрьмы, правда, переполнены, но я вам организую местечко. Я же правозащитник все-таки. Лефортово подойдет? Элитное место, между прочим! Я сама туда села бы с удовольствием. Но в женском отделении мест нету. Только по блату если.
Хмырь бледнеет и вдруг жалобно говорит:
– Мне бы до Фомичевой…
Узбек вдруг говорит:
– Беги!
И дверь открывает. Хмырь – наутек.
А все хохочут.
Так и доехали, смеясь.
Чай везу, дрова везу
Ехала как-то в маршрутке.
Рядом со мной сидели два забавных уголовника: один спал, другой бодрствовал.
Вдруг тот, что не спал, говорит:
– Ты, я гляжу, опытный шофер! (Шоферу-узбеку, который по телефону трепался, что, конечно, плохо.) Не дрова везешь, чай!
Узбек говорит:
– Какой чай? Не чай, людей везу!
Угол говорит:
– Вот и я о том же! Людей везешь, как чай, а дрова, как людей!
Узбек вконец запутался:
– Зачем такое говоришь? Чай возил, дрова возил – всё возил! Людей возил, которые с собой чай везут, и дрова везут: всех возил! В Бухаре! Людям чай был нужен и дрова тоже нужны, вот я их и везу – то за чаем, то за дровами!
Пассажиры заулыбались и даже этот, который в наколках, – тоже. Оказался не злой. Проснулся и другой, который спал, – в еще больших наколках.
Проснулся и говорит:
– Об чем срач? Какие дрова?
Я говорю:
– Щас всех высадят и дрова погрузят… А мы чай пойдем пить…
Угол вдруг галантно:
– Я с тобой с удовольствием чаю бы выпил!
– А че на ты? (спросила я его).
– А че – на вы? (спросил угол, впрочем, не агрессивно). – Когда водку – тогда на вы, а чай – только на ты! Маршрутка уже в лежку лежала.
А узбек все ворчал:
– Всё вожу – дрова, люди, чай… Все умею… (бормотал он до конца маршрута).
Капец
Еду как-то в маршрутке.
Рядом стоит девица: такая элегантная, красивая, столичная, хорошо одетая, интеллигентная с виду: ни дать ни взять Жан-Жак.
Тут ей звонит телефон и она говорит:
– Ой, привет! Вапще… ну ты даешь… вау! Это капец… Да ты что? Капец вапще… Какой-то капец, кароче… Да я сижу, такая, он нарисовывается, а я ему: ну вапще, капец какой-то!
И так раз сто: капец, капец, капец.
Тут я засыпаю под этот ее капец и просыпаюсь в маршрутке совершенно одна – ну и шофер за рулем.
Шофер-узбек мне говорит:
– Жэнщына, выхады, конечная, я по кругу щас пойду…
Я ему говорю:
– Всё? Капец?
Шофер говорит:
– Капец ушел щас, каждый день ездит и про капец говорит по телефону… А что это такое – капец? (говорит мне узбек-шофер).
– Мэр (говорю), – Химок. Капец Абрам Израилевич.
– Иврей? (говорит шофер).
– А то!
Он говорит:
– Наверно, умный… Раз иврей…
– И добрый (говорю). – Видите, про него даже в маршрутке говорят. Добрые дела его вспоминают.
Узбек вздохнул:
– Наш брыгадыр – злой.
– Я на него Капцу пожалуюсь. Он разберется.
– Спасибо (говорит шофер). – Только нэ говорите, что это я сказал.
– Ну да, а то вам капец.
И вышла.
Вот, думаю теперь, как Капцу (или Капецу) пожаловаться на брыгадыра.
Моя больница
Какой-то дед в маршрутке спрашивает шофера:
– До больницы довезете?
– До какой?
– До моей.
– А какая это – твоя, дед?
– Ну, до моей! Их че, много тут разве?
Шофер говорит:
– Пять целых.
– Целых не пять, они все разваливаются…
– Так тебе какую, дед? Может, госпиталь военный?
– Не, туда не надо, мне там чуть ногу не отрезали…
– А куда?
– Откуда я знаю?
– А зачем?
– Бабка послала…
– А зачем?
– Откуда я знаю!
– Так иди в любую…
– Ты в какую посоветуешь?
– В любую…