Чтение онлайн

Почти во всех западных странах и во многих странах бывшего СССР домашнее насилие является отдельным преступлением. 1 августа 2014 г. вступила в силу Стамбульская конвенция – поворотный в истории договор Совета Европы, посвященный предупреждению и борьбе с насилием в отношении женщин и бытовым насилием. В РФ ее не ратифицировали. В России в настоящее время так и не принят закон о домашнем насилии, хотя соответствующий законопроект обсуждается в Госдуме и Общественной палате.

Существуют разные подходы к проблеме предотвращения домашнего насилия. Наиболее действенный тот, который направлен на разрушение цикла насилия путем расторжения отношений между конфликтующими сторонами. Такой подход доминирует в большинстве стран с развитой законодательной базой и предусматривает разную меру ответственности за совершенное домашнее насилие.

России тоже необходимо принятие закона против домашнего насилия. Дела о домашнем насилии должны стать делами не частного, а публичного обвинения, поскольку нанесенные жертвам повреждения могут сказаться на трудовом или образовательном процессе, а также стать предметом заботы системы здравоохранения. Необходимо ввести систему охранных ордеров («насильник должен уходить») и гарантии работы этой системы. Пока же жертвам семейного насилия предлагают уходить от мужа, который бьет, но идти им обычно некуда, тем более в России, где ничего не делается для решения жилищного кризиса. Убежища для женщин должны быть и должны обеспечивать защиту всем нуждающимся. Следует развивать сеть кризисных центров и телефонов доверия. Необходимо продумать и претворить в жизнь комплекс мер по реабилитации жертв домашнего насилия. И при этом следует проводить работу с признанными виновными в этих делах, а не только применять к ним прямое наказание, то есть должна работать программа коррекции насильственного поведения. Необходимо также изменение практики расследований дел об изнасилованиях: быстрый и квалифицированный сбор улик («rape kit»); психологически и юридически квалифицированное сопровождение пострадавших; физическая охрана пострадавших; практика публичного осуждения насилия.

В основе любого насилия, и домашнего в том числе, лежит культура насилия (некоторые называют ее «культурой изнасилования», но, на наш взгляд, такой термин недостаточно отражает характер явления), составляющая характерное проявление патриархата. Поэтому для принципиального преодоления насилия необходимо признание существования культуры насилия и изменение основ всей культуры, всего строя, самой парадигмы построения общества.

Борьба с сексизмом, харрасментом, с любыми проявлениями сексуальной эксплуатации: траффикингом, проституцией и порнографией

Сексизм – это идеология и практика дискриминации людей по признаку пола. Он основан на гендерных стереотипах – ставит социальные роли, способности, качества, интересы и модели поведения людей в зависимость от биологического пола. Для оправдания идеологии сексизма, как правило, используются утверждения, объясняющие социальное неравенство мужчин и женщин их природными различиями. Но с введением понятия гендера стало ясно, что различия в социальном статусе людей следует объяснять, исходя из законов построения социума, а не из особенностей строения тела. С точки зрения феминистской теории, сексизм – это проявление патриархата. Как и другие виды дискриминации, сексизм представляет собой поражение в правах той группы, которая лишена власти, в данном случае женщин.

Сексизм проявляется на разных социальных уровнях и в разных социальных сферах, так как к женщинам предъявляют иные требования, чем к мужчинам, часто завышенные для данной сферы или принижающие роль женщины. Почти во всем мире женщины непропорционально представлены в органах власти. Трудовая дискриминация женщин выражается в вертикальной и горизонтальной сегрегации, более низкой оплате труда женщин по сравнению с мужчинами. Бытовой сексизм может выражаться в отказе мужчин заниматься домашним трудом и уходом за детьми, а также в установлении двойных стандартов поведения, когда поведение женщин оценивается строже, чем поведение мужчин.

Сексизм в СМИ, в частности, в рекламе, связан с сексуальной объективацией женщин. Сексистская реклама показывает женщину как объект сексуальной эксплуатации, а мужчину – как получателя выгоды. Она демонстрирует стереотипные представления о гендерных ролях, приводит к игнорированию реальных потребностей реальных людей. В рекламе женщина либо добропорядочная женушка, сосредоточенная на домашнем хозяйстве и детях, либо сногсшибательная соблазнительница, готовая на всё ради удовлетворения мужских желаний.

От сексизма, если рассматривать его как навязывание гендерных стереотипов, страдают и мужчины. Мужчины тоже становятся заложниками патриархатной системы. Ориентированность на успех любой ценой втягивает их в бессмысленную гонку за атрибутами лидерства. Мачизм приводит мужчин к формуле «Живи быстро, умри молодым». И эта формула работает: среднестатистический россиянин живет на 14 лет меньше среднестатистической россиянки. Мужчины боятся строить доверительные отношения в семье, отказываются от общения с собственными детьми из страха показаться немужественными подкаблучниками.

Однако надо всегда помнить о том, что сексизм – это порождение патриархата, основанного на «мужских ценностях», андракси, и что дискриминация людей по признаку пола не может исходить от женщин как социальной группы, и что женщины в своем безусловно подчиненном положении претерпевают больше. Многие указывают на сексизм как причину гендерного насилия: мужчины насилуют женщин, совершают акты физического и эмоционального насилия потому, что считают женщин ниже себя и верят в свое право контролировать их жизнь.

Сексизм не всегда принимает открыто враждебные формы. Зачастую для оправдания дискриминации женщин используется риторика заботы. Доброжелательный сексизм описывает женщин как хрупкие создания, которые нуждаются в защите… от других мужчин. Это автоматически подразумевает: женщины недееспособны, они слабы и не могут защитить себя сами, им нужна внешняя сила в виде мужа, и все при этом должны выполнять традиционные гендерно-раздельные обязательства: жена – хранительница очага, муж – добытчик. Важную роль в риторике доброжелательного сексизма играет отсыл к материнству. Например, представление о том, что женщина как мать или будущая мать нуждается в особой заботе, использовалось для мотивировки списка запрещенных для женщин профессий, принятого в СССР и сохраненного в современном российском Трудовом кодексе.

В поведении доброжелательный сексизм сохраняется в таких его проявлениях, как галантность или рыцарство. Никто не против вежливости и заботливого отношения к тем, кто слабее, но традиционные нормы этикета не дают женщинам больше власти или ресурсов, а просто указывают на их место в обществе: женщина – существо слабое, и она будет получать поддержку только в том случае, если сама станет признавать и поддерживать высокое положение мужчин в обществе. Феминистки могли бы сказать: «Не уступайте нам место в трамвае, предоставьте нам место в правительстве», – и были бы правы. Вежливость, а по сути – чрезмерное покровительство, ведущее к приобретенной беспомощности, унижает другого человека, работает на укрепление патриархата. Она только усиливает сексизм и дискриминацию, а совсем не улучшает отношения в обществе.

Извращенным проявлением внимания к женщинам является харрасмент, когда нежелательные знаки внимания могут привести к сексуальным домогательствам на работе и не только. Мужчина якобы делает комплимент женщине, подчеркивая ее сексуальную привлекательность, но если за этим следуют более решительные действия, то они должны подпадать под юридическую ответственность. Во многих странах уже приняты законы, защищающие женщин от харрасмента.

По данным опроса специалистов, каждая четвертая женщина в российской провинции и каждая третья в Москве и Петербурге подвергались сексуальным домогательствам на службе. Эти цифры, как водится в нашей стране, могут быть занижены. По данным МОТ (Международной организации труда), от 15 до 20% работающих женщин в индустриальных странах являются жертвами сексуального домогательства, но только треть таких жалоб попадает в суд. МОТ сообщает, что каждая вторая датчанка, каждая третья австрийка и каждая четвертая француженка становились жертвами серьезных случаев сексуального домогательства.