Чтение онлайн

Проснулся я от того, что меня тормошили за плечо. Я с трудом разлепил веки и увидел перед собой незнакомую женщину... Нет, кажется, это была та самая, только без бигудей - теперь у нее на голове были вполне симпатичные вьющиеся локоны с каштановым отливом. И сама она вполне привлекательной на этот раз показалась... На ней был все тот же легкий халатик, в отвисшем вороте которого просматривались островисящие груди. Не удержавшись от искушения, я засунул руку под халат.

– Вы что?!
– отпрянула она, зардевшись.
– Я вас по делу бужу, а вы с глупостями!

– По какому делу?!
– зевнул я, демонстративно почесывая между ног.

– В соседнюю квартиру уже три минуты какая-то дамочка звонит - я в глазок ее видела, растрепанная лахудра такая.

Я встал и приложился к глазку: перед дверью покойного профессора стояла Анна.

– Идите на кухню, - сказал я.
– Это наш агент, мне нужно с ней переговорить. И не подслушивайте!

Хозяйка послушно удалилась, а я, открыв дверь, втащил Анну в прихожую. Вид у нее был жалкий: волосы торчали в разные стороны, а под глазом был фиолетовый синяк.

– Ты сволочь!
– набросилась она на меня с кулаками. Ты меня бросил связанную, и меня увезли бандиты! Хочешь знать, что они со мной сделали?!

– Зачем же ты открыла им дверь в машине?
– спросил я, с трудом переваривая неожиданную информацию.

– Они облили ее бензином и сказали, что подожгут, если я не выйду!
– заревела она.
– Они меня чуть до смерти не замучили, а потом они накурились травы и уснули, а я убежала...

Тут кровь мне ударила в голову: над моей любимой женщиной жестоко надругались!

– Адрес!
– взвыл я в ярости.
– Адрес записала?!

– Вот, - протянула она мне смятую бумажку.

– Ну, с-суки!!!

Я отвел Анну на кухню и сказал хозяйке:

– Эта женщина пострадала от бандитов. Окажите ей первую помощь. Врача вызывать пока не надо. Все. Я буду через час.

14. Рыба-осмехун

– Кто?
– послышался за дверью голос.

– Мосгоркастрат, - процедил я сквозь зубы.

– Не понял...

– Санэпидемстанция.

Дверь приоткрылась на цепочке, но этого было для меня вполне достаточно: я мощно толкнул ее плечом, цепочка слетела, жалобно звякнув. Я толкнул еще раз - хозяин квартиры повалился на пол, получив дверью по лбу. Я вырубил его ударом ноги по горлу, но не смертельно, а так, слегка, и ворвался в комнату, чтобы рубануть остальных, но никого больше не было... Я на всякий случай осмотрел квартиру: это было типичное мещанское гнездо с коврами на стенах, с искусственной медвежьей шкурой на полу перед диваном, со зверевскими финтифлюшками в серванте и с люстрой из чешского стекла. Стоп! В серванте была фотография в рамке... Я взял фотографию и с удивлением рассмотрел ее: на ней была изображена счастливая на вид парочка, танцующая танго в ресторане. Вне всякого сомнения, это была Анна и тот мужик, которого я вырубил.

Черт побери, опять я попал в ловушку! Я перетащил хозяина из прихожей в комнату, усадил на диван и полил его голову водой из чайника. Он с трудом очнулся. У него был вид жалкого интеллигента: карие подслеповатые глаза, редкие волосы, мясистые безвольные губы. На вид - лет тридцать, но лицо наивно-детское.

– Кто это?
– сунул я ему под нос фотографию.

– Я с женой, - промямлил он.

– Где она сейчас?

– Не знаю, - ответил он жалобно.
– Вчера она ушла к маме, но у мамы ее нет... А вы кто?

– Я - наемный убийца, - сказал я вразумительно.
– Она послала меня сюда, чтобы я убил тебя, - и тут меня разобрал дикий хохот. Это же надо, девка просто изгаляется надо мной, а я ржу, как беременная лошадь.

– Что с вами, у вас истерика?
– спросил наш муж.

– Неа, рыба-осмехун, - сквозь слезы пробормотал я.

– К-какая рыба?
– переспросил он.

– Коньяк у тебя есть? Или что еще?

– Я не пью, но коньяк есть, - торопливо сообщил муж и поскакал за бутылкой.

– Рюмахи не забудь, - напутствовал я его, - Я зато пью, - и чуть тише добавил, - и жена твоя опрокидывает только дай.

После моей пятой он все же переспросил о рыбе.

– Да это еще со студенческих лет, - начал я, - как-то загораем на пляже. Середина дня. Жарюка лютая. Детей даже нет на пляже - так палит. Тишина стоит - каждый плеск волны как гром. Вдруг появляется мужик с ластами, надевает маску, заходит в воду. Отплывает. Скука полная. Мы все напряженно раглядываем его действия. Давай наливай, заслушался, блин. Тот отплывает, потом возвращается, что-то поправляет и опять уплывает. Налил? Себе налей. Ну как знаешь. Мы сидим. Ты въехал, что тишина и жарюка? Так вдруг около буйка мужик выпрыгивает на метра полтора из воды, срывает маску и дико ржет. Потом гигантскими гребками подплывает к берегу и содрав ласты убегает, при этом истерически смеясь. Поехали. Мы сразу придумали, что это рыба-осмехун подлавливает аквалангистов, травит их анекдотами, и те от смеха тонут, а наш чудом уцелел, потому что с чуством юмора у него беда была. Теперь понял?

– Ага, а знаешь, - пожаловался он мне.
– Я не выпиваю, не курю, ей не изменяю, зарабатываю прилично, а она меня презирает, я ведь чувствую! Но не знаю, за что...

– Прибор у тебя нормально функционирует?
– всеми мускулами лица я изобразил сочуствие.

– Да, все в порядке... Только она не хочет.

"Хм... не хочет", - усмехнулся я про себя, но из деликатности виду не подал. Вообще я очень переживаю, когда вижу своих покойных с другими. Не пугайтесь, я для себя всех своих бывших подруг называю покойными. Зато, когда вижу их мужиков, так и хочется сказать им в лицо какую-небудь интимную деталь. Надо как-нибудь попробовать сказать, интересна реакция.

– Как фамилия?
– деловито осведомился я.

– Лучше мне на самом деле умереть. Я и сам собирался, но все никак решиться не мог...

– Сначала фамилию скажи!
– потребовал я.

– К...
– начал было он и неожиданно разревелся.

– Чего?
– не понял я, - Тебе мало показалось? Да и не прикладывался, вроде...

– А вы правда наемный убийца?
– спросил он, вытирая салфеткой слезы.

– Да ну тебя... Такого, как ты, и убивать-то не стоит, отмахнулся я от него.
– Найди себе лучше другую бабу, может, и выйдет чего. Фамилию свою выкладывай, секретчик ты наш.

– Мне другая не нужна!
– набросился он на меня.
– Я Анну люблю! Где она?

– Угомонись, - небрежно отпихнул я его.
– Ты ж не пил, с чегой-то ты вдруг так завелся?

Я встал, собираясь преподать очередной показательный урок гостеприимства. Несчастный муж вдруг решил, что я собираюсь уходить и, неожиданно проявив прыть, схватил с журнального столика бутылку коньяка, разбил ее об стену и наставил на меня острое стекло.

– Я тебя не отпущу, пока ты мне не скажешь, где моя жена!
– заорал он злобно.

– Придурок...

Я спокойно пошел на него.

– Цветочек убери, детка, а то будет третий прием "бо-бо".

Он закрыл глаза и как мамонт побежал на меня, рогом выставив "розочку". Я пропустил его чуть правее себя и отрывисто насадил на коленку, потом ударил в ухо локтем, и резко развернув его в воздухе, забрал из податливых ручонок остатки коньячной бутылки. Он рухнул. Я склонился над ним - он не дышал. Черт побери, я действительно убил его! Нет, не может быть... И правда не дышит!!! Памятуя о бабушке-молотобойке, я уже не стал утруждать себя проверкой артериального давления, а стер свои отпечатки пальцев с фотографии и отправился разбираться с Анной.