ЖАНРЫ

Марина Цветаева. Письма 1905-1923
Шрифт:

_____

Так что, Вера, непременно завтра же запишитесь. Буду брать с 4-го числа. Спросите у Аси [607], как это делается, и можно ли брать молока на 4 кормления в день. (Кажется — на кажд<ый> раз бутылочка).

Целую Вас и Магду [608]. — Мне так совестно за свои вечные просьбы, но скоро я буду здорова и всё это кончится.

МЭ

Впервые — НИСП. стр. 240. Печ. по тексту первой публикации.

11-17. Е.О. Волошиной

<Рукой А. Эфрон.>

Милая Пра я тебя очень люблю. Ты хочешь меня увидеть? Пра, ты любишь Марину? Спасибо тебе за брошку. У меня есть сестра Ирина и есть Красная роза. Но мне жалко моря. Целую тебя и Макса. Письмо писала сама. Скоро напишу еще.

Аля.

<Рукой МЦ:>

Письмо всецело Алино, кроме

. Она хотела писать еще и так писала бы до бесконечности, но чудная погода, — идем гулять. Нежно Вас целую, завтра напишу.

МЭ.

Москва, 13-го мая 1917 г.

Впервые — СС-6. стр. 81. Печ. по тексту первой публикации.

12-17. Е.Я. Эфрон

Милая Лиля,

Рабочие от Шора [609], неся вниз рояль, разбили почти все перила и сломали притолоку. Будьте добры, пришлите кого-нибудь починить, — перила почти целиком снесены, и ходить по лестнице опасно.

МЭ

Москва, 19-го. мая 1917 г., пятница

— Если Вы согласны произвести эту починку, ответьте мне пожалуйста через Машу.

Впервые — НИСП. стр. 241. Печ. по тексту первой публикации.

13-17. Е.О. Волошиной

<Конец мая 1917 г.>

Дорогая Пра, простите мне, что я так долго не писала.

Сейчас я с Асей, она в страшном горе, все сразу рухнуло. Были с ней вчера на кладбище и сегодня пойдем. Телеграмму мою в Харьков о смерти М<аврикия> А<лександровича> [610] она не получила и ехала в надежде застать его. Я ей все сказала на вокзале [611].

Целую Вас нежно, Аля в восторге от Вашего письма, уже наизусть его знает.

Спасибо за любовь.

МЭ

Печ. впервые по копии с оригинала, хранящегося в частном архиве. Датируется по содержанию.

14-17. Е.Я. Эфрон

Москва, 29-го июня 1917 г., четверг

Милая Лиля,

Сережа жив и здоров, я получила от него телегр<амму> и письмо [612]. Ранено свыше 30-ти юнкеров (двое сброшено с моста, — раскроенные головы, рваные раны, — били прикладами, ногами, камнями), трое при смерти, один из них — только что вернувшийся с каторги социалист. Причина: недовольство тем, что юнкера в с<оциал>-д<емократической> демонстр<ации> 18-го июня участия почти не принимали, — и тем, что они шли с лозунгами: «Честь России дороже жизни». — Точного дня приезда Сережи я не знаю, тогда Вас извещу.

Сейчас я одна с кормилицей и тремя детьми (третий — Валерий — 6 мес<яцев> — сын кормилицы.) Маша [613] — ушла. Кормилица очень мила, и мы справляемся.

О своем будущем ничего не знаю. Аля и Ирина здоровы, Ирина понемножку поправляется, хотя еще очень худа.

Пишу стихи, вижусь с Никодимом [614], Таней [615], Л<идией> Александровной [616], Бердяевым [617]. И — в общем — всё хорошо. Привет Эве [618].

МЭ

Спасибо за землянику Але, — не поблагодарила раньше, п<отому> ч<то> потеряла адрес.

Впервые — СС-6. стр. 94 (по копиям из архива А. Саакянц, с ошибкой в датировке). Печ. по НИСП. стр. 244.

Е.Я. Эфрон жила в имении Михайловское (станция Белые столбы) на даче у Фельдштейнов, давала уроки их старшей дочери.

15-17. Е.Я. Эфрон

Милая Лиля,

Последнее, что я знаю о Сереже, это то, что вчера (4-го) должен был быть его выпуск. С тех пор я писем не получала. Он писал 25-го.

Коротенькая записочка и вырезка из газеты о нападении большевиков на петергофцев, — я тогда Вам писала.

Я вчера вечером была на Тверской. Огромная толпа стройным свистом разгоняла большевиков. Среди солдат раздавались возгласы: «Подкуплены! Николая II хотят!» — «Товарищи, кричите погромче: „Долой большевиков!“»

Мчались колючие от винтовок автомобили. Настроение было грозное. Вдруг кто-то крикнул, толпа — обезумев — побежала, — иступленные лица, крики — ломились в магазины — Ходынка.

Я что есть силы бросилась на совершенно опустевшую мостовую, — ни одного человека — ждали выстрелов.

Одно только чувство: ужас быть раздавленной. Всё это длилось минуту-две. Оказалось, — ложная тревога. Мы были с Лидией Александровной.

По переулкам между Тверской и Никитской непрерывно мчались вооруженные автомобили большевиков. Первый выстрел решил бы всё.

Мы с Л<идией> А<лександровной> пробыли там часов до одиннадцати, — не стреляли.

Я в безумном беспокойстве за Сережу. Как только получу от него телегр<амму>, мгновенно телеграфирую Вам.

Москва — какой я ее вчера видела — была прекрасной. А политика, может быть, — страстнее самой страсти.

МЭ

Москва, 5 июля 1917 г., среда.

— Сегодня целый день — гром. В городе тихо.

Впервые — НИСП. стр. 244–245. Печ. по тексту первой публикации.

17. М.А. Волошину

Москва, 7-го августа 1917 г.

Дорогой Макс,

У меня к тебе огромная просьба: устрой Сережу в артиллерию, на юг. (Через генерала Маркса? [619])

Лучше всего в крепостную артиллерию, если это невозможно — в тяжелую. (Сначала говори о крепостной. Лучше всего бы — в Севастополь.)

Сейчас Сережа в Москве, в 56 пехотном запасном полку.

Лицо, к которому ты обратишься, само укажет тебе на форму перехода.

Только, Макс, умоляю тебя — не откладывай. — Пишу с согласия Сережи — Жду ответа. Целую тебя и Пра.

Поделиться с друзьями: