Чтение онлайн

– Помогли бы, что ли... Не видите, он в шоке. Я сейчас сделаю укол и позову санитаров. Мы его увезем...

– Куда это? У него контрольная по математике завтра...

– Я вижу и вам нужно что-то успокоительное вколоть... Какая контрольная, дамочка! Ему не меньше месяца в больнице лежать... После такого и взрослый тронуться может...

– Что вы имеете в виду?

Мужчина внимательно посмотрел на меня, дожимая поршень шприца, и спросил:

– У вас валерьянка есть? Или капли Зеленина? Накапайте себе капель тридцать и постарайтесь уснуть...

– А...
– он махнул рукой.
– Где у вас аптечка? В ванной или в холодильнике?

Но ответить я не успела: с балкона раздался шум и на пороге комнаты образовался шкафоподобный милиционер. Из-за него выглядывал Вадим...

– Это сын?
– спросил милиционер, глядя на Темку.

– Да, это он, - ответил Вадим.

– Что, доктор? Говорить он может?

– Вряд ли. Мы его везем в Медгородок. Все сведения можно будет получить в регистратуре приемного покоя.

– С вами поедет сотрудник, - сказал милиционер. И в комнату теперь уже со стороны коридора вошли двое: один в белом, другой в милицейском. Они подхватили Темку с двух сторон и поволокли из квартиры...

– С носилками здесь не развернешься, - извинился ни к тому, ни к сему врач, - А вы все же выпейте валерьянки, да и ложитесь. Утром уже полегче будет... Вадим закрыл за ним дверь и встал в дверном проеме.

– Где у тебя валерьянка?

– Не надо пока, - заявил трехстворчатый шкаф в милицейской форме, Я была почти уверена, что где-то подмышкой на его кителе красуется инвентарный номер казенной мебели, выведенный, как у нас раньше практиковалось, масляной краской для полов.

– Присядьте, пожалуйста, - сказал он, хотя я уже и без того не могла держаться на ногах и почти упала в кресло, - Назовите себя.

– Лисина Марина Львовна, - и далее по привычке все остальные паспортные данные. Научилась уже в кабинете Скоропада. У меня не было сил чему-либо сопротивляться, и я послушно делала то, что от меня требовалась...

– Расскажите мне, где вы были сегодня днем. Постарайтесь поточнее называть время. С кем вы были?

Я рассказывала. Милиционер писал. Вадим стоял возле балконной двери и курил. Что-то он слишком много курит сегодня.

– Когда вы в последний раз видели соседку?

– Позавчера. Она вешала на балконе белье... Да скажите, в конце концов, что вообще происходит!
– не выдержала я.
– Что случилось? Что с Темкой? Почему это он в шоке?

Милиционер уставился на меня, потом медленно перевел свои коровьи глаза на Вадима. Тот молча кивнул.

– Ваши соседи были мертвы, когда мальчик пришел домой...

Дальше я ничего не услышала. Вот уж никогда не думала, что у меня такие слабые нервы. Я, оказывается, потеряла сознание... Нашатырь, видно, поднесли к моему носу уж слишком близко. Я непроизвольно отдернулась и больно ударилась головой о стенку. Кресла у меня низенькие, спинка почти вровень с подлокотниками - такие себе пухлые коробочки. Вадим обеспокоенно поглаживал меня по руке и что-то говорил милицейскому шкафу. Потом мы остались с Вадимом одни. Он попытался уговорить меня лечь в постель, но я потребовала, чтобы он мне все рассказал. Однако сначала мне пришлось выпить неслабенькую дозу валерьянки.

Тамару и ее мужа Алексея Темка нашел на кухне. Оба, казалось, спали, сидя на табуретках и положив головы на стол. Только голова Тамары лежал в тарелке с недоеденным жарким. На столе стояла пустая бутылка из-под водки. Я знала, что они с мужем иногда приговаривают бутылочку перед сном. Тамара говорила, что это для оживления сексуального диалога. Но благодаря бабушкам со скамеек у подъездов ни для кого из нашего дома не было секретом, что время от времени супружеская пара впадала в запой? Потом обычно следовал длительный период воздержания. Для меня это ровным счетом ничего не значило. У всех есть свои прибабахи. Кто-то выпивает втихую, кто-то шапочки для домашних гномов вяжет. У каждого свое хобби. Только вот от бутылки водки на двоих еще никто не умирал. По крайней мере, если в ней не было сильнодействующего яда.

– Об этом мы узнаем позже, - сказал Вадим, - Теперь, я думаю, тебе все же надо печь и выспаться. Ночью мы почти не спали, потом ты работала... Да и свидание со Скоропадом тебе сил не добавило...

– А куда ты пошел, когда оставил меня дома? И, вообще, откуда ты знал, что у соседей что-то случилось? Ты же просил меня обязательно до них дозвониться! И ты обязательно хотел полезть вслед за Темкой! В какие игры играем, Вадим?

– Успокойся, ладно! Поверь мне, что я только предполагал, что с твоими соседями, вернее с соседкой расправятся как с нежелательным свидетелем...

– Свидетелем чего, Вадим? Я, наверное, очень глупа. До меня не доходит, какое отношение ко мне имеет Тамара, кроме того, что она моя соседка, и я иногда пью с ней кофе... Пила с ней кофе...
– И я заплакала. Только теперь я начала осознавать, что Тамара и впрямь мертва и от этого у меня холодели руки и ноги. Мужа ее я особо не знала. Он всегда был в своем гараже, зарабатывал семье деньги, ремонтируя развалюхи своих знакомых. Но вот Тамара была неотъемлемой частью моей домашней жизни... И если убили ее только за то, что она была свидетельницей чего-то там... Что же ждет тогда меня?

– Вадим, - вспомнила я.
– А где же Сергей, их старший. Его что дома не было? Куда же он тогда делся?

– Сергей у них наркоман со стажем. Он сейчас в токсикологическом центре с передозировкой. Уже второй день. Состояние достаточно тяжелое, он до сих пор без сознания. Кстати, в этот центр я как раз и поехал, после того, как мы вернулись из кафе... Я очень хотел узнать, где он купил свою дозу, при помощи которой улетел так далеко от жизни...

– Вадим, мне страшно. В чем и перед кем я провинилась, чтобы мою жизнь превращали в такой ад!
– я нисколько не лукавила, высказав, наконец, свое отчаяние.

– Я ничего не могу тебе пока сказать. Просто ничего не знаю сам. Но я надеюсь, ты поняла, почему я закрывал балкон... Вне всякого сомнения, визитку тебе подкинули... И тот, кто это сделал, попал в твою квартиру именно через балкон от соседки... Иными словами этот человек был у Тамары... Если еще конкретнее, то это ваш общий с Тамарой знакомый. Думай, Марина, кто бы это мог быть! Вспомни всех ваших общих знакомых...

Я уже и сама перебирала в памяти наших с соседкой общих знакомых. Их было, что вполне естественно, очень немного. В основном либо мои, либо Тамарины подруги и приятельницы. Мои к Тамаре не заходили, это я могу гарантировать! А если бы кто и зашел, то я обязательно узнала бы об этом. Потому что единственно возможный вариант, это когда меня кто-то не застал дома, но должен был мне что-то передать, тогда мог зайти к Тамаре и оставить передачу для меня у нее. Но Тамара в последнее время ничего мне кроме привета от Славы не передавала. Однако, даже мысль о том, что Слава или точнее Ростислава Ивановна перелазила через балкон, была более чем просто абсурдна. Слава - обаятельный колобок, невысокая и излишне полненькая. В случае, если бы она и миновала створку остекления, бог знает как в нее протиснувшись, то она наверняка проломила бы жестяную перемычку между балконами... Нет, это была явно не она... Других кандидатур на роль злоумышленника у меня не возникло...

Вадим, видя, что я и думать-то не в состоянии после пережитого потрясения, снова дал мне валерьянки и уложил спать. Засыпая, я вдруг вспомнила, как Тамара истолковала мой "свадебный" сон. Умрет кто-то из твоих знакомых, сказала она ... И это было последней моей мыслью, затем я упала в бездонный колодец забытья...

Я вновь была приглашена к Скоропаду, На этот раз разговор шел о Тамаре и о том, что произошло в ее квартире. Говорить мне по этому поводу было нечего, зато я узнала от капитана, что соседка с мужем отравились банальным цианидом. Причем был он не в водке, а в марципановых конфетах. Ну да, тут все правильно: у них такой вкус и запах, словно их специально придумали, чтобы цианистым калием начинять. В них же по рецептуре добавляют немного горького миндаля для вкуса, пикантности и аромата.