Чтение онлайн

Так куда же меня всё-таки занесло?

Я наклонилась, чтобы подобрать подол платья, и заметила, что камешек, о который я треснулась, вовсе и не камень, а покрытая грязью рифлёная шина, и здесь она была не одна. Некоторые всё ещё крепились к четырём разбитым и проржавевшим внедорожникам защитного цвета. Увидеть их среди буйства природы было сложно. Ещё сложнее петляющую между ними тропинку, которую с переменным успехом пытался поглотить тропический лес. А куда она вела, мне ещё предстояло выяснить.

Я прихлопнула очередную гнусь, покусившуюся на святое, и выбралась с кладбища металлолома. Обернулась и увидела уползающую прочь клыкастую орхидею. Её корешки-плети ловко цеплялись за лианы, навевая неприятные ассоциации с когтями, а налетевший ветерок принёс отвратительный запах гнили.

Я поморщилась и призвала Силу. Проверяя возможный размах Ленты, срезала парочку растущих у тропинки папоротников и случайно задела чудесную бабочку. Радужные крылья неслышно упали в траву, и над пальмами пролетел тяжёлый болезненный вздох. Мягкая земля под ногами ощутимо вздрогнула. Сверху упала пальмовая ветка, пребольно оцарапав сухими листьями щёку. Ощущение чужого взгляда стало почти физическим. Кому-то здесь моё вторжение явно не понравилось. И это было первое предупреждение. Я смахнула кровь, кивнула неизвестно кому, мол, приняла к сведению, и, честно стараясь не злиться на удушливую влажность и тропический гнус, углубилась в джунгли.

Сначала эту “прогулку” можно было назвать даже приятной. Я любовалась разноцветными птичками, порхающими тут и там бабочками, нюхала цветочки. Однако спустя час всё зелёное уже вызывало у меня стойкое отвращение, а намёка на присутствие человеческих построек так и не появилось. Нужно было что-то решать: повернуть назад, чтобы отыскать другую тропинку, или упрямо тащиться вперёд.

Мои сомнения развеяла случайно замеченная среди пальмовых стволов выцветшая, но когда-то красная табличка с надписью: "Собственность Инквизиции Убежища! Проход и проезд только по спецпропускам!". Она висела на покосившихся воротах с двумя охранными вышками, одна из которых, надломленная у основания, провалилась внутрь. Местами металл толщиной в три пальца, плотно оплетённый колючим плющом, был словно вспорот консервным ножом. Я невольно сглотнула, с трудом представляя себе существо, способное оставить такие следы. Но своего оно добилось. Пробралось за разбегающиеся от ворот каменные стены высотой в четыре человеческих роста.

Идти вдоль таких стен было глупо. Они могли тянуться сколь угодно долго, и кто знает, как скоро мне попадётся ещё один вход. Я огляделась по сторонам, мало ли какая гадость выберется из джунглей следом, уж больно сильно ощущался чужой взгляд, и протиснулась в затянутый плющом пролом.

Впереди лежало грандиозное поле битвы. Точнее, таковым оно было когда-то, а сейчас здесь буйствовали запустение и тропическая растительность. Лианы плотно оплели несколько перевёрнутых и заржавевших транспортёров и лежащий на боку автобус, макушки пальм выглядывали из проломленных крыш кирпичных построек, густые заросли папоротника заполонили глубокие воронки от разрывных заклятий. И повсюду были маленькие холмики, поросшие травой и яркими цветочками.

Я говорила, что Инквизиция своего не бросает? Так вот, белеющие в траве человеческие кости выглядели наглядным тому опровержением. Похоже, инквизиторы драпали отсюда с такой скоростью, что даже не стали забирать павших товарищей. Я копнула носком сапога белесую черепушку, спугнув при этом прижившуюся внутри ярко-зеленую змейку. На истлевшей чёрной форме ещё сохранилась различимая вышитая надпись: "Магистр Э. Нойман. Инструктор 1 ранга".

М-да. Выходит, что всё-таки Себуана.

Я посмотрела в небеса и едва не завыла от безысходности. Вот как так? За что? Ну почему нельзя было открыть портал куда-нибудь ещё?! Но мои вопросы так и остались без ответа. Прямо от ворот начиналась широкая дорога с разбитым асфальтом, разметка на котором почти исчезла, смытая дождями и разрушенная корнями растений. Думаю, вела она вглубь Пещеры. В любом случае ею явно не занимались, что внушало определённые надежды.

Я обогнула полусгнившие обломки летающей ладьи, обильно поросшие папоротником и орхидеями, и, стараясь держаться в тени у обочины, двинулась дальше, то и дело огибая очередную груду досок либо искорёженные останки техники, оплетённые лианами. Не знаю, что тут случилось, но зелёные "объятия" слишком уж напоминали змеиные кольца. Металлические корпуса машин были смяты с невероятной силой, даже страшно было представить, каково пришлось тем, кто был внутри.

Птичий крик заставил меня вздрогнуть и шарахнуться прочь от горы проржавевшего металла. Торчащие из перекошенного окна белёсые костяшки покачнулись и упали на асфальт. Почти сразу в небе коротко, но ёмко громыхнуло, и на джунгли обрушился тёплый ливень, будто наверху перевернули цистерну с пресной водой. Я бросилась под деревья. Суше там не было, но хотя бы не казалось, что меня поливают из шланга.

Смирившись с непогодой и прилипшим к телу платьем, я подставила лицо под тугие струйки, бегущие с лопушистых листьев, и… заметила его. Нет, это не был какой-то там прозаический удав, это был здоровенный жёлтый паук, спасавшийся от дождя под одним со мной листом. Икнув от ужаса, я попятилась, быстро развернулась, мечтая оказаться как можно дальше и… встретилась взглядом с его товарищем. Таким огромным, чёрным и крутым, что даже ливень не смог согнать эту погань с паутины в шариках влаги.

Ах, как я заорала! Никогда бы не подумала, что способна выжать из лёгких такие децибелы звука!

Джунгли встрепенулись. Отозвались звериным рыком и обезьяньими воплями, проорались птичьими криками. Я ломанулась прочь, пытаясь не думать о том, сколько ещё подобных сюрпризов ждало меня под каждым листом, и неожиданно зацепилась платьем за корягу, полетев в ярко-зеленую поросль.

Под ней мутными ручьями неслась вода. Биться с жидкой грязью было бесполезно, потоки рвались по наклонной, увлекая за собой и меня. Цепляться за скользкие листья опасно. Они резали кожу не хуже осоки. В конце концов, меня смыло в глубокий ручей. Он тащил за собой листья, обломки веток и даже мумию обезьяны. А где-то впереди отчётливо слышался гул падающей воды.

Раздумывать было некогда, поток набирал скорость. На моё счастье берега изобиловали корягами. Я ухватилась за целый пук тонких узловатых корешков и с трудом выбралась из ручья, упав животом в траву. Тёплые капли застучали по телу, смывая грязь. Впрочем, пока я пыталась отдышаться, всё закончилось. Вернулось обжигающе горячее солнышко, и от платья повалил пар.

И что дальше? Интуиция упрямо молчала, отчего становилось не по себе. Сколько я буду блуждать по этим проклятым джунглям, так и не встретив ни одного живого человека?

"Ты же мечтала об одиночестве, вот и наслаждайся", – ехидно вставил внутренний голос. Ага, конечно! Виринеюшка хотела комфорта, чашку кофе и любимую книжку в руки, а не кишащий паучьей живностью лес.

А вдруг я угодила в ловушку, потому что не стоило доверять старой цыганке? Не удивлюсь, если всё это время посланники скелетиков преспокойно ехали в одной из кибиток, выжидая момента. Очень уж неубедительно в их исполнении выглядела попытка Совета “пригласить” меня на беседу. А может, и не было никакого приглашения? И меня просто гнали вперёд, будто скотину на убой? Чтобы я наверняка сделала то, на что меня подрядили. О мотивах врага я могла только догадываться. Но как бы там ни было, а нужно было идти дальше.

Я решила пройтись вдоль ручья. Раз уж там водопад, то и высота, откуда можно будет осмотреться, имеется точно. Вдруг на горизонте заплещутся городские флаги. Однако сначала я забралась в сумку, убедилась, что всё моё так и осталось при мне, затем напилась отвара и только потом решительно поднялась. Грязное мокрое платье липло к ногам, в сапогах хлюпало и чавкало, но я упрямо тащилась на звук падающей воды, цепляясь за ветки и лианы и увязая во влажной земле по самые щиколотки.

Наконец деревья расступились, и я вышла на край высоченного обрыва, который был частью огромной, прямо-таки идеально ровной воронки из ступенчатых скал, густо поросших деревьями и лианами. А ручей, из которого я так удачно выбралась, действительно оказался одним из здешних водопадов, но только совсем узким. Другие были шире и мощнее и сбрасывали вниз белоснежные пенистые струи. От гула водных потоков и криков парящих наверху птиц закладывало уши, но и без них я почувствовала себя оглушённой. А ещё донельзя разочарованной открывшимся видом на утопающее в зелени дно.