Чтение онлайн

Битва эта закончилась во второй половине дня полным разгромом редомского войска. Сам барон Редом погиб. Где находились его наследники на престол, никто не знал. И барон Дермон поспешил объявить себя сюзереном бароната Редом.

О произошедшей между Дермоном и Редомом битве и о гибели барона Редом барон Торгус узнал, находясь на расстоянии в полдня пути к Саутанскому мосту.

А сообщение о том, что барон Дермон объявил баронат Редом своим, повергло его в ярость.

– Я убью этого мерзавца! – рычал он на Военном совете, проходившем в его походном шатре, – Собственными руками с него живого шкуру спущу! Выступаем! Немедленно!

– Но, Ваша светлость, – попытался возразить один из членов совета, – скоро вечер. Через пару часов стемнеет. Войска проделали дневной марш. Солдаты устали и голодны. А впереди ещё несколько часов ночного перехода. Как они смогут воевать, прибыв на поле боя в таком состоянии?

Несколько секунд барон, глядя перед собой отсутствующим взглядом, осмысливал сказанное. Потом, видимо придя в себя, вздохнул и повернулся к членам совета.

– Хорошо. Сейчас готовить ужин и – отдыхать. Подъём – за два часа до рассвета. Лёгкий завтрак и – выступаем. Обоз и личные вещи с собой не брать. Только оружие и снаряжение. Двигаться быстро и налегке. Немедленно выслать вперёд усиленные конные дозоры. Я не хочу подвергнуться внезапному нападению противника на рассвете. Всё понятно? Вопросы есть? Нет? Выполняйте!

Командор вступает в дело

Тихим вечером тёплого летнего дня в небольшую деревеньку, лежащую у широкого торгового тракта, шедшего от столицы бароната Дермон – Гарлуна в сторону пограничного Саутанского моста на полном скаку влетела группа всадников из десяти человек, одетых в форму воинов барона Дермон. Ехали они со стороны границы. Вид имели усталый и запылённый. Лошади, покрытые пеной от долгой скачки, шумно дышали и храпели. Промчавшись мимо сторожевого поста, расположившегося на въезде в деревню, всадники направились на деревенскую площадь, прямо к таверне, бывшей одновременно и гостиницей и почтовым постом со сменными лошадьми.

Стражники, находившиеся на посту, молча пропустили их мимо себя. Но как только кавалькада свернула за угол, один из них опрометью бросился бежать по боковой улице. Пробежав пару переулков, он свернул налево и, пробежав ещё немного, без стука ввалился в двери дома, стоявшего на углу улицы, проходящей неподалёку от деревенской площади.

В комнате, куда прибыл стражник с поста, за столом сидели несколько человек, спокойно ужиная и ведя неспешный разговор ни о чём. Один из них вскинул глаза на вновь прибывшего.

– Стин? Что-то случилось? – в голосе слышалось явное удивление. Уж он-то знал, что стражник с поста просто так не прибежит.

– Капитан, – переведя дух, ответил стражник, названный Стином, – только что в деревню въехали гонцы барона. Видать, что долго скакали. Сейчас в таверну направились. Вот я и прибежал сообщить…

– Понятно, – кивнул капитан, – на-ка, вот, вина выпей, – протянул он бокал стражнику, – а то вон как запыхался. Видать, в горле-то пересохло, а?

– Благодарю, – кивнул Стин, беря бокал и одним глотком опустошая его, – ну, я обратно пошёл.

– Давай, – кивнул головой капитан.

Когда стражник вышел, капитан взглянул на одного из своих сотрапезников:

– Вот что, Милгун… сходите-ка вы с кем-нибудь к таверне. Приглядитесь к ним для начала. Послушайте, о чём говорят. Сами попробуйте с ними поговорить. Может, предварительно что-то интересное они вам и расскажут. А часа через два и я туда подойду.

– Я понял, капитан, – из-за стола выбрался высокий широкоплечий мужчина, одетый в простую рубаху и широкие штаны, заправленные в потёртые коричневые сапоги. Живот его был обмотан широким коричневым поясом. А его кучерявая шевелюра и густая борода делали его похожим скорее на местного крестьянина, чем на воина.

Командир десятка баронской конной гвардии, а это были именно гвардейцы, подъехав к таверне, спрыгнул с лошади и торопливо вошёл в дом. Остальные, слезая с коней, принялись их рассёдлывать и, проводя по двору, успокаивать после долгой скачки.

Офицер, войдя в таверну, направился прямо к барной стойке, за которой миловидная девица лет двадцати обслуживала немногочисленных посетителей, желающих после трудного летнего дня промочить горло доброй кружкой холодного пива.

– Приветствую вас, прелестное создание, – приподнял шляпу офицер, подходя к стойке, – не будете ли вы так любезны вызвать сюда хозяина таверны?

Стрельнув в бравого, покрытого дорожной пылью офицера своими чёрными озорными глазками, девица улыбнулась:

– А для чего вдруг понадобился хозяин господину офицеру?

– Мы – с дороги, красавица, – улыбнулся ей в ответ офицер, – устали, хотим поесть и отдохнуть.

– Хорошо, сейчас позову, – улыбаясь, качнула головой девушка, – одну минутку, – и скрылась за дверью, расположенной сбоку от барной стойки.

Вскоре к офицеру вышел сам хозяин таверны, невысокий плотный брюнет с явно выступающим брюшком, большой залысиной на голове в обрамлении коротких слегка вьющихся волос.

– Добрый вечер, господин офицер, – несколько суетливо поклонился он, – что вам будет угодно?

– Добрый вечер, хозяин, – милостиво кивнул в ответ офицер, – с кем имею честь?

– Апирус, ваша честь. Хозяин таверны и местный почтовый смотритель Апирус, – вежливо ответил трактирщик, – а позволено ли будет узнать ваше имя, господин офицер?

– Я лейтенант конной гвардии господина барона, маркиз Парон. В сопровождении десятка конных гвардейцев следую в столицу с важным известием. Нам нужно почистить и покормить лошадей. Помыться и поесть самим. Ну и хорошенько выспаться. Завтра рано утром мы выезжаем. Вы сможете нас всем этим обеспечить, господин Апирус? Разумеется, всё будет оплачено.

– Да, конечно, господин лейтенант, – поклонился хозяин, – всё сделаем в лучшем виде. Проходите, присаживайтесь. А к вашим людям я тотчас отправлю мальчишку. Он им всё покажет и подскажет, – и, обернувшись к двери, крикнул, – Мисюк! Ты где, бездельник!? А ну, живо сюда!

Из-за двери у стойки тут же выскочил мальчонка лет двенадцати и замер, глядя во все глаза на гвардейца.

– Чего застыл? – рявкнул на него трактирщик, – Живо на двор! Покажи господам солдатам конюшню, где взять воду и корм для лошадей. И воду для мытья согрей!