Чтение онлайн

Парень либо студент, либо безработный, сделал Вася еще один вывод. И принялся всячески баловать Анну, когда их дежурства совпадали. Но делал это очень деликатно, чтобы она не заподозрила ничего такого и не отстранилась раньше времени.

Сегодня он принес меренговый рулет. Десерт был невероятно вкусным и нежным. Вася взял его в дорогой кондитерской недалеко от своего дома. Специально купил, зная, что сегодня его дежурство совпадает с Аниным. И конечно, с самого начала дня после утреннего обхода он напросился помогать в гинекологии. И еле дождался, когда они наконец разберутся со срочными делами и присядут отдохнуть в ординаторской.

Пока закипал чайник, он сбегал к холодильнику на первом этаже, вытащил пакет с рулетом и совсем уже собрался пойти к лифтам, как к холодильнику подошла Аглая Степановна Антипова.

Он не видел ее дня три-четыре. Не совпадал график. Увидев, растерялся. Она была на себя не похожа. Черные волосы, которые она своей рукой регулярно подкрашивала у корней, светились сединой. Белоснежный костюм был сильно помят. Выстиран, да, но не выглажен. Лицо осунулось. Глаза утратили воинственный блеск.

– Аглая Степановна, что-то случилось? – Он еле удержался, чтобы не ахнуть.

– Случилось, не случилось, тебе какая разница? – ответила она в обычной своей грубоватой манере. – Взял что надо из холодильника и ушел, Вася.

– Извините, – промямлил он, пятясь.

Он с Аглаей, находившейся в отличном настроении, никогда не связывался. А когда она туча тучей, надо было бежать. Он и сбежал.

Чайник как раз закипел, когда он перешагнул порог ординаторской в отделении гинекологии.

– А у меня что есть! – помотал он в воздухе пакетом, в котором хрустнула пластиковая коробка с меренговым рулетом.

Анна рассеянно посмотрела на пакет, кивнула равнодушно и продолжила что-то заполнять в журнале. Пришлось ему самому заваривать им чай, нарезать рулет, не доставая его из коробки. Он был таким нежным, что непременно рассыпался бы.

И вот когда они уже приступили к чаепитию, он, купая в кипятке чайный пакетик несчетное количество раз, и задался вопросом об Аглае.

– С чего ты решил, что с ней что-то происходит? Как была хамкой, так и осталась, – дернула узкими плечиками симпатичная медсестра Анна.

– У нее не покрашены волосы, костюм постиран, но не выглажен. Когда такое было?

Аня задумалась, правда ненадолго. И опять отреагировала равнодушно, пробормотав:

– Ну и что. Мало ли. Может, настроения не было волосы красить и костюм гладить. Какие дела!

Вася был с ней не согласен. Он намного чаще общался с Аглаей и знал о ее пунктиках. Пусть не хватило времени на покраску волос у корней. Но чтобы костюм не выгладила!

– Да она медсестер за халаты гоняет знаешь как! Не дай бог пятнышко увидит. Или карман отпоротый. Тут же может докладную настрочить, чтобы премии лишили. А тут сама как, прости меня, из задницы!

– Может, она в этой самой заднице и есть! – фыркнула неожиданно со злостью Анна.

– В каком смысле? – нахмурился Вася, перестав наконец купать чайный пакетик и выбросив его в корзину для мусора.

– Слышала, у нее какие-то семейные проблемы.

Анна очень грациозно поднялась из-за стола и медленно прошлась по ординаторской. Ладошки молитвенно сложены у груди. Взгляд отрешенный. Халатик на ней сидел ладно, тесно, длина была чуть выше красивых коленей. Вася засмотрелся.

– Семейные? – Он еле оторвал взгляд от ее ног и бедер. – А у нее есть семья?

– А почему нет?

– Прямо вот как у всех: муж, дети?

Аня рассмеялась его изумлению.

– Думаешь, она урод какой-то? Конечно, у нее есть семья. Про мужа не знаю, не буду болтать. Но что сын у нее есть, это точно. Я видела, как он за ней приезжал не раз. На старой такой тарантайке. Какая-то ископаемая иномарка. Фыркает черным дымом, рычит, но едет. Меня как раз мой парень встречал. Я и увидела.

Парень! Не муж! Василий поспешил обрадоваться, но виду не подал.

– И что с ее сыном не так? – Он поймал ее изумленный взгляд. – Но ты же сказала, что проблемы семейные. А раз муж не значится, то проблемы с сыном. Что за проблемы?

Она остановилась посреди кабинета и уставилась на него, будто впервые видела.

– Логично мыслишь, Василий, – похвалила она, удивившись. – Конечно, с сыном. А с кем же еще! Так-так-так…

Анна вернулась за стол, поднесла чашку к губам, отпила. Чайной ложкой зацепила от куска рулета. Вася давно уже поставил коробку перед ней.

– Вкусно. Спасибо. – Она зажмурилась. – Обожаю такие вот легкие воздушные десерты. Невероятно… Я тут что подумала, Василий…

Ее глаза открылись, взгляд сфокусировался на его объемной чашке. Минуту Анна молчала. И перед тем как отправить в рот очередной кусочек десерта, произнесла:

– Что-то тут не так, Василий. Что-то тут не так с нашей Аглаей.

– А можно яснее?

Он разволновался, обеспокоился. И из-за Аглаи, с которой непонятно что происходило. И из-за слов Анны. Она, возможно, знает причину странного поведения их старшей медсестры. Или догадывается.

– В тот день, когда случилась авария с маршруткой… – рука с чайной ложечкой замерла возле пухлых губ Анны, – Аглая приходила вечером в отделение.

– Да? – изумился Вася. – Зачем? Да еще вечером! Она же домой уходила. При мне переобувалась.

– Во сколько это было?

– Ну… Около семи, кажется. Я же на сутках был в тот день. Она нет. Мы еще перекинулись парой слов о чем-то незначительном. Она переобулась и ушла.

– Ушла, но не домой. – Анна еще раз откусила от горки меренгового рулета на ложечке. – Она вместо дома оказалась у нас в отделении. Причем странным образом.

– Каким?

Василий завороженно наблюдал за мельканием ее пухлых губ и языка, слизывающего крем с чайной ложечки. И сосредоточиться на ее рассказе ему было крайне сложно.

– Через окно! – выпалила Аня, поднося ко рту чашку с чаем.

– В смысле?! – невозможно растянул он гласные. – Аглая не вошла через дверь отделения?

– Именно, – покивала медсестра. – Поэтому и не попала в объектив камер слежения. Они на входе.

– Так, погоди, погоди, – замотал он головой, сосредотачиваясь на ее рассказе. – Ты хочешь сказать, что Аглая поднялась по пожарной лестнице и влезла в окно?!

– Да. Именно это я и хочу тебе сказать. – Анна доела кусочек рулета, остававшийся в ложке, отодвинула коробку от себя по столу. – Все, хватит. А то лопнуть можно.