Чтение онлайн

– Ты имеешь в виду его девушку? – уточнил Игнатов. – Об этом двойном убийстве речь?

– Именно. Она стала ему помехой, и…

– Почему? Она потеряла ребенка. Обуза устранена, – возразил Денис. – Зачем ему убивать ее?

– Она могла стать свидетелем убийства.

– И еще полтора десятка человек могли что-то видеть. Всех убивать? Думаю, он не убивал свою девушку. – Игнатов навалился локтями на стол, затрещавший жалобно под весом его тела. – Он паспорт ей выправил фальшивый. Думаю, они бежать собирались. И наверняка у него тоже теперь другой документ. И как Ложкина, мы его не найдем.

– Так надо найти его родственников! – рассердилась на него Маша. – Надо работать, а не рассуждать тут… Адвокат, понимаешь!

– Ищу, товарищ майор, – понимающе хмыкнул Денис. – Уже ищу.

Минут двадцать было тихо. До того момента, как открылась дверь и в кабинет вошел их эксперт со стопкой бумаг в руке.

– Что там? – вытянула шею Маша, уставившись на бумаги. – Заключение по Фаине Сушилиной?

– Так точно, майор Маша.

Эксперт кисло улыбнулся, присел на дежурный стул у стены и начал меланхолично перебирать собственные заключения. Его красноречивый взгляд на чайник остался незамеченным.

– И? – Маша развела руки в стороны, требовательно глянула. – Что там?

– Ничего, что было бы тебе интересно, майор.

– Она умерла, потому что замерзла?

– Переохлаждение спровоцировало сердечную недостаточность. Она умерла от сердечного приступа до того, как замерзла. – Он все листал и листал документы. – Никаких синяков, ссадин, царапин. На ручке холодильника только ее отпечатки и той кондитерши, которая ее обнаружила. Кажется, ее зовут Катерина.

– А рваная тапка? Она могла оступиться из-за нее? Или порвала ее, когда ее кто-то толкнул в спину? Ее мог кто-то толкнуть в спину?

Вот не желала она сдаваться, и все тут. Виделся ей в трагической смерти Фаины Сушилиной какой-то злой умысел. И больше всего ей хотелось уличить в этом злом умысле ее красавца-мужа, поспешившего смотаться на отдых за границу.

Но заключение эксперта было неоспоримым.

– Несчастный случай, майор. Я так и доложил Галкину, когда он позвонил и спросил. Чем, к слову, его порадовал. Очень ему не нравится вся эта история с маршруткой. – Эксперт привстал, положил на край ее стола стопку документов. – Там все на непонятном тебе языке, Маша. А понятным повторю: НН – несчастный случай. Так бывает…

– Одной проблемой меньше, – выдохнул Игнатов и неправильно перекрестился. – Остается у нас убийство Анны Листовой, она же Вострикова Вера Васильевна. И убийство неустановленного следствием лица, предположительно примыкающего к бандитской группировке.

– А кража? – вяло напомнила Маша. – Кража из машины этого неустановленного следствием лица?

– У нас нет заявления от пострадавшего, – напомнил Игнатов с хитрой ухмылкой.

– Ага! У нас только труп этого пострадавшего. Так что там с родственниками Ложкина? Нашел?

– Никак нет, товарищ майор. Такое ощущение, что Ложкина этого в природе не существует. И я тут подумал…

А надумал он то, повторившись, что Ложкин и не Ложкин вовсе был, жил по поддельному паспорту, который он себе сделал вместе со своей девушкой.

– Зачем? – задала сразу вопрос Маша.

– Чтобы от преследователей скрыться. От тех, которых он ограбил, – предположил Игнатов.

– Капитан! Ну какой же ты…

Она чуть не сказала «тупой». Еле сдержалась.

– Он работает в сервисе под этой фамилией сколько? А машину обокрал когда? Он что, за год знал, что влезет в бардачок и стырит там что-то? Нет, Игнатов, тут другое. Где-то еще они наследили. Может, на родине Анны? Надо туда позвонить и узнать, не сбегала ли она в срочном порядке после того, как что-то натворила. Хотя нет, о чем это я! – Маша недовольно поморщилась. – Она же работала в компании «Метр» под своим настоящим именем. Но ты все равно позвони. Выясни, может, она связывалась с кем-то из своих земляков незадолго до смерти. Кто ее будет хоронить? Тело еще не забрали? Позвони, узнай…

Тело Ани Листовой никто не востребовал до сих пор. Об этом Игнатов доложил Маше уже через полчаса, дозвонившись куда надо. А в родном городе Анны, куда Денис тоже дозвонился, сказали, что у девушки никого не осталось из родни. Она была совершенно одинокой. И город покинула, по информации, давно. Уезжала одна. Парня никакого не было.

– Она нашла себе парня уже здесь. И если это не он ее убил, то он непременно объявится и потребует тело для погребения. Не бывшим же коллегам ее хоронить! Кстати, о коллегах… – потянулась Маша к телефону.

Серафима Орлова ответила не сразу. Опять трижды сбрасывала звонки. Потом сама перезвонила и долго извинялась.

– Налаживаю контакт с обиженными клиентами, – смущаясь, пояснила она. – Этот клок земли вымотал мне всю душу, и я…

Минут пять Маша слушала о том, как всем им удалось добиться примирения. И бизнесмену Морозову, и претенденту на родство со старой бабушкой, оставившей после себя земельный надел, и Серафиме пришлось не раз встретиться, чтобы все утрясти.

– Я даже потратилась, чтобы ни у кого ко мне не было претензий. И да, забыла сообщить. Морозов сказал, что я дура, если подумала, что он станет из-за такой ерунды устраивать аварию с маршруткой. Не он это. И даже работу предложил, если меня из «Метра» уволят, – трещала без умолку Серафима Орлова. – Так что вам надо искать причину в ком-то еще.

– Поищем, – скрипнула зубами Маша. – Но я звоню вам по другому вопросу. Анна Листова… У нее был роман с Сергеем Ложкиным. Он кто вообще?

– Ой… Не знаю подробностей. Кажется, москвич. Из родни у него одна мать. Аня не очень любила откровенничать. Нет, не могу помочь. Извините.

Девушка простилась, сославшись на занятость. Маша, положив мобильник на стол, шумно выдохнула и беззвучно выругалась. Непристойно! Хорошо, Игнатова не было в кабинете. Он куда-то смылся пару минут назад. Иначе по губам бы прочел ее ругательство. И вполне возможно, разочаровался бы в ней. И не стал таскать из буфета пирожки, а из кондитерской – пирожные.

Телефон на столе зазвонил. Странно, но это была Орлова.

– Простите, товарищ майор, тут вот вспомнила. Вдруг вам будет полезна эта информация.

Судя по голосу, девушка пребывала в великолепном настроении. Все ее проблемы разрешились. Волнений никаких. Жизнь продолжается.

– Что вы вспомнили, Серафима? – поторопила ее Маша.

Орлова снова принялась рассказывать о благополучном исходе проблемного дела с землей. И еще раз напомнила, что бизнесмен Морозов никакого отношения к аварии не имеет.

– Не великая я шишка, чтобы он так рисковал, – продолжила она его защищать.

– Я уже поняла, что бизнесмен Морозов удивительной порядочности человек, – произнесла Маша, закатывая глаза. – Так что вы вспомнили?

– Ах да! Извините. – Орлова беспечно рассмеялась. – Аня как-то говорила мне, что ее будущая свекровь работает в больнице. В той самой, куда нас доставили после аварии. Говорила она это задолго до аварии – Аня же потом уволилась. Так вот она утверждала, что ее будущая свекровь – сущий монстр.