Чтение онлайн

Я вышел из машины и неспеша зашагал к дому.

Обычный дом, ничего особенного. Небольшой, вполне для одного человека. Каменный фундамент, деревянные стены, выкрашенные неброской голубоватой краской. Вокруг дома небольшой садик, огороженный живой изгородью. Аккуратно подстриженный газон, забытые грабли в траве.

Я обошел дом, держась тени деревьев и осмотрел заднюю дверь. Разумеется, она была заперта, но замок был ненамного сложнее того, что стоял в двери Кэмбута. Через несколько минут он поддался, и, мягко нажав на ручку, я вошел внутрь.

Впереди через небольшой коридор виднелась гостиная, оттуда слышалась негромкая музыка и падал неяркий свет.

Я сделал шаг и почувствовал, что в гостиной был человек. Не клон, а именно человек. Разум его был замедленным и туманным – он спал.

Неслышно ступая, я вошел в комнату и увидел Айронса, который полулежал в кресле-качалке перед горящим камином, укрытый красным пледом в крупную черную клетку. Он крепко спал, голова откинулась на спинку кресла, рот приоткрыт. На вид ему было не меньше семидесяти, или он просто так плохо выглядел – резкое землистого цвета лицо с впалыми щеками, гладкие серо-седые волосы, строго зачесанные назад, - слегка похож на Джеймса Эллроя, если вам это о чем-нибудь говорит.

Да, это был Айронс. Бинго.

Из радиоприемника на столе звучал «Каприз» Паганини. Что ж, очень кстати.

Я подкрался к Айронсу со спины и, захватив предплечьем горло, сжал. Тело дернулось, хаотично задрыгало руками и ногами, но секунд через двадцать полностью угомонилось и, обмякнув, замерло, находясь в глубоком обмороке. Я достал второй шприц и повторил знакомый фокус с уколом, после чего профессору стало совсем хорошо. Выждал честные пять минут, обрызгал его водичкой, легко похлопал по щекам:

– Просыпайтесь, профессор.

Айронс вздрогнул, наполовину открыл глаза и подарил мне мутный взгляд.

– Что ж, профессор, давайте побеседуем…

Я вытряс из него все. История была достаточно замысловатой.

Четыре года назад ему позвонил один человек, представившийся крупным меценатом по имени Сайрус Мэнхарт и предложил встретиться. Во время встречи лицом к лицу, Мэнхарт объяснил, что ему принадлежит крупный медицинский центр, только что отстроенный и оборудованный по последнему слову науки и теперь Мэнхарт занят подбором персонала, а ему, Айронсу, предлагает возглавить центр, потому что изначальным его предназначением были именно генетические исследования.

Мэнхарт пригласил Айронса на экскурсию по центру, куда ученого доставили на военном вертолете. Мэнхарт объяснил, что проект разрабатывается совместно с американским военным ведомством, которое всячески помогает в развитии и становлении центра, одновременно требуя соблюдения полнейшей секретности.

Вертолет приземлился на подземной площадке, которая открылась, когда два пласта лесной почвы неожиданно разошлись в стороны. Опустившись в яму посреди леса, Айронс увидел огромный бетонный ангар, оборудованный под вертолетную площадку, вооруженных солдат, видеокамеры и датчики сканирования у каждой двери.

Признаться, поначалу его это отпугнуло, несмотря на заверения Мэнхарта, что это обычные предосторожности, когда в исследованиях заинтересовано государство, но, когда он увидел лаборатории, все его страхи остались позади. Трудно было оценить в какие фантастические суммы обошелся этот центр своим создателям, но, судя по подготовке, от него ожидали феноменальных, революционных открытий, которые навечно оставили бы свой след в науке, истории и фанатичных мозгах их создателей.

И Айронс согласился. Подписав ворох бумаг о неразглашении, он принял руководство этим чудо-комплексом, встав во главе всех его проектов. Айронс ушел из университета, но, по настоянию Мэнхарта, никому не рассказывал о своей новой карьере.

С этого момента все свое свободное время он отдавал работе центра. Можно было без преувеличения сказать, что Айронс был идеальной кандидатурой на эту должность. Он был фанатиком от науки, преданным и неутомимым. В то же самое время он обладал качествами руководителя и чиновника, способного управлять. Если помножить все это на немалое честолюбие, становилось ясно – Мэнхарт не прогадал.

Первоначально штат сотрудников состоял всего из тридцати человек, но через год он увеличился до девяносто двух, не считая охрану.

Айронс никогда не относился к тому типу ученых, которые вечно живут в своих исследованиях и экспериментах, заменяя ими остальную жизнь. Он умел замечать, что делается вокруг и держал глаза и уши открытыми, когда окружающая обстановка подкидывала пищу для размышлений. А она ее подкидывала, не сомневайтесь.

Во-первых, часть новых сотрудников в прошлом явно имели проблемы с законом. Насчет некоторых кандидатур Айронс знал это точно, потому что, хотя мир науки и велик, но не бесконечен. Это были, зачастую, прекрасные специалисты, в диапазоне от блистательных до вполне сносных, но с такой научной биографией, которая тянула на солидные тюремные сроки по меркам нескольких планет. Скрещивание людей и ликанов, изготовление днк на заказ, искусственное воскрешение людей и гуманоидов – такие печати стояли на их научных послужных списках.

Во-вторых, охрана центра состояла не из солдат регулярной армии, а из наемников, собранных со всего света. Они были вооружены, экипированны и вымуштрованы по первому классу, но явно находились здесь ради хороших денег, а не по долгу службы. Кроме того, ко всем кандидатам – будь то научный персонал или охрана, в качестве обязательного требования предъявлялось отсутствие семьи и близких родственников – это оговаривалось в контракте специальным пунктом. Для всех сотрудников и охраны были оборудованы комфортабельные жилые помещения в самом центре для того, чтобы его деятельности уделялось как можно больше времени и внимания. Специальные вертолеты доставляли сотрудников обратно в город лишь на выходные – это также специально оговаривалось в контракте.

Тем не менее, надо было отдать должное Мэнхарту – он умел подбирать людей, поскольку часть из них были такими же страстными фанатиками, как и Айронс и только радовались возможности проводить почти все свое время за любимым делом, не говоря уже о том, что их работа прекрасно оплачивалась. Другие же, ввиду отсутствия семьи или преступного прошлого не горели особым желанием выходить за пределы центра, предпочитая оставаться наедине с пробирками и микроскопами, нежели с миром внешним.

Во всех официальных бумагах, которые по долгу службы видел Айронс, - отчетах, контрактах, договорах на поставку оборудования, центр именовался одинаково – С28. Полностью это звучало так – Вирджиния, округ Арлингтон, 22202, объект С-28. Под документами чаще всего стояла подпись некоего генерала Армстронга из агентства DARPA[12], подразделение DSO[13], либо – в отдельных случаях – самого Мэнхарта или его заместителя Конкорда.

Разумеется, Мэнхарт не мог не понимать, какие вопросы возникают у новоиспеченного руководителя центра, поэтому, спустя примерно месяц, в подходящий момент он сам завел с ним разговор о принципах организации работы внутри объекта С-28.

Мэнхарт объяснил, что подобрать подходящий интеллектуальный штат - с соответствующей подготовкой и (как бы это сказать?..) идеологией – для подобного проекта крайне нелегко, поэтому Министерство обороны решило привлечь для этой цели людей, которые в то или иное время по тем или иным причинам были не в ладах с законом, что вынудило их скрываться и вести подпольный образ жизни. Конечно же, это не преступники, безусловно нет. Это люди, которые по воле обстоятельств и собственной наивности оказались вовлечены в противозаконную деятельность, руководствуясь исключительно научным интересом и благими устремлениями. Как правило все они были наняты для проведения исследований настоящими преступниками, которые, разумеется, скрывали свои намерения и единственно ответственны за их результаты. Пентагон искал таких ученых по всей планете и за ее пределами, предлагал работу в С-28 и связанные с ней привилегии, главной из которых было восстановление официального статуса благонадежного гражданина на территории Соединенных Штатов, а также защиту профессиональной репутации в научном мире путем проведения дополнительных тщательных расследований в индивидуальном порядке.