Марсианские войны - 1 (хроники Марса Сандерса)
Шрифт:
– По вашему, это - хороший фильм?
– По-моему, просто прекрасный. Один из лучших, которые я когда-либо видел. Это очень доброе кино.
– Доброе?!
– Да. По нему надо писать сочинения в школах. Будь моя воля, я бы повесил портреты Фрэнка и Рокси на всех перекрестках. Не только в Америке, - по всему миру.
Роксана покачала головой – кажется, я ее не убедил, что, впрочем, было неважно.
Мы добрели до нашего «доджа» и покатили обратно.
Пока мы пробивались сквозь нью-йоркские пробки, она все больше молчала, лишь один раз спросив:
– Скажите, Марс… Есть что-то, что вас воодушевляет в этой жизни?
– Воодушевляет?..
Опять собирались тучи. Кажется, скоро дождь…
– Да, воодушевляет. Безусловное светлое пятно. Например?
– Ну… - я сделал вид, что задумался, - саундтрек из «Скайрима»[32] - например. Еще «Каприз» Паганини. Запах настоящего шоколада... Что еще…
– Настоящего?
– Да. Знаете, сейчас ведь редко можно встретить настоящий шоколад, все больше подделка. Да… ну и музыка, стало быть…
– А именно?
Я пожал плечами, но Роксана была настойчива.
– Что сказать… Уж точно не та кислотная пакость, что льется нынче из каждой щели. Есть вечные вещи… Да много кто... Риффы Аккермана и Нофлера. Голос Коэна. Франк Дюваль конца восьмидесятых… Криднс… Ты знаешь, кто такие Криднс?..
– Нет…
– Неважно.
Когда мы приехали домой, Ромул Полукс занимался уборкой. Навряд ли это было его слабостью, скорее, он хотел отвлечься от неких мыслей. Открыв входную дверь, я увидел, что он водит пылесосом по ковру и делает это старательно. Я улыбнулся про себя – сразу видно, что он начинал из низов.
Новостей не было. Загнав «додж», я связался с Йоргеном, но тот лишь нетерпеливо отмахнулся от меня.
– Не мешай, Марс. Завтра все будет готово. Дай мне еще немного времени. Я сам с тобой свяжусь.
Вот как. Что ж и на этом спасибо.
И я ушел спать, наказав себе проснуться рано утром.
Я закрыл глаза и провалился в темноту. Сновидения в ту ночь меня не тревожили. Все было в порядке.
Глава 20
На следующее утро, едва я открыл глаза, позвонил Йорген. Швед выглядел довольным, хотя и уставшим.
– Отправляйся к Джеку, Марс. Там для тебя посылка. Забери ее и я объясню тебе, как и что делать.
Через минуту я уже ехал в Хобокен. Часа через два меня приветствовал Мел, который, видимо, уже считал мои визиты за нечто из разряда обыденного. Он провел меня в кабинет, где Джек отдал мне небольшой бумажный пакет размером с толстую книгу, который мог в равной степени оказаться и коробкой конфет и компактной взрывчаткой.
– Ларс просил передать вам это. Сказал, вы знаете, что внутри.
Старый швед врал, но я не стал поправлять Джека. Сказал спасибо, попрощался и ушел.
Отъехав на пару кварталов, припарковался на обочине и осмотрел пакет. Плотная бумага, липкая лента, никаких надписей. Положил на соседнее сиденье и вызвал Йоргена.
Тот довольно дымил сигарой, с превосходством поглядывая на меня сквозь густой дым.
– Здравствуй, старый шпион. Твоя посылка?
Я показал пакет.
Он кивнул.
– Разумеется. Думал, там бомба? Разверни.
– Что это?
– Подарок к Рождеству. Разворачивай.
Я снял бумагу, которой было немало и увидел коробку, а в ней кпк.
– Это то, о чем я думаю, Йорг?
– Наверное, - швед пожал плечами, - ты у нас телепат, а не я. Кпк работает как приемопередатчик по всему миру. В памяти одни лишь карты – весь земной шар. Он ловит сигнал Мэнхарта, показывая тебе его метку в пределах Земли. Включай.
Я повиновался и увидел Нью-Гэмпшир, на фоне которого, где-то на северо-востоке, светилась ярко-красная маленькая точка.
– Он сейчас в С-28. Это именно там, - в Северных Аппалачах, недалеко от горы Вашингтона. Кажется, тебя там тренировали, нет?.. Центр находится под землей, прямо посреди леса.
Швед замолчал, довольно пыхтя сигарой. Я тоже ничего не говорил, обдумывая услышанное. Ларс не выдержал первым.
– Ну?.. Что теперь думаешь делать?
Я задумчиво покачал головой.
– Не знаю, Ларс. Одно ясно – в С-28 его не достанешь. Подумаю. Есть еще новости?
– Да. – Он взмахнул сигарой и плеснул себе виски. – Пока ты ездил к Джейн Наруто, я продолжал отслеживать все маршруты «линкольна», на котором катается Конкорд. В общем, ничего интересного, но вчера один маршрут повторился – я подумал, тебе следует знать. Это дом в пригороде Нью-Джерси, на отшибе. Местечко называется Фрозен-Крик, неподалеку от Форта Ли. Что-то там, видимо, есть. Мало ли, вдруг тебе это как-то поможет. Координаты я тебе скину.
– Хорошо, я проверю, что там. Все?
– Нет. Вчера днем я добил флешку, повозился с кпк и стал видеть Мэнхарта. Так вот, еще вчера до трех часов дня он находился здесь, в Нью-Йорке – они с Конкордом ездили в банк. Затем Мэнхарт из частного аэропорта улетел в С-28.
– Что за банк?
– Первый Трастовый Банк Америки, приметное здание на Уолл-стрит, адрес уже у тебя в кпк.
Я помолчал, раздумывая.
– Хм… Скажи, Ларс, у тебя сохранились какие-нибудь связи в СБС?
– Возможно, - старик отложил сигару, - а почему ты спрашиваешь?
– А смог бы ты при необходимости закинуть им анонимную наживку по поводу С-28, Армстронга и «Кастус», но не раскрывая всех карт?
Он усмехнулся.
– Я могу сделать так, что все сотрудники СБС, придя поутру на работу, прочтут на своих мониторах полное досье по Уотергейтскому делу или что-то другое, что тебе нужно – на выбор.
– Не так радикально. Речь о том, чтобы намекнуть твоим старым знакомым, что у них под боком творятся странные вещи. Ты как бы случайно узнал и решил поделиться за ради взаимной дружбы.
– Когда ты хочешь, чтоб я это сделал?
– Пока не спеши, я дам тебе знать. И, кстати, по твоим прогнозам – какие будут последствия?
Швед секунду подумал.
– Штурм С-28, арест и проверка Армстронга, аресты в «Кастус», расследования по полной программе…
– Сроки?
– В течении суток, максимум двух, после получения информации.
– Очень хорошо. Я свяжусь с тобой, Ларс.
– Что ты задумал?
– Пока ничего, одни лишь догадки. Я дам тебе знать, когда буду готов.