Чтение онлайн

На улице шел дождь. Кэт вернулась в дом под знаком розы, велев Джейн привести Маргарет. Позже, когда две служанки вошли в гостиную, Кэт послала за вином и уговорила Маргарет выпить бокал, чтобы согреться. Та пила стоя, отказываясь садиться и явно чувствуя себя не в своей тарелке из-за того, что Кэт вот так снизошла до нее.

– Надолго задерживаться не могу, – предупредила Маргарет. – Надо приглядывать за Сэмом. Вчера утром хозяин велел ему превратить дом в неприступную крепость. Когда я уходила, Сэм крепил на ставни новые засовы. – От вина Маргарет раскраснелась. – Хозяин также приказал, чтобы Сэм запасался оружием. А я еще с прошлого раза стол от пороха не отскребла.

Роджер Даррелл, подумала Кэт, и по ее коже пробежал холодок. Бекингем. Вот из-за кого Марвуд отдал эти распоряжения. Кэт понимала, что на самом деле безопасность Сэма волнует Маргарет больше, чем кухонный стол.

Вслух Кэт сказала:

– Разумные меры предосторожности – это правильно. Ваш хозяин весьма дальновиден.

Раздался стук в дверь, и вошел мальчишка привратника с письмом. Сломав печать, Кэт жестом велела Джейн подлить Маргарет в бокал еще вина.

Письмо было от господина Хадграфта, а к нему прилагалось еще одно послание, на котором незнакомой рукой было выведено имя Кэт.

Наконец-то назначили дату. Епископскому коронеру господину Осмунду не терпится как можно скорее разобраться с этим делом. Заседание состоится завтра утром, в одиннадцать, в общем зале таверны «Три короны» в Сноу-Хилле. Прилагаю Вашу повестку. Вас вызывают в качестве свидетельницы.

– Передашь своему хозяину записку? – спросила Кэт у Маргарет. – Сейчас я напишу ее.

В нескольких словах Кэт сообщила Марвуду время и место. Ее так и тянуло добавить язвительный постскриптум с пожеланием приятно отужинать в компании Хадграфтов, но Кэт сумела удержаться. Дела Марвуда ее не касаются. Пусть Грейс Хадграфт из тех, кто мягко стелет, да жестко спать, но, может быть, ему понравится лежать бок о бок с этой бесстыжей кокеткой.

Когда Маргарет ушла, Кэт отправила Джейн за ужином в кухмистерскую. Шли минуты, и тревога окутывала Кэт, будто постепенно сгущающийся туман. Джейн все не шла. В это время дня девушке-служанке, которую в округе знают, на улицах ничто угрожать не должно, особенно в воскресенье, но в Лондоне случается всякое.

Марвуд боялся неприятностей. Кэт понимала, что ей тоже следует обезопасить себя. Единственное, что защищает ее от Даррелла, – дверь, охраняемая падким на деньги привратником и мальчишкой-подростком. Но она не желала просить Марвуда о помощи, равно как и о чем-либо другом.

Четверть часа спустя на лестнице раздались шаги Джейн. Однако тревожный туман не рассеялся.

На заседание собралось столько народу, что яблоку было негде упасть. За прошедшую неделю страшная новость о человеке без лица, которого нашли убитым, облетела весь Лондон. Стулья поставили только для коронера и его секретаря, а также для господина Раша, господина Хадграфта и Кэт. В последний момент принесли стул для младшего сына графа, который во время заседания сосал наконечник трости и глядел по сторонам большими карими, как у теленка, глазами. Всем остальным пришлось стоять. Второпях собранный суд присяжных разместили в углу зала, отгороженном рядом скамей.

– Господин Осмунд производит впечатление человека здравомыслящего, – вполголоса сказал Хадграфт на ухо Кэт. – В Лондоне у него есть другие дела, и, если повезет, он не станет затягивать заседание дольше чем нужно. Вердикт с самого начала ясен как день – убийство неизвестным лицом или лицами.

Осмунд оказался моложе, чем ожидала Кэт. Это был худощавый темноволосый мужчина с пронзительными голубыми глазами, светившимися живым умом, впрочем, действительно ли он умен, предстояло выяснить. Заседание шло быстро, Осмунд выслушал показания и про обстоятельства, при которых обнаружили тело, и про нанесенные жертве раны, и про пятна крови под парусами во дворе, и про неудачные попытки выяснить личность убитого. Свидетелей, отвлекавшихся от темы, Осмунд тут же обрывал, а с теми, кто запинался или говорил невразумительно, был беспощадно суров. Особенно досталось Томасу Ледварду, путавшемуся в показаниях.

– Получается, вы ничего не видели, ничего не слышали, ничего не знаете, так? – осведомился Осмунд. – Вы ведь это хотите сказать?

– Да, ваша честь.

– Но мне представляется очевидным, что бодрствующий сторож, не покидавший своего поста, должен был хоть что-нибудь увидеть или услышать. Вы же именно для этого там и поставлены, верно? Где вы были всю ночь? Спали в собственной постели? Следующий свидетель!

Дав показания, Кэт вздохнула свободно и стала разглядывать импровизированный зал суда. В таверне толпились по большей части мужчины. Она ожидала заметить среди зрителей Марвуда, но его нигде не было видно. Если его отсутствие и вызвало у Кэт смешанные чувства, то лишь облегчение и радость.

Все немногочисленные женщины, за исключением ее самой, жались к дверям, будто желая показать, что на самом деле они вовсе не следят за происходящим, просто случайно шли мимо и заглянули узнать, чем заняты мужчины. Среди женщин была Сюзанна, компаньонка Грейс Хадграфт. Взгляда Кэт она избегала. А позади, возвышаясь над остальными, стояла служанка госпожи Фарадж из Свон-Ярда, высокая, неряшливо одетая женщина, чья голова казалась слишком маленькой для крупного туловища, а из-за вытянутой вперед шеи служанка смахивала на угрюмую черепаху.

Раш тоже ее заметил.

– Женщина у двери – Пейшенс Нун, – сообщил Раш Осмунду во время перерыва. – Вон та, высокая. Помните, я вам о ней говорил? Она служанка в доме, где снимал комнаты один из пропавших мужчин. Господин Айрдейл, служащий в Комиссии по зарубежным плантациям.

Не отрываясь от своих записей, Осмунд кивнул.

– Вы будете ее вызывать? – спросил Раш.

Коронер взглянул на него:

– Не вижу необходимости. Вы сказали, что эта женщина видела тело, но не смогла его опознать.

Прошло всего полчаса, а Осмунд уже произносил заключительную речь. Он объявил присяжным, что им остается лишь вынести вердикт об убийстве неизвестным лицом или лицами. Суд присяжных покорно исполнил распоряжение коронера. Прежде чем их распустить, Осмунд наказал похоронить тело за счет прихода. Господин Хадграфт что-то шепнул ему на ухо, и коронер тут же прибавил, что работы по строительству богадельни можно возобновлять незамедлительно. Раш уставился себе под ноги.

После заседания Хадграфт пригласил Осмунда у него отобедать, однако коронер ответил отказом и вышел из таверны. Раш с каменным лицом проследовал к выходу следом за Осмундом. Как ни странно, развязка вызвала у Кэт разочарование.

– Что ж, – произнес Хадграфт, когда они выходили из «Трех корон», – ничто не мешает нам продолжать работы. Наконец-то. Сколько времени потеряно впустую! Кстати, этого человека необходимо рассчитать.

– Кого? – уточнила Кэт.

– Ледварда. Нельзя же на всю ночь оставлять стройку под его охраной. Вы сами слышали, что сказал господин Осмунд. Этот сторож производит впечатление человека неплохого, но очевидно, что он либо плут, либо дурак.

Из таверны на Сноу-Хилле хлынули простолюдины, и среди них Пейшенс Нун. Повинуясь сиюминутному порыву, Кэт окликнула служанку. Та наверняка слышала зов, однако повернулась к Кэт спиной и зашагала прочь, так быстро переставляя длинные ноги, будто за ней гнался сам дьявол.