Чтение онлайн

Отобедав в Сити, господин Хадграфт посетил контору на стройке. Он стоял у окна, глядя поверх огораживавшей двор стены на горы мусора и траншеи, в которых уже снова трудились три человека.

– Уж теперь-то Раша поставили на место, – с нескрываемым удовольствием произнес Хадграфт. – Готов поспорить, он лопается от злости.

– День или два уйдут на то, чтобы полноценно возобновить работы, – произнесла Кэт. – Мы потеряли больше половины людей. Господин Бреннан сегодня как раз ищет новых. Лучше всего нанять мастеров, но пока нам требуются простые работяги.

– Как-нибудь справимся, госпожа Хэксби. Даже не сомневаюсь. – Хадграфт повернулся к ней. – Вам прекрасно известно, как я верю и в вас, и в господина Бреннана.

– Благодарю, сэр. Лучше всего заранее внести платеж за известь. Она понадобится нам, чтобы укрепить фундамент. Если согласитесь оплатить…

– Всему свое время. Эти вопросы обсудим потом, когда я внимательно изучу расчеты. – Тут Хадграфт ловко сменил тему: – Кстати, я очень рад знакомству с господином Марвудом. Неординарный джентльмен. Раз он служит у лорда Арлингтона, значит при дворе закрепился надежно, а благодаря покойному дяде-олдермену у него наверняка имеются связи и в Сити. Кто знает, как высоко он поднимется? Я бы сказал, лет через десять или двадцать господина Марвуда вполне могут посвятить в рыцари. Вы давно с ним знакомы?

– Лет пять, – произнесла Кэт и отвернулась, чтобы скрутить в трубочку лежавший на столе план.

– Он ведь человек обеспеченный? Я заметил, что господин Марвуд не выставляет богатство напоказ, как многие из наших глупых юнцов, но, полагаю, состояние у него есть?

– Мне ни о чем таком не известно. – Кэт с чрезмерной силой перетянула план лентой. – Но вам лучше спросить у него самого.

Было ясно как день: господин Хадграфт всерьез рассматривает Марвуда в качестве претендента на руку и сердце своей красавицы-дочки. Кэт затянула тугой узел, почти жалея, что лента обвязана вокруг плана, а не вокруг безупречной шеи Грейс Хадграфт. Под таким напором бумага прогнулась и смялась.

– Марвуд рассказывал, что живет в Савое, – продолжил господин Хадграфт, даже не подозревая о кровожадных помыслах Кэт. – Человеку его положения наверняка некомфортно в тесном, старом доме, особенно если он планирует расширить хозяйство. Может быть, господин Марвуд подумывает о том, чтобы арендовать дом посовременнее. Почему бы нам не предложить ему один из наших?..

Вдруг снизу донеслись крики, и Хадграфт осекся. Они с Кэт переглянулись. Пройдя мимо господина Хадграфта, Кэт распахнула окно. Не успела она высунуться наружу, как двое работников, отталкивая друг друга, протиснулись через ворота в стене, за которой находилась стройка.

– Что стряслось? – спросила Кэт.

– Мы нашли собаку, госпожа! – прокричал один из работников. – Пса Томаса Ледварда. Вернее, то, что от него осталось.

Будь я предоставлен сам себе, в понедельник утром непременно посетил бы заседание в «Трех коронах». Но вместо этого я отправился в Комиссию по зарубежным плантациям. Инструкции от Арлингтона были кратки, но исчерпывающи. Милорду нужны сведения о личности убитого и об Айрдейле. Вряд ли на заседании наметится какая-то ясность, но даже если на первый вопрос Арлингтона будет получен ответ, весть дойдет до меня быстро. А вот Айрдейл – совсем другое дело.

Войдя в ворота резиденции лорда Бристоля, я зашагал через двор к зданию, где работал совет, и спросил господина Дэвиса. К моему удивлению, привратник ждал меня.

– О вашем приходе нас предупредили заранее, сэр. Сначала вы должны встретиться с господином Ивлином.

Мальчишка привратника отвел меня наверх. Ивлин разговаривал с какими-то джентльменами в длинной галерее. Увидев меня, он зашагал мне навстречу. Поскольку остальные находились в пределах слышимости, я вежливо осведомился, известно ли что-нибудь о судьбе принадлежащих ему мадеры и чеширского сыра. Во время нашей прошлой встречи этот вопрос не давал Ивлину покоя.

– Нет, ровным счетом ничего. – Во взгляде Ивлина мелькнуло раздражение. – Но я продолжаю разбирательство.

Ивлин провел меня в зал совета, а затем – в квадратную комнату, обставленную как библиотека. На некоторых полках стояли книги, но по меньшей мере половина места в шкафах была отведена рядам аккуратно подписанных ящиков. Ивлин закрыл за нами дверь.

– Надолго я вас не задержу, – пообещал он. – Но прежде чем вы встретитесь с господином Дэвисом, я бы хотел побеседовать с вами наедине.

– Есть какие-то новости?

Ивлин едва заметно пожал плечами:

– После вашего визита на прошлой неделе мы с Дэвисом навели справки. Как вы наверняка сами понимаете, значительная часть нашей работы конфиденциальна. Некоторые сведения, проходящие через нас, представляют большую коммерческую ценность, и нельзя допустить, чтобы они попали не в те руки. У нас есть подозрения, что кто-то из служащих торгует информацией.

Когда Ивлин замолчал, чтобы перевести дух, я спросил:

– Думаете, Айрдейл?

– Если коротко, то да, – ответил Ивлин. – Во всяком случае, это весьма вероятно.

– И каким же образом осуществляется подкуп служащего?

При слове «подкуп» Ивлин поморщился.

– Вот вам пример: мы решили покинуть одну из наших факторий в Западной Африке и направить торговые потоки через новую факторию дальше на севере. Об этом знали только члены комиссии. А когда идти на попятный было уже поздно, оказалось, что группа английских торговцев недавно арендовала выбранную нами землю у местного вождя. Разумеется, они утверждали, будто это чистая случайность. К сожалению для нас, там единственное удобное место на той части побережья – гавань укромная, оборонять ее легко. Нам пришлось выкупать у этих людей права аренды по завышенной цене и вдобавок предоставить им торговые привилегии.

Про себя я подумал, что при таких обстоятельствах доказать утечку сведений трудно – необходимо отыскать ее источник, а вслух спросил:

– И давно это происходит?

– Несколько месяцев. Первый известный нам случай произошел в феврале этого года. Дело касалось планируемого расширения нашей ветви, занимающейся совместными импортно-экспортными торговыми операциями. Для этого судно должно было совершить три рейса. – Наверное, вид у меня был озадаченный, потому что Ивлин поспешил объяснить: – Суть дела проста, сэр. К примеру, судно доставляет товары нашего производства – бусы, оружие, ткани и прочее – на Золотой Берег, и там мы обмениваем их на рабов. Затем на том же судне рабов перевозят в Вест-Индию или, скажем, в наши североамериканские колонии, где их продают владельцам плантаций. И назад в Англию судно тоже возвращается с грузом, чаще всего с сахаром. Такие торговые маршруты выгодны всем сторонам, и образуется добродетельный круг [72] . – Ивлин посмотрел на меня с чопорной улыбкой. – Или вернее будет сказать, «добродетельный треугольник»?

Слушая рассуждения Ивлина, я вспомнил собственного раба, бедного покойного Стивена. В хмельном приступе щедрости я даровал мальчику свободу, однако тот не выказал ни малейшей благодарности, а впрочем, я, пожалуй, и не заслуживал ее, ведь я всего лишь вернул ему то, что никто не имел права отнимать.

– Разумеется, кроме рабов, – прибавил я.

– Что?

– Полагаю, от вашего добродетельного треугольника им никакой выгоды.

Ивлин нахмурился:

– Это не наша забота. Их поработили свои же собратья-дикари. Во все времена рабство было широко распространено, а значит, оно часть Божьего промысла. К тому же помните, сэр, эти люди не христиане.