Чтение онлайн

– Разумеется. – С губ Луизы сам собой сорвался ничего не значащий, соответствующий правилам хорошего тона ответ. – До чего приятно будет снова вдохнуть сладостный деревенский воздух!

Кольбер с улыбкой поглядел на Луизу:

– И сладостным там будет не один воздух, верно? В Юстоне вы найдете усладу не только для обоняния, но и для других чувств.

Луиза ощутила, как к щекам приливает кровь. Кольбер отошел, осталось лишь послевкусие от его намека.

Прежде чем Луиза успела вернуться к карточному столу, к ней, проложив путь через толпу, приблизился высокий, роскошно одетый человек. Он отвесил ей преувеличенно глубокий поклон, его позолоченный парик сверкал в свете свечей.

– Мадемуазель, сегодня вечером вы просто обворожительны, – произнес герцог Бекингем.

– Я слышала, что вы в Ньюмаркете, ваша милость.

– Разве я мог оставаться там, когда вы здесь? Воистину, вы прекраснейший из ангелов, и милосердный Господь послал вас с небес, дабы вы указали нам, простым смертным, путь в райские чертоги.

Луиза промолчала. Что можно ответить на этот напыщенный, не в меру цветистый комплимент?

– О, сколь жестоко с вашей стороны взирать на меня с таким каменным лицом, – вкрадчиво произнес Бекингем. – Отчего же я попал в немилость?

– Что ваш головорез сделал с шевалье?

Бекингем широко развел руками:

– Ровным счетом ничего. Как вы и хотели, мой человек искал его, но не сумел найти. Такое чувство, будто ваш шевалье исчез с лица земли. Возможно, он вернулся во Францию.

Луиза понизила голос до шепота:

– А может быть, этот ваш человек убил его?

На лице Бекингема застыла маска притворного ужаса.

– Что вы такое говорите! Как вам вообще пришла в голову подобная мысль?

– Значит, шевалье жив?

– О его судьбе мне ничего не известно.

Луиза поглядела на герцога: раскрасневшееся лицо пошло пятнами, под кожей проступает целая сеть сосудов, зубы черные, нос смахивает на петушиный клюв, блестящие глаза слезятся, а юношеские кудри смотрятся на его голове совершенно неуместно.

– Я вам не верю, – произнесла Луиза и отвернулась.

Я проснулся с ясной головой. Рядом кто-то храпел. Я отдернул полог на кровати. Постепенно я разглядел в кресле у потухшего камина спящую фигуру.

– Маргарет! – окликнул я служанку, затем повысил голос: – Маргарет!

Бедная женщина не без труда поднялась на ноги. Укрывавшее ее одеяло соскользнуло на пол. Нетвердой походкой подойдя к кровати, она уставилась на меня.

– Вы живы, – хрипло произнесла Маргарет. – Слава богу!

– Ну конечно жив. А еще мне нужен ночной горшок.

– Кто на вас напал?

– Айрдейл, кто же еще? Я следил за Пейшенс.

Боль и слабость еще не прошли, однако вчерашний туман в голове рассеялся. Маргарет помогла мне воспользоваться горшком. Служанка настаивала, чтобы я лег в постель, а я сопротивлялся лишь для вида.

– Где Сэм? – спросил я.

– Внизу, – ответила Маргарет. – Сидит у двери. – Заметив выражение моего лица, она пояснила: – На случай, если кто-нибудь заявится. Да и вообще, наша-то кровать сегодня занята. Сэму, поди, неохота было ночевать бок о бок с немытым проходимцем, который притащился вместе с вами.

Маргарет вышла из комнаты и стала громко звать Сэма. Вернулась она с отвратительным на вкус снадобьем собственного приготовления, – по ее заверениям, это верное средство, безотказно помогающее именно в таких случаях, как мой. Уж не знаю, правда это или нет, но вскоре я снова заснул.

Меня разбудили приглушенные голоса. Полог так и остался незадернутым, и, судя по тому, что в комнате стало светлее, час уже был не ранний. Кэт и Маргарет о чем-то совещались у окна. Услышав, что я зашевелился, обе повернулись в мою сторону.

– Как вы? – спросила Кэт.

– Кажется, лучше.

Маргарет поспешила ко мне с новой порцией снадобья.

– Госпожа Хэксби принесла еще лауданума.

– Это лишнее.

– Ошибаетесь, – возразила Кэт. – Откройте-ка рот, поднимите голову и пейте.

Я был не в том состоянии, чтобы спорить. Затем я опустился на подушки, отчаянно желая, чтобы успокоительное подействовало как можно быстрее. Маргарет подняла мою грязную одежду с крышки сундука.

А Кэт тихо, чтобы моя служанка не услышала, сообщила:

– Айрдейл, Фарамон и мадемуазель де Керуаль общались в Дьеппе. Понимаете, что это означает?

– Да, но…

– Молчите. Настоящее имя Фарамона – шевалье де Вир. Он из дворянского рода, однако у него за душой ни гроша, и этот проходимец добывает средства к существованию благодаря собственной хитрости и наивным дурочкам, которых ему удается очаровать. Мадемуазель одновременно влюблена в этого человека и побаивается его.

Маргарет взглянула в нашу сторону и отошла, оставив меня наедине с Кэт. Та опустилась на край моей постели.

– Когда они все были в Дьеппе и ждали корабль, чтобы переправиться через Английский канал, француз и Айрдейл обобрали мадемуазель де Керуаль до нитки. Играя с ними в карты, она спустила целое состояние, которого у нее нет. А когда они добрались до Лондона, Айрдейл и Фарамон принялись требовать с мадемуазель де Керуаль деньги. Вы меня слушаете?

– Продолжайте, – произнес я.

Айрдейл не говорил мне, кто такой Фарамон на самом деле, и опустил нелицеприятные подробности о своем пребывании в Дьеппе.

– Мадемуазель де Керуаль хватило глупости поведать о своих неприятностях Бекингему, а тот поручил Дарреллу разобраться с обоими мужчинами. Видимо, это было в субботу вечером, двадцать третьего сентября. Получается, что Айрдейл жив. А значит, человек без лица, найденный на Чард-лейн, – Фарамон.

Телом я был слаб, однако соображал на удивление быстро. Я заметил, что иногда лауданум не затуманивает голову, а, наоборот, обостряет умственные способности.

– Значит, распоряжения отдал Бекингем, а выполнявший их Даррелл перестарался.

– Даррелл всегда заходит слишком далеко, – резко произнесла Кэт. – Сами знаете.

Мы оба замолчали, вспоминая покойного мужа Кэт, старика Хэксби. В последние годы жизни он хворал, и его нрав стал сварливым, однако в схватке с Дарреллом, от руки которого Хэксби погиб, он вел себя как настоящий рыцарь.

– Вчера вам доставили письмо от господина Горвина, – чересчур громким, неестественным тоном произнесла Кэт. – Я взяла на себя смелость его распечатать.