Чтение онлайн

– Вот еще, такая красота!

– Сама и меряй.

– Но это твое.

– Дарю.

– Ну, померяй, померяй, померяй!

Изабелла улиткой завернулась в одеяло и уткнулась в изголовье кровати. Она проснулась несколько минут назад, а Керолайн уже придумала себе развлечение с ее непосредственным участием. И что ее только дернуло полезть в шкафы и навести там порядок, если все и так находилось в идеальном состоянии, потому что, каждый раз одевая новые костюмы, девушки перевешивали, разглаживали и стряхивали пылинки со всей остальной одежды?

А теперь Керолайн наткнулась на этот непередаваемо вызывающий пеньюар. Как будто больше не было других забот.

Изабелла потерла виски и устремила взгляд в темноту.

Он простил ее. Снова простил…

Ведь Зорро заметил ее присутствие в саду у Катрин.

И как она только могла подумать, что сможет укрыться от пронзительного взгляда его зеленых глаз за какими-то листьями и цветами? Он видел ее и понял, что она слышала его разговор с Бернардо, а, следовательно, что она в курсе о наличии второй части дома, об имени и заданиях его слуги, о тех странных названиях, которые неминуемо должны были зародить в ее голове тысячу соответствующих мыслей и предположений, о том, что она самовольно попала в конюшню и видела ее размеры и содержимое, о том, что она могла видеть и самого Бернардо и, что главное, даже поехать следом, о том, что она следила за ним, о том, что она видела его любовницу и знала, где находится ее дом, а также о том, что она вполне могла слышать какую-то часть их разговора и догадаться, что Катрин была в курсе его дел. Он все это понял…

Но вместо того, чтобы преподать ей соответствующий ее любопытству урок, он помог ей.

Ведь та короткая и доброжелательная фраза Бернардо, забравшая у нее землю из под ног, была произнесена по его приказу. Чтобы осознанием ее значения выбить ее из колеи и тем самым… перевернуть все положение с ног на голову. Потому что встреча с мамой теперь виделась единственным спасением от урагана мыслей, мгновенно захватившего ее разум.

Она побежала туда, в тень деревьев, даже не привязав Арабику, и влетела в родные объятия, боясь только того, что они рано или поздно раскроются, и ей надо будет уезжать.

Эти два часа пролетели для нее как один миг, и она сама не заметила, как подошло время расставания. Они не говорили ни о чем серьезном, скорее, обо всяких глупостях и пустяках, но эта столь осуждаемая мужчинами женская болтовня несла в себе такой глубокий эмоциональный смысл, что ее вполне можно было причислить к сакральному действу, способному исцелить тело и душу без лекарств и священников.

Сеньора Камелия, как и ее дочь, тринадцать лет почти не говорила на своем языке, поэтому они сидели и вместе вспоминали давно забытые слова и выражения. Изабелла очень много рассказывала про уроки испанского и про Рикардо с Керолайн. Пожалуй, о них даже больше, чем о самой себе. Сеньора Камелия уже узнала все, что умела готовить Кери, и все, что любил есть ее сын, подробно остановившись на расписании и объемах приемов пищи. Они обсудили все мыслимые десерты и их рецепты, все сочетания напитков и фруктов, все позы сиесты, в которые необходимо было впасть, чтобы не умереть от обжорства, все цветовые гаммы в спальне, которые благотворно влияли на переваривание пищи, расстановку мебели, уровень мягкости ковров в обоих каменных домах, форму листьев у растений в коридорах, толщину и высоту свечек в застекленных арках, узоры на блюдцах сервизов для чая, количество подушек на диванах в гостиной и еще тысячу других мелочей, одно упоминание о которых стразу же становилось предметом содержательной беседы.

В целом Изабелле показалось, что она только успела открыть рот, как в следующее мгновение уже раздался негромкий свист, означавший, что ей пора было возвращаться домой. Ни сэр Ричард, на время оживленных разговоров отошедший на почти полуторачасовую прогулку, ни сеньора Камелия не стали спрашивать о том, кто был этот мужчина, сопровождавший Изабеллу на встречу с ними и обратно. По всей видимости, доверия со стороны Зорро в адрес этого человека им было достаточно.

О дате следующего свидания никто не знал. Единственное, что девушка еще успела спросить напоследок – это, когда молодой человек сообщил им о сегодняшней встрече. Получив в ответ информацию о том, что не ранее как сегодня утром к ним примчался Тито с запиской под ошейником, Изабелла впала в задумчивость и обратный путь проделала позади своего спутника.

Это решение Зорро о ее встрече с мамой было результатом ничего иного, как вчерашнего ночного похождения, и вместо того, чтобы разозлиться на ее своеволие, молодой человек моментально использовал ее ход для облегчения так тяжело давшегося ей в прошлый раз свидания. И он не ошибся. Все получилось именно так, как он рассчитал. Он снова помог ей. Даже, будучи где-то далеко…

– Ну, померяй, померяй! – гудело над одеялом.

И простил…

– Ну поме-е-е-еряй, – завывала фрейлина.

– О, Господи, Керолайн! Да померю я! Только позже! Дай мне хотя бы умыться!

– Точно?

– Точно.

– Точно-точно?

– Да!

– Не поняла.

– Точно-точно!!!

– Я – на кухню, – прощебетала Керолайн и выпорхнула в коридор.

Иногда они с Рикардо бывали совершенно невыносимы.

– Ты пообещала, – внезапно засунулась Кери в щель не успевшей закрыться двери.

Изабелла подскочила на месте и, резко дернув одеяло, уронила на пол пеньюар. Дверь встала на свое место и оставила девушку наедине с ее предметом будущих мучений.

Неужели она пойдет на поводу своей несносной подруги и накинет на себя хоть одну из этих красных лент? Да ни за что на свете!

Но она же пообещала… Девушка упала обратно на подушку и, натянув на себя одеяло, закрыла глаза. Просто катастрофическое положение.

«Оденешь то, что я дал тебе… И будешь всю ночь делать то, что я захочу… Будешь послушной и покорной… Будешь моей…»

Изабелла с округлившимися глазами выпрыгнула из кровати и, в беспамятстве накинув на себя зеленую амазонку, стрелой вылетела в коридор.

Отстранив Керолайн от всех кухонных дел, дабы чем-то отвлечь свой разум, Изабелла меньше, чем за час приготовила и сервировала королевский завтрак, который вполне можно было отнести к обеду или ужину. Ее подруга, впрочем, расценила это как попытку отвертеться от грядущей примерки и не преминула напомнить о том, что Изабелла дала ей слово, не менее десяти раз, каждый из которых отдавался в воспаленном сознании низкой и будоражившей душу интонацией.

После трапезы Рикардо с головой окунул своих подопечных в очередной урок испанского и продержал их там около четырех часов, по истечении которых подруги, словно выжатые лимоны, вползли обратно на территорию спасительной кухни и занялись обедом, в след за которым им был предоставлен непродолжительный отдых. Изабелла тут же скрылась в библиотеке и, пока замученная Керолайн не почувствовала подвоха, закрылась на все замки. Через несколько минут ее цитадель, правда, была яростно атакована раскусившей коварный замысел фрейлиной, однако шанс на примерку был потерян.

Механически прогоняя в голове недавний урок и невидящим взглядом изучая какую-то книгу, Изабелла то и дело вспоминала о том, что нигде не могла найти свою заколку. Она искала ее целый день вчера и пару раз возвращалась к этому действу сегодня, когда на секунду вырывалась из гостиной во время своих занятий и мимоходом заскакивала в свою комнату, чтобы прибрать волосы, однако та, словно сквозь землю провалилась. В другой раз девушка не придала бы этому никакого значения, потому что, стоило ей открыть ящичек трюмо, как на свет сразу появилась бы дюжина самых разномастных аксессуаров для ее необъятной гривы, но сам факт того, что она не одевала ее на встречу с матерью, не выходила в ней на улицу и даже не принимала в ней ванну, а, следовательно, не могла потерять, не заметив, не давал ей покоя. Керолайн сегодня после завтрака даже сделала ей замечание по поводу слишком бурного реагирования на такую незначительную потерю. Впрочем, фрейлина после вчерашнего происшествия до сих пор не до конца пришла в себя и любое движение рядом с собой воспринимала с повышенной эмоциональностью. В связи с этим Рикардо и поместил девушек в мир учебы сразу после завтрака, практически не дав им проснуться. Он снова стал строгим учителем, и Кери было не в пример легче воспринимать его близкое присутствие, хотя, как догадывалась Изабелла, на первом поцелуе приключения ее подруги вчера не закончились, потому что Рикардо после такого потрясения с появлением на кухне постороннего мужчины, должен был броситься успокаивать свою обморочную музу со всеми вытекающими последствиями. Но об этом Кери еще не имела возможности сегодня рассказать.

Быть может, она и собиралась это сделать и в ожидании пробуждения своей принцессы начала наводить и без того идеальный порядок в их вещах, но с одной из полок на нее, как на зло, свалился этот совершенно развратный кусок ткани, и она забыла, с какой целью ждала, пока Изабелла откроет глаза после ночного сна.

Пеньюар, надо сказать, так и остался лежать на ковре, если только фрейлина не обнаружила его и не водрузила на самое заметное место.

Часы пробили три раза. Короткое время, отведенное на отдых, истекло. Изабелла со вздохом отложила книгу, в которой не увидела ни строчки, и встала со своего места. Хоть впереди ее и ждала очередная учебная экзекуция, по крайней мере, она открестилась от примерки, как минимум до вечера и это несколько поднимало ей настроение. А потом наступит время ужина, после которого, уже перед сном, она выведет подругу на тему вчерашнего времяпрепровождения в обществе Рикардо и, возможно, на этом они заснут. А, когда ее подруга, действительно, попадет в царство Морфея, она доберется до этого красного кошмара и спрячет его так далеко, что сама потом не сможет найти.