Чтение онлайн

— Почему же, Ваше Величество?

— Потому что внутри они были трухлявыми. — Анна Евгеньевна подняла на Зарена глаза. — Снаружи — кора, листья, мощь. А внутри — пустота. И ураган лишь довершил то, что природа начала задолго до него.

Зарен поставил чашку на столик.

— Ваша метафоры всегда точны, Ваше Величество. Действительно, иной раз достаточно лишь небольшого толчка, чтобы рухнуло то, что казалось незыблемым.

— Толчка, — повторила императрица. — Или ветра. Или… затяжного дождя, который подмывает корни год за годом. — Она помолчала. — Сколько ещё, Виктор Анатольевич? Я не молодею. А ждать — не мой удел.

— Дуб, Ваше Величество, могучее дерево, — негромко сказал Зарен, — и как я уже сказал, очень силён. Его так просто не свалить. Но работа идёт. Корни подточены. Крона поредела. Осталось лишь дождаться подходящего момента.

— Момента, — усмехнулась Анна. — Я жду момента уже двадцать лет. Сначала — пока отец освободит трон. Потом — пока этот… — она запнулась, подбирая слово, — пока Григорий войдёт в силу. Теперь — пока болезнь сделает своё дело. Я устала ждать, Виктор Анатольевич.

— Я понимаю, Ваше Величество. Но торопливость может погубить всё. Если лесорубы придут слишком рано, дерево упадёт не туда, куда нужно. Может раздавить тех, кто стоял рядом, оставив тех, кто стоял дальше.

— Вы о детях? — императрица прищурилась. — О моих детях?

— О наследниках, — осторожно поправил Зарен. — Об их амбициях. О том, что каждый из них может стать тем самым лесорубом, который… навредит сам себе.

Анна Евгеньевна откинулась в кресле, разглядывая потолок.

— Кай слишком мягок. Он будет хорошим императором для парадов и балов, но в грозу — сломается. Кирилл вообще не от мира сего, его чертежи и механизмы заменили ему всё. Август… бедный мальчик, даже говорить о нём не стоит. Остаётся Элиза.

— Принцесса Элиза очень амбициозна, — заметил Зарен.

— Амбициозна — мягко сказано. Она хочет власти. И она достаточно умна, чтобы за ней тянуться. — Императрица посмотрела на Зарена в упор. — Но об этом впору не вам переживать. Они все напишут отречение.

— Добровольно?! — Зарен не смог сдержать удивления.

— Конечно же добровольно! — рассмеялась Анна Евгеньевна, но смех этот н епонравился архимагу. — С этим я сама разберусь. Вам поручено совсем другое.

— Я выполняю вашу просьбу. Со всем упорством и…

— Когда, Виктор Анатольевич? — перебила его Анна Евгеньевна.

— Осень, — тихо ответил Зарен. — К первым заморозкам. Организм не выдержит очередной простуды. Это будет естественно. Никто не усомнится.

— Осень? — повторила Анна. — Нет, это не приемлемо.

— Но…

— Я сказала свое слово.

— Конечно, Ваше Императорское Величество. Тогда дайте мне… два месяца.

— Два месяца? Я ждала двадцать лет. Ещё два — не срок.

— Мудрое решение, Ваше Величество.

Императрица поднялась, давая понять, что аудиенция окончена. Зарен встал следом, поклонился.

— Берегите себя, Виктор Анатольевич. Вы мне ещё понадобитесь.

— Всегда к вашим услугам, Ваше Величество.

Он вышел, оставив Анну Евгеньевну одну у потухшего камина.

— Николаев! — голос Лыткина разрезал утреннюю тишину отдела, как нож масло. — Ко мне, быстро!

Я поднялся из-за стола, мысленно перебирая, что могло произойти. С Лыткиным нужно быть начеку, несмотря даже на то, что у меня есть один хороший рычаг управления им. Последние дни я старался вести себя тише воды, ниже травы, чтобы держать руку на пульсе с Алиной. Нельзя допустить того, чтобы ее узнали. Но, судя по разговорам, наш обман приняли за чистую монету.

— Николаев! Зайдите!

Лыткин восседал в своём кабинете с таким видом, будто лично управлял всей империей. Перед ним на столе лежал мятый конверт с сургучной печатью.

— Садитесь, — буркнул он, не глядя на меня. — Есть задание. Срочное. Командировка.

Я внутренне напрягся. Командировки в нашей работе обычно означали либо невероятную скуку, либо невероятные неприятности. Третьего не дано.

— Куда?

Лыткин пододвинул ко мне конверт.

— Деревня Заболотье. Где-то под Тихвином, в болотах. Пришло сообщение от старосты деревни — при разборе завалов в старой барской усадьбе обнаружили тайник. Судя по описанию — древние манускрипты. Семнадцатый век, может, раньше. Сами изъять не могут, в местной администрации у них тоже магов нет — заболели все разом. Так что нам переслали.

Я взял конверт, вытащил бумагу. Кривые каракули, написанные явно не слишком грамотной рукой, но смысл улавливался: нашли, лежат, приезжайте.

— Моя задача? — уточнил я.

— Описать, упаковать, подготовить к отправке в Архив, — отчеканил Лыткин. — Всё по стандартной процедуре. Инвентаризация на месте, предварительная оценка сохранности, упаковка в транспортные короба. Чтобы ни один листок не пострадал. — Он посмотрел на меня в упор. — Это ценная находка, Николаев. Если вы её запорете — лично прослежу, чтобы вы до конца дней перебирали картотеку в подвале.

Я едва сдержал улыбку — Лыткин храбриться, что котенок гавкать пытается.

— Я понял, Аркадий Фомич. Сроки?

— Три дня. Уложитесь — будете молодец. Не уложитесь — пеняйте на себя. — Он протянул мне подписанную командировку. — Машина казённая, водитель Степан вас отвезёт. Деньги на расходы получите в кассе. Вопросы?

— Никак нет.

— Тогда свободны. И чтоб сегодня после обеда уже выехали.

— Постойте… сегодня?! А вещи собрать?

— Я же говорю — задание срочное, — Лыткин занервничал. — Попросите Степана и по пути вместе заедете домой, соберите необходимое. Только быстро! Выехать должны сегодня к обеду. Прибыть — к вечеру. Ясно.

— Ясно.

Я вышел из кабинета, сжимая в руках командировочные документы. Заболотье. Глушь страшная, судя по названию. Но, с другой стороны, от Архива подальше — хоть немного выдохну от Лыткина и его интриг. Он, судя по всему, тоже хотел от меня избавиться, пусть и на время.

Лыткин вышел следом.

— Постой-ка. Я тут подумал… Негоже одному ехать — дел много, не справитесь. Нужен помощник.

Он оглядел офис.

— Ветрова! Вы с Николаевым в командировку поедете. Поможете ему.

У меня внутри всё оборвалось. Алину — в дальнюю командировку за двести километров отсюда? Девушке хватит и одного чтобы разорвать невидимую жизненную связь с Архивом и умереть.

— Аркадий Фомич, — как можно спокойнее начал я, — там же глушь. Дорога долгая, условия тяжёлые. А Алину только вчера устроили на работу. Зачем ее отправлять? Может, лучше кого-то из опытных? Костю, например?

— Костя занят, — отрезал Лыткин. — А Ветрова пусть учится. Практический опыт ей не помешает. — Он посмотрел на Алину. — Вы же не против, Алина… как вас по батюшке?